Аристина Бьянка Розен.
Единственная дочь герцога Канеля Розена — главы одного из знатнейших родов Империи.
Вот только вместо утончённости, подобающей её положению и состоянию, — сплошное хамство и бесчинство. За что её и прозвали «злодейкой, которая погубит Империю».
С юных лет Аристина была безответно влюблена в кронпринца. Однако кронпринц выбрал не её.
Серене Гиперион.
Красота, ум, безупречный характер — она была настоящей героиней этой истории.
— Сдохните! Все сдохните!
Аристина крушила всё вокруг и закатывала истерики.
Но однажды — неизвестно, что на неё нашло, — она устроила чаепитие и пригласила Серене. Перед будущей супругой кронпринца Аристина подняла чашу примирения.
— Давайте забудем прошлое.
— Хорошо.
По обычаю Аристина первой сделала глоток, а затем передала чашу Серене.
И что бы вы думали? Церемония завершилась, чаепитие продолжалось — когда вдруг Серене вскрикнула и рухнула на пол. Её тело одеревенело, дыхание остановилось, а лицо посинело.
— С-спасите...!
— Госпожа Серене!
Благодаря личному врачу, на всякий случай сопровождавшему её, Серене удалось выжить, однако она ещё долго не могла подняться с постели.
— Подсыпать яд в чашу примирения — кто мог такое вообразить!
Империю охватил шок. Разделить чашу примирения — это священный обряд. Весь свет кипел от возмущения, осыпая проклятиями бесчестную злодейку Аристину.
Но...
— Это несправедливо! Я ничего об этом не знала! — твердила Аристина.
И, как ни удивительно, это была правда. Аристина не подстраивала отравление. Она действительно хотела заключить мир с Серене.
Но никто ей не поверил.
— Какой позор! Впервые в истории нашего рода герцогская дочь может взойти на эшафот!
По приказу разгневанного отца Аристину заточили в библиотеке уединённого флигеля герцогского поместья. Она как могла пыталась доказать свою невиновность, собирала улики — но всё тщетно.
И вот однажды ночью, пока она ожидала приговора от императорского двора...
— Ты кто такой?!
...из библиотеки раздался крик Аристины, а следом — леденящий кровь вопль.
Служанки бросились к двери и распахнули её. Аристина лежала на полу мёртвая. Одна.
Никаких следов вторжения или побега. Орудия убийства тоже не обнаружили. Только следы крови на губах — и ни единой раны на теле.
Жуткое убийство, словно совершённое призраком. Таков был конец буйной герцогской дочери.
[История злодейки Аристины].
Разумеется, настоящее название, скорее всего, было другим, но...
Я знала эту историю. Кажется, приняла её за детектив из светской жизни, а оказалось — романтическое фэнтези.
В любом случае — это был всего лишь сюжет романа, который я когда-то где-то читала.
Но... почему я вдруг стала той самой Аристиной?
— Поделом ей! Надо было быть добрее!
— Ух, аж на душе полегчало! Теперь хоть спать спокойно буду!
— Туда ей и дорога, злодейке!
Я лежала ничком внутри белого контура, очерченного вокруг тела, и слушала, как служанки поливают меня бранью прямо над головой. По спине бежал холодный пот.
«Почему это случилось со мной?»
Свою смерть я помнила. Возвращалась на рассвете с подработки на складе, и тут в меня влетела иномарка пьяного водителя.
«И в моей жизни всё-таки появился мерседес!» — успела с горечью подумать я, и сознание угасло.
И вот — ни с того ни с сего я вселяюсь в чужое тело? Да ещё в романтическом фэнтези?
Из оригинала я прочитала ровно до смерти Аристины. Тогда я запоем читала детективы, и как только поняла, что передо мной романтическое фэнтези, — тут же бросила.
«Ладно. Пока буду притворяться мёртвой».
Я крепко зажмурилась и старательно сбегала от реальности. Но...
— Почему никто не идёт? На улице жарища, тело же начнёт разлагаться! Надо скорее или в землю закопать, или сжечь.
От этих жутких слов, раздавшихся прямо у меня над головой, глаза распахнулись сами собой.
— П-подождите...
Увидев, как я медленно приподнимаюсь, служанки едва не лишились чувств.
— А-а-а-а! Труп! Тело госпожи...!
Под их визг я отрешённо огляделась.
Всё в точности как описывалось в романе.
Календарь, указывающий на тринадцатое июля. Убийство в идеальной запертой комнате — дверь, окна, камин опечатаны. Ни орудия преступления, ни следов борьбы, ни единой раны на теле жертвы.
«То есть на этом самом теле. На моём».
Я посмотрела на своё отражение в зеркале напротив.
Фарфорово-белое лицо в обрамлении беспорядочно рассыпанных золотых волос. Затуманенные розовые глаза, мерцающие, как потускневший самоцвет, — должно быть, оттого что я только что восстала из мёртвых. Фигура богини в сорочке цвета слоновой кости.
Ослепительная красота, от которой можно потерять дар речи, — и абсолютно беспросветное будущее. Вот что мне досталось.
«Это же полный абсурд. Аристина вообще не должна была воскреснуть. Если убийца, совершивший идеальное преступление и исчезнувший без следа, узнает об этом...»
По загривку пробежали мурашки.
«...он вернётся и убьёт меня снова!»
Мозги мигом прояснились. Я лихорадочно подвела итоги.
-
На меня охотится неизвестный, крайне умелый убийца.
-
Желающих прикончить это тело столько, что очередь растянулась бы до номерка девяносто девять.
-
В качестве бонуса — народная петиция с требованием поскорее казнить меня набирает подписи в режиме реального времени.
Да уж, персонаж, созданный для того, чтобы умереть. Но...
«...это не значит, что я и вправду должна умирать».
Я крепко зажмурилась и снова открыла глаза.
Смерть — это по-настоящему страшно. А я уже однажды через это прошла. Пережить такое дважды — разве не слишком несправедливо?
«Нет! Не хочу! Я сделаю всё, чтобы этого избежать!»
Впрочем, кое-что из прежней жизни могло пригодиться. Пускай в итоге всё оборвалось из-за пьяного за рулём мерседеса... зубами цепляться за жизнь мне было не привыкать. Этим я занималась последние двадцать лет.
«Ну что ж. Стану-ка я королевой выживания!»
Собравшись с духом, я вскочила на ноги.
— Кья-а!
Служанки, сбившиеся в кучку у противоположной стены и дрожавшие как осиновый лист, снова завизжали.
— Что делать! Она не умерла!
Они поспешно ткнулись лбами в пол.
— Простите! Простите нас! Вы крикнули: "Кто здесь?!" — и мы прибежали! Сердце не билось, дыхания не было, вот мы и решили по глупости, что вас убил какой-то злоумышленник! А вы — вон какая живая и здоровая!
Глядя на суетящихся служанок, я всё отчётливее осознавала: я и правда попала в этот мир.
И одновременно мне пришла в голову ещё одна мысль.
«Есть и ещё одно везение в этом невезении».
Когда я читала этот роман, то приняла его за детектив. Поэтому вчитывалась в каждого персонажа, сверля глазами текст: "Когда же кого-нибудь убьют? Кто преступник?" Благодаря этому я запомнила даже самых незначительных статистов.
«Судя по тому, что болтают служанки за спиной, убить Аристину для них — раз плюнуть... Но всё-таки все они стоят чуть в стороне от списка подозреваемых».
Согласно оригиналу, в момент убийства Аристины у каждой из этих служанок было алиби. А на месте преступления — ни единой улики, словно всё вычистили пылесосом. Здесь больше ловить нечего.
Решение пришло мгновенно.
«Для начала — валить отсюда».
Этот уединённый флигель — идеальное охотничье угодье, где убийца уже однажды провернул безупречное преступление. Каждая лишняя минута здесь — мне же во вред: шансы быть убитой только растут. Даже просто из суеверия — прочь отсюда.
— Какой ещё злоумышленник? В библиотеку никто не приходил. У меня просто закружилась голова, и я упала. И чтоб я больше этого бреда не слышала.
Заткнув служанкам рот на всякий случай, я решительным шагом прошла мимо них.
— Госпожа? Куда вы?
— Ухожу отсюда.
— Что?!
Служанки опешили.
— Вы же под домашним арестом!
Они засуетились, бросились ко мне, но я уже молниеносно распахнула дверь.
Но дальше дело не пошло. Стоило мне храбро шагнуть в коридор, как ноги приросли к полу.
«Что?..»
Откуда-то лился ослепительный свет — а потом я увидела его. Навстречу мне шёл человек, от которого невозможно было отвести взгляд.
Сияющие платиновые волосы. Парадный костюм, выдающий высокородное происхождение. Пронзительные алые глаза. Кожа не просто белая — болезненно бледная, но лицо такое, что рядом с ним любой красавец или красавица и близко не стояли бы.
Он тоже заметил меня — и на его лице отразилось крайнее изумление.
— Ваша светлость! — крикнули служанки за моей спиной.
«Герцог?»
Ах да, у меня же есть отец. Тот самый, что заточил Аристину здесь.
По сюжету романа ему было суждено примчаться во флигель и обнаружить тело дочери. Но раз уж я вселилась в это тело, он обнаружил совсем другое: вместо убитой дочери — свою буйную наследницу, стоящую перед ним как ни в чём не бывало, живую и невредимую.
Потрясение на его лице мгновенно сменилось гневом. Герцог сухо кашлянул, прикрыл рот бледной рукой и впился в меня взглядом.
— Значит, так? Теперь ты запугиваешь служанок, выдумываешь этот нелепый фарс — и всё чтобы помешать мне, своему отцу?
От него повеяло леденящей убийственной аурой.
Ой.
Я растерялась. Знала, конечно, что вокруг сплошное минное поле, — но наступить на мину через каких-то несколько шагов?
В такой ситуации оставалось одно.
Всю жизнь в минуты кризиса я выкручивалась с помощью своего главного козыря. Блестящего воображения, острого аналитического ума, безрассудной решимости... Нет, не их. Бессовестного актёрского таланта.
— Ах, сердце!..
Я схватилась за грудь и рухнула как подкошенная.
Почти двадцать лет оттачиваемое мастерство симуляции плюс реальный опыт предсмертной агонии — вместе они дали реализм документального кино. Оскароносная была игра.
Даже служанки, закалённые бесчисленными выходками Аристины, на этот раз купились как миленькие.
— Г-госпожа! Вы в порядке?!