191
Почему все были так убеждены? Это было совершенно непонятно. Культ не только не был искоренён, но и распространился так широко, что даже император империи в настоящее время принадлежал к нему. Как будто этого было недостаточно, теперь они и императрицей завладели.
«Похоже, среди членов Храма тоже есть последовали культа Евы».
И не обычные члены, а ключевые фигуры среди руководства. Иначе святой артефакт культа Евы не смог бы распространиться так легко.
«Нет, но как?»
Как мог культ, предположительно искоренённый в мире, распространиться так глубоко и широко, что никто этого не заметил? Есть ли вообще смысл в том, что всего лишь один человек занимает императорский трон в течение столь длительного периода времени?
«Да, это совсем не имеет смысла».
Судя по количеству украденных душ, можно было прикинуть, как долго он сидит на троне императора. Он точно не обычный последователь. Может, может быть…
— Самое настоящее безумие.
Мог ли он быть центром культа Евы?
Может быть она уже и напридумала себе, но другого объяснения этому не было. На императорский трон не мог быть посажен кто попало, а количество душ, связанных с ним, было просто астрономическим.
«Культ Евы».
Должна ли она почувствовать облегчение, узнав правду, или опустошение от этого? Честно говоря, ощущение реальности исчезло. Лидер культа, о котором упоминается только в учебниках истории, скрывался где-то поблизости?
«Неужели мне нужно принять это?»
Это было более шокирующим, чем известие о том, что серийный убийца, унёсший сотни жизней, живёт по соседству.
— Камилла? Ты в порядке? — обеспокоенно спросил Петро, когда она истерически засмеялась. Что она такое прочитала?
— Не могли бы вы принести мне стакан холодной воды?
Ей нужно остудить голову. Её нервы были на пределе, и она не могла ясно мыслить.
— Подождите.
Петро поспешно вышел из библиотеки, не позвав слугу, а отправившись за водой сам. Камилла посмотрела ему вслед, а затем снова уткнулась в книгу. От того, что она так пристально смотрела на текст, содержание книги не менялось, но она не могла отвести взгляд.
— Джено, — много позже она тихо окликнула стоящего позади себя. — Похоже, это правда.
[Хм.]
Стоящий за ней Джено тоже пробежал глазами по тексту книги, и его обычное расслабленное выражение лица сменилось резкой серьёзностью.
[Не похоже, что ты сможешь справиться с этим самостоятельно.]
— Я тоже так думаю.
Если они взаправду были последователями культа Евы, то это была не та проблема, с которой можно было справиться в одиночку. Культ Евы охватил целую империю.
«Я всегда просто старалась избегать всего».
Начиная с инцидента с Ранией и заканчивая другими происшествиями, с которыми она сталкивалась, в её голове звучало только одно. Не ввязывайся слишком сильно и тогда будешь в безопасности. Пока близкие целы и невредимы, этого достаточно! А как насчёт других? Это её не касается!
«Но а если противником будет культ Евы?»
Могла ли она просто отвести глаза и надеяться, что ситуация пройдёт мимо неё? Особенно когда это происходило прямо у неё на глазах!? Теперь она поняла, что притворяться нечего не знающей и скрывать это от других больше не лучший способ действий.
— Но как?
[Ты о чём?]
— Поверит ли мне кто-нибудь?
Он был императором империи.
Как отреагировали бы люди, если бы она указала на него и сказала: «Этот человек только внешне человек, а внутри он призрак, который должен был умереть столетия назад!»? Поверит ли ей кто-нибудь? Если её немедленно не объявят предательницей и не казнят, это будет чудом.
[Ты ведь Святая, верно?]
— Я не настоящая Святая.
Святая… Конечно, эта мысль приходила ей в голову. Ещё до того, как она узнала, что её противником был культ Евы, она подумывала о том, чтобы рассказать окружающим о поддельной реликвии и похищенной душе императора. Притвориться, как обычно, Святой и сделать вид, словно на неё снизошло божественное откровение.
Но...
— А что, если они узнают, что я притворяюсь?
И снова проблема в противнике. Опять же, человек, которого она намеревалась разоблачить, был императором самой империи!
— Он никогда в этом не признается.
Человек – или, скорее, чудовище, – который провёл так много времени в роли императора, не раскрыл бы свою истинную природу из-за простых слов обвинения.
А что, если те, кто не любит её или семью Сорфель, встанут на сторону императора и вместо этого выступят против неё? Что, если они возьмут кинжал правосудия, который она передала Храму, и потребуют доказательств того, что она настоящая Святая?
«Ни за что!»
Она не хотела умирать вот так! И не хотела, чтобы в её тело вселился призрак священника.
«Откуда мне знать, примет ли меня кинжал».
В конце концов, это всё равно было бы обманом, так же? Это нельзя было проверить заранее, и она не собиралась рисковать своей драгоценной жизнью в подобной авантюре. Она сумасшедшая что ли? Да она предпочтёт бросить всё и сбежать.
— Разве нет способа получше?
Способ естественным образом разоблачить действия культа Евы, оставаясь при этом в безопасности. Ещё лучше, если бы она могла передать это дело кому-нибудь другому и незаметно ускользнуть!
[Разве ты не говорила, что расследуешь дело о поддельной реликвии?]
— Я попросила Джейнера разобраться с этим, но ответа пока не получила.
Если с императорской семьёй ничего нельзя было сделать, она решила начать с проверки Храма, который продавал красную реликвию. Если сам Папа носил красную реликвию на шее, значит ли это, что он не связан с культом Евы, верно? Конечно, он не стал бы сознательно носить то, что может стоить ему души.
«Но я не могу подойти и спросить его об этом».
Папа, который уже готовился отречься от престола из-за неё, не стал бы делиться с ней никакой информацией.
Она была уверена, что выяснение обстоятельств, при которых Храм начал продавать реликвию, похищающую душу, приведёт к чему-то существенному. Но это тоже было непросто. Как и императорская семья, Храм был очень обособленным и яростно защищал свою собственность, что делало получение информации невероятно трудным.
— Но я подумала, что Кхан сможет с эти справиться.
Однако от Джейнера не было ни слуху ни духу.
«Что-то произошло?»
Когда она спросила, нашёл ли он что-нибудь, тот только молча пожал плечами и загадочно улыбнулся.
— Хм?
Когда Камилла в отчаянии опустила голову, её внимание привлекла деталь, на которую она раньше не обращала внимания.
Зеркало истины. Только с его помощью можно было найти членов культа Евы, глубоко спрятавшихся среди обычных людей.
— Зеркало истины?
Камилла нахмурилась, потому что название звучало, как старая развлекательная программа. Но описание было отнюдь не легкомысленным. Нет, оно было очень интригующим.
— Это может найти последователей культа Евы?
Могло ли это зеркало показать души, которые обитали в их телах?
«Или, возможно, оно показывает привязанных к ним духов?»
Название, казалось, подразумевало это!
— Есть ещё что-нибудь?
Камилла быстро начала просматривать другие книги. Однако больше о зеркале истины не упоминалось. Всего несколько отрывков о том, как члены культа Евы отчаянно прятались в его присутствии.
— Ах, ну нет.
Этого не может быть!
— Разве не должно быть хотя бы картинки того, как оно выглядит?
Будь оно у неё, доказать, что души императора и императрицы были похищены, было бы намного проще. Но как она могла найти его, если в книгах не было подробного описания?
— Это было так давно…
Это событие прошлых веков. Найти кого-то, кто знал правду о той эпохе, было почти невозможно.
«Сомневаюсь, что есть хоть один призрак, который знает что-то о том времени».
Даже такие давно существующие призраки как Джено и Арена из более позднего времени.
— Ха-а.
Чем глубже она погружалась в природу своего противника, тем более ошеломляющим всё это казалось. Фраза «невежество – блаженство» никогда не была настолько буквальной.
«Лучше бы я этого не знала! Правда!»
Высказав это безмолвное сетование, Камилла вернулась к изучению книг в поисках новой информации.
* * *
— Что привело вас сюда?
Священник Даниель был озадачен неожиданным посетителем. Джейнер, который сопровождал Камиллу во время предыдущего визита, попросил о личной аудиенции.
«Мы не особенно близки».
Тогда они даже толком не поговорили. Если у него были дела с Храмом, он мог обратиться к другим. Почему он выбрал именно его?
— Спасибо, что приняли меня так быстро.
Джейнер, надев безупречную маску доброты, которая всегда пугала Камиллу, начал с вежливого обращения.
— Это я должен быть благодарен за ваш визит, — Даниель ответил с такой же любезностью. Хотя у него было множество вопросов к нему, он сохранил добродушное выражение лица и продолжил, — Бог всегда с радостью ожидает новых встреч.
Улыбка Джейнера стала шире при словах Даниеля. Если бы Камилла присутствовала при этом, то бы пришла в ужас. Только она могла разгадать истинный смысл улыбки Джейнера. Такой улыбкой он улыбался, когда хотел кого-нибудь убить.
— Действительно ли Бог рад меня видеть?
— Конечно. Почему вы спрашиваете об этом? Вас что-то беспокоит? Если вы хотите покаяться, я с удовольствием выслушаю…
— А вы, священник, верите в Бога?
Джейнер цокнул языком, услышав крайне формальный тон, и тут же прервал его.
— Что вы хотите этим сказать?
Даниель, который благожелательно улыбался, внезапно замолчал, почувствовав что-то неладное. Подвергал ли он сомнению веру священника в Бога?
— Просто любопытно.
— Я бы посоветовал вам быть осторожнее со словами, которые могут быть неправильно поняты.
Даниель слегка покачал головой, и в его тоне появились нотки упрёка. Это было своего рода предупреждение. Предупреждение о необходимости быть осторожным в своих словах.
— Нет ничего больнее, чем быть заклеймённым как еретик.
— Правда?
Ухмыльнувшись, Дженнер достал что-то из-за пазухи и положил на стол.
— Значит, вы не против, чтобы на вас повесили ярлык настоящего еретика, верно?
Обновлено: 12.02.2026