095
Я попросила Гэри, который рядом разделывал оленину, ненадолго отойти. Убедившись, что он вышел, я спросила Ваниллу:
— Хэйг-стрит, 10. Мисс Раскин, вы говорили, что этот особняк принадлежит вам.
— …Не знаю, что случилось, но да, всё верно. Я уже говорила, это поместье досталось мне от отца.
За моей спиной раздался удивлённый голос Нокса: «Что? Дом из городской легенды Уэстмора принадлежит мисс Раскин?!» Я проигнорировала его и задала Ванилле второй вопрос:
— А как насчёт Нотиэм-стрит, 61.
— А? Откуда вы знаете этот адрес, мисс Синклер?
Ванилла с удивлённым лицом переспросила. Тут уже нельзя было не начать подозревать. Может быть, барон Раскин был главным зачинщиком всего этого? Или же тот мужчина с розовыми волосами, который, по слухам, обманул барона с недвижимостью, и есть настоящий виновник?
В любом случае, главное сейчас, что мы на шаг приблизились к разгадке происхождения вируса. Зная точный путь распространения, мы сможем остановить его. Иначе, даже если найти лекарство, это будет как лить воду в решето.
«И просто интересно же. Кто, чёрт побери, устроил всё это безумие?»
— Хэйг-стрит, 10 – место, где разворачивается известная история о призраках Уэстмора, — в этот момент заговорил Нокс.
— А Нотиэм-стрит, 61 – место, где впервые появился этот монстр. И оба дома принадлежат мисс Раскин? — добавил Иден, который вошел вслед за мной и наблюдал за ситуацией.
Все взгляды обратились к Ванилле. Повисла тяжёлая тишина. Она, казалось, действительно ничего не понимала.
— Клянусь, я правда ничего не знаю.
— Даже если мисс Раскин не знала, барон точно знал, — сказал Иден.
— Но если мисс Раскин действительно ничего не знала, я бы тоже чувствовала себя несправедливо обвинённой. Поэтому нам нужен точный ответ или доказательство того, что мисс Раскин не имеет отношения к этой ситуации, — добавила я.
Меня саму Иден когда-то подозревал, так что я могла понять Ваниллу. Я старалась не давить на неё, наблюдая за её выражением лица. Иден, который допрашивал меня, наверное, чувствовал себя так же. Ванилла плотно сжала губы.
— Что тут происходит?
Как раз в этот момент шеф-повар Виктор вошёл на кухню, чтобы начать готовить, заметил нас и спросил, в чём дело. К слову, Виктор человек приятного характера, и ладил со всеми в «Счастливом доме». Ванила была резкой и малоразговорчивой, но с Виктором она общалась без стеснения.
Это не было чем-то, что стоило скрывать от Виктора, так что я кивнула Ноксу. Он кратко рассказал Виктору о ситуации, а тот с удивлением обратился к Ванилле.
— Мисс Раскин. В таком случае, разве недостаточно показать письмо, которое оставил барон Раскин?
Письмо?
Ванилла тяжело вздохнула и кивнула:
— Давайте пройдём внутрь и поговорим.
Разговор обещал быть долгим, так что сесть было бы разумно. Мы не зря приобрели в банкетный зал стол на десятерных. Я думала, что буду сидеть во главе стола, играя в королеву, когда будет скучно. Но кто мог знать, что за столом сядут ровно столько человек, сколько нужно.
Ванилла села во главе стола. В руках она держала письмо барона Раскина, которое принесла из комнаты. Единственный, кто не сел на стул, а неряшливо уселся на столе рядом со мной, Иден взял у неё письмо. Вскоре Иден начал читать письмо вслух.
[Ванилла. Когда ты читаешь это письмо, возможно, меня уже не будет в этом мире. Прости, что оставил тебя одну.]
— Ха-а… — тяжело вздохнула Ванилла.
Иден взглянул на неё, затем продолжил.
[Наверное ты удивишься, почему я оставил тебе так много поместий. Но ты поймёшь, когда «это» начнётся. До тех пор, во что бы то ни стало, охраняй поместье BN1 в Брунеле.]
Иден на мгновение замолчал и посмотрел на меня. Я поняла почему. Особняк BN1 в Брюнеле…
— Это почтовый индекс «Счастливого дома». Особняк BN1, — ответила Ванилла с обречённым видом.
«Счастливый дом» – поместье в маленькой деревне, поэтому он обозначается не номером дома или названием улицы, а почтовым индексом.
— Я была так зла на отца, что даже не открывала письмо. Прочла его только после всего произошедшего… В письме он просил не продавать именно этот дом.
Теперь я поняла, почему Ванилла раньше не упомянула письмо. В её положении я бы тоже испытывала вину и избегала разговора об этом.
— Конечно же я ни в коем случае не затребую особняк обратно, — добавила она.
На её слова у меня был ответ. Я улыбнулась:
— Конечно. Я ведь купила его по честной цене.
В оригинале Ванилла не выдержала и уехала спустя полгода. Но я собираюсь продержаться здесь как минимум пару лет.
Она улыбнулась спокойно и без смущения. Словно ожидала, что я скажу именно так.
— Простите, это было бестактно.
Мне жаль это говорить, но жизнь – это борьба: у кого больше информации, тот и выигрывает. Если бы она прочитала письмо раньше, возможно, не продала бы дом. У неё был целый год на это.
— Можно читать дальше? — спросил Иден, наблюдавший за нами. Я кивнула.
[Главное – это поместье BN1 в Брунеле. Запомни только это. Этот особняк – ключ.]
Значит, «Счастливый дом» – ключ. Возможно, это связано с подземными ходами. Один из них точно ведёт к полицейскому участку.
<Что нужно запомнить.
1 – Брунель, 3 – Родник, 6 – Хэйг, 8 – Нотиэм.>
А если это пути, ведущие к соответствующим местам?
1 — Брунель. Хотя я не видела написанных мелом цифр, это был самый близкий путь.
«Возможно, это правда».
Раз уж 8 — это Нотиэм, значит, проходов как минимум восемь.
Иден продолжил читать:
[Найди Сегрейв. Тебе понадобится помощь. Нужно вернуть родник. Я боюсь, что это письмо могут обнаружить, поэтому больше не могу писать.]
Сегрейв.
«Сегрейв родом отсюда?»
Как я уже говорила, семья Сегрейв существует только в легендах, а не в реальности. Это семья героев, или защитников, которые защищают мир от зла. Слова Идена вызвали переполох в зале. Все выглядели взволнованными, переговариваясь с сидящими рядом. Иден, не обращая на это внимания, продолжал читать письмо.
[Когда-то я верил, что даже если продам немного совести, то смогу изменить мир и вырваться из бедности. Я думал, что тогда моя семья будет счастлива. Но зло не исчезает, если его скрывать или маскировать.
Доченька. Счастье не создаётся насильно. Оно приходит само собой. Твоя улыбка для меня было словно владение всем миром. Тогда я понял. То, что я делаю, не создает счастье, а уничтожает его.
Когда узнаешь всю правду, скажи мне: спасибо, что ты нашёл в себе мужество. Скажи, что я сделал правильный выбор. Даже если весь мир меня осудит, одних твоих слов будет достаточно, чтобы я спокойно закрыл глаза.
Я мало что дал тебе при жизни, но знай: моя любовь к тебе такая же большая, как у богатого председателя Синклер.
Люблю тебя, моя доченька Ванилла.
Твой отец, который навсегда останется в твоём сердце.]
Когда письмо закончилось, обычно холодная и сдержанная Ванилла беззвучно заплакала.
Эми, Эмма, а также Гэри и Виктор, подслушивавшие у двери, тоже вытирали слёзы.
А я? Не знаю. Мне просто было завидно. У Ваниллы хотя бы было прощальное письмо от отца. А у меня ничего.
Но что больше всего смущает, так почему в письме упоминается «председатель Синклер»? Почему именно мой отец?
— Мисс Раскин, ваш отец знал моего отца?
— Нет. Не знаю, почему в письме упоминается председатель Синклер.
Ванилла покачала головой. Возможно, фамилия просто известна, как когда в прошлой жизни говорили: «Будь я Биллом Гейтсом, то поступил так-то и так-то».
— Ладно. Я понимаю, что всем грустно, но у нас много вопросов к этому письму, — сказал Нокс.
Я оглянулась. Хэррисон всё ещё не вернулся из деревни.
«Надо будет потом ему рассказать».
Нокс медленно поднялся, подошёл к Идену и взял у него письмо:
— Похоже, барон Раскин действительно знал что-то о вирусе. А теперь мы точно знаем, что мисс Раскин тут ни при чём.
— И ещё. Возможно, этот дом тоже связан с вирусом, — добавил Иден.
— Барон знал, и всё же велел дочери любой ценой охранять этот дом. Он сказал, что особняк – ключ. Разве это не значит, что здесь безопасно? — поддержала я их.
— Всё так. Если судить по содержанию письма, вывод напрашивается сам. Но пока еще рано делать выводы, — сказал Нокс.
После этого все погрузились в свои мысли и замолчали. Потом начали смотреть на меня. Я поняла, что это значило. Ведь я теперь хозяйка этого дома. Несмотря на то, что он сказал, что ещё рано делать выводы, в их глазах уже мелькала мысль: «это безопасный дом». Я не боялась, что его кто-то отнимет. Среди нас не было таких.
«Да и силой меня всё равно не одолеть».
Погружённая в мысли, я услышала, как Нокс подытожил:
— Это письмо не отвечает на все вопросы. В нём нет ни слова о том, почему из особняка, принадлежавшего мисс Раскин, вышел монстр.
— Чтобы разрешить это неприятное подозрение, нам, видимо, придётся лично отправиться по адресам: Нотиэм-стрит, 61 и Хэйг-стрит, 10, — предложил Иден.
Обновлено: 12.02.2026