Глава 156 — 156. Тот, кого кличут безымянным (2)

156   «Рави, с сегодняшнего дня он будет твоим папой». «…» «…»   Когда его мама впервые сказала, что примет этого человека как своего мужа, он ничего особенного не почувствовал. Как и он. То, что они собрались быть семьёй, ничего не меняло, поскольку ни одному из них не было дела до другого. Ни один из них не проявлял заботы друг о друге. Ни один из них не подходил к другому первым. Для него он был всего лишь «мужем мамы», не больше. Но затем кое-что произошло, что вызвало незначительные изменения в эмоциях.   «Рави, а не слишком ли это заносчиво?» «Всё верно». «Меня раздражает, когда пытаются притворяться заносчивыми».   Дети в округе недолюбливали его за то, что он был слишком взрослым для своего возраста. Нет, точнее было бы сказать, что он им не нравился. В результате чего он стал изгоем в районе, где они жили, и его часто били дети. Несмотря на это, он не рассказал об этом своей маме. И скрывал травлю детей, объясняя, ссадины тем, что упал. Но в какой-то момент издевательства прекратились. Они боялись смотреть на него и старались избегать.   «Тв-твой папа по-настоящему пугающий человек». «Он сказал, что не оставит нас в покое, если мы продолжим задирать тебя». «Ещё страшнее было то, что он говорил это с улыбкой!»   Оказалось, что он предупредил детей без его ведома. Тот же самый человек, который окидывал Рави безразличным взглядом, когда он приходил домой с травмами. Именно тогда его отношение немного изменилось. Он подумал, что жить с ним было довольно неплохо. «Но его не стало в нашей жизни меньше, чем через год». Возможно, именно поэтому он возненавидел его ещё больше. Он злился, потому что попытался немного открыться. И, кажется, именно эта злость была направлена на Камиллу. Глядя на Камиллу, он чувствовал подавленность и злость без всякой причины. Когда он вспоминал давно минувшие дни, то осознавал, что та злость была чистой воды безумием. — Вам есть что сказать? Конечно, он не мог с ним добродушно разговаривать. Ещё больше раздражало то, что он был Герцогом. Вот почему он бросил маму? Неужели она казалась ему настолько незначительной в его воспоминаниях, что он не захотел её искать? Очень немногие знают, что Каис Эскра ничего не помнит о том годе, который провёл в Империи Фейблер. Естественно, Рави ещё не знал об этом факте, поэтому его внезапное появление казалось ему вопиющим. — Мне просто любопытно. — Что? — Интересно, что же за человек стал причиной того, что моя дочь была в такой панике? — Дочь, дочь такого человека! Замолчите! — Я также могу называть тебя своим сыном, если хочешь. — …Что вы сказали? — Я буду считать тебя своим сыном. Не думаю, что моя дочь сможет бросить тебя. Рави смотрел на него мгновение, как на безумца, а затем быстро отвернулся. Он подумал, что с потерянной памятью этот человек рассуждал трезвее. — О, у тебя приятный характер? Герцог Эскра улыбнулся Рави. — У меня-то? — На твоём месте я бы сильно выругался, но ты же просто уходишь. — Считаю, что на вас не стоит тратить своё время, поэтому просто ухожу. — Может, я был добр к тебе, когда потерял память? — … — Что? Что за взгляд такой? — Мне любопытно, как вам могла прийти в голову такая нелепая мысль. — Что в ней нелепого? — Вы действительно спрашиваете, потому что не знаете? Не имеет значение, насколько сильно он потерял память, что он сделал? Никто иной, как Герцог Эскра, проявил доброту к ребёнку? Он даже не может сказать доброго слова своему собственному ребёнку, Дайву. Неужели потеря памяти изменила его личность? — В любом случае, думаю, он станет ключом к тому, чтобы заполучить леди Камиллу. — Такого же мнения. Взгляды Герцога Эскра и Графа Альтон метнулись к Рави, который отошёл уже далеко.   * * *   Щелчок. — Что? Глаза Камиллы слегка расширились, когда она открыла дверь и вошла. Это потому, что в комнате находился человек, о котором на некоторое время забыла. — Ты здесь? — Ты… здесь? Это всё, что вы можете сказать? — спросил Дорман, которого затрясло от её слов. Ему, должно быть, всё ещё очень обидно от того, что она бросила его. «Раздражающий ублюдок». Ещё и разозлился сейчас. — Да как вы могли оставить меня там и ни разу не связаться со мной? — Я не собираюсь больше так поступать с тобой. — Вы перешли все границы! — Хватит. Ты как раз вовремя. — …Для чего? Прикрыв глаза, он погрузился в свои мысли. Он что-то сказал или допустил ошибку в последнее время? — Ты же общаешься с Хавелом? — Хавелом? — Гм. — Да. Я могу с ним связаться… — Передай ему, что я хочу с ним увидеться. Жнец Хавел. Она хотела спросить у него о кое-чём. — Для чего он нужен? — Потому что я снова увидела нечто странное. У призраков, связанных с Императором Фейблер, было кое-что общее. Прежде всего, их внешность. У них были светлые волосы и золотистые глаза, характерные для членов Императорской семьи. Если хорошенько присмотреться, то можно было обнаружить много странного сходства. Также верно и то, что все они мужчины. «И, наконец, возраст». Всех их забрали в одинаковом возрасте. «Что это значит?» Независимо от того, сколько она об этом думала, вывод был только один. «Все Императоры Империи Фейблер – один и тот же человек». Или, точнее, одна и та же душа продолжала занимать место Императора, просто в разных телах. — По всему телу мурашки. Значит, что эта душа поддерживает свою жизнь, забирая тела своих детей. — Ужас. Есть ли в этом смысл? Разве он не законченный психопат? Как можно использовать собственного ребёнка в качестве инструмента для поддержания жизни? Но сколько бы она ни думала об этом, не была в состоянии предположить ничего, кроме этого. Порой в дорамах отец говорит своему сыну: «Ты – моя мечта и будущее». Эти слова означали поддержку и привязанность отца к своему сыну. Что, если Император Фейблер сказал бы это Наследному Принцу Эдсену? «Смысл полностью изменится». Потому что он действительно его будущее. И снова у неё по коже побежали мурашки. «Может быть, и в этот раз всё будет так же?» Было ясно, что будет забрано либо тело Наследного Принца Эдсена, либо Второго Принца. Связанные призраки были схожи по возрасту с нынешними двумя Принцами, а значит, пора сменить тело, верно? — Что мне с этим делать? Поверят ли ей, если она расскажет об этом? Но речь шла об Императоре. Ей, должно быть, отрубят голову за обвинение Императора без доказательств, верно? — Для началась мне нужно встретиться с Хавелом. Она думала, что Хавел должен что-то знать. Возможно, ему известно истинное имя Императора из списка, как и Рании. Возможно, он сможет рассказать ей больше о секретах Императора Фейблер. — Точно, держите. — Что это? — Господин Дайв попросил меня доставить его. Это было письмо. Поскольку Дорман возвращался, он, должно быть, написал письмо с приветствием и наилучшими пожеланиями. Камилла слабо улыбнулась и вскрыла письмо. — Я слышал, что в месте проведения вечеринки возник переполох? Взгляд Камиллы, оторвавшийся от письма, обратился к Дорману. — Неужели слухи уже поползли? — Слухи о Мисс всегда распространяются быстро. — Ха-а, — Камилла тяжело выдохнула. Конечно. Этот человек ведь бросил словесную «бомбу» на вечеринке. Новость о том, что объявился биологический отец Камиллы Сорфель, наверняка уже разнеслась по столице. Интересно, насколько сильно ей будут перемывать косточки? — Почему этот человек вдруг оказался там? Если бы она знала, что Герцог Эскра был включён в число послов, то подготовилась заранее. Кажется, что ни Герцог Сорфель, ни остальные не знали об этом. — С человеком, который должен был изначально приехать, внезапно что-то случилось, поэтому вместо него прибыл Господин Каис. — Вместо? Разве этот человек стал бы выполнять работу за кого-то? — Что за внезапность? — Э-этого я не знаю, — пробормотал Дорман и с неловкой улыбкой отвёл взгляд от Камиллы. Слухи о том, что человек, который должен был изначально прибыть в составе делегации, собрал свои вещи и уехал в деревню после встречи с Герцогом Эскра, заявив, что ему нужно поправить здоровье, распространились очень быстро. Если он хотел приехать в качестве одного из послов, то почему не сказал об этом сразу? — Зачем нужно было выискивать слабость другого человека и отправлять его в деревню?   «Если она узнает, то скажет мне, чтобы я не приезжал».   Должен ли он сказать ей, что причиной была не кто иная, как она? Дорман немного поразмыслил над этим и решил промолчать. — В любом случае, пожалуйста, свяжись с Хавелом как можно скорее. — Я понял. Кивнув, Дорман тут же приготовил чашку чая и поставил её перед Камиллой. — Кажется, вас что-то мучает. — Э-ху. Внезапно она поняла, что не понимает, что происходит. Камилла села и отпила чай, чтобы привести мысли в порядок. Но вскоре её лоб снова нахмурился. «Не думаю, что мы когда-нибудь снова увидимся, верно?» Император Фейблер. Герцог Эскра неожиданно покинул вечеринку.   «Я хочу расспросить тебя о событиях этого дня, и надеюсь, мы скоро найдём время поговорить наедине».   Слова Императора продолжали беспокоить её. Это было просто приветствие, верно? — Верно, всё так и было. Он ведь Император. Он настолько занятой человек, что вряд ли сможет выкроить время на беседу. Камилла потягивала чай, погружённая в свои тревожные мысли.   * * *   — …Место Императора. Свободны. Несколько дней спустя Камилла неоднократно вздыхала, глядя на приглашение в своей руке. Это было приглашение, принесённое лично Императорским обер-камергером, и в нём было кратко написано, что Император желает вместе выпить чаю. — Почему он хочет встретиться со мной? Ему хочется услышать подробности того дня, когда меч-хранитель пробудился? Но она мало что помнила! Она была одержима, поэтому ничего не знает. Что ей нужно рассказать? Не могла же она сказать, что это всё рук Джено… «Более того, меня кое-что ещё беспокоит». Неужели это единственная причина, по которой он хочет увидеть её? Зачем ему вообще понадобилось посылать ей приглашение в Императорский дворец? — Что это? — Э, э! Хвать! В этот момент кто-то выхватил приглашение из рук Камиллы.