Благородная наложница Чу пыталась спровоцировать Цзян Синьюэ, критикуя её как прямо, так и косвенно, но наложница Цзян вела себя так, будто ничего не понимала.
Наложница Чу уже пришла в плохом настроении, желая поставить наглую девчонку на место, но уходила, просто закипая от гнева.
— С молодой госпожой всё в порядке?
— А что со мной может случиться?
Пока она ела, уловила резкий травяной запах и прикрыла нос.
— Откуда этот запах?
Шуан Цзян высунула голову из-за высокой, по пояс, бронзовой жаровни в форме цилиня. Её лицо было перепачкано сажей.
— Молодая госпожа, мы живём рядом с прудом лотосов, а лето - пик сезона комаров. Департамент внутренних дел прислал эти листья полыни во дворец Сихо для вас. Они немного влажные, но, по крайней мере, мы можем их использовать.
Дворец Сихо получил эти влажные листья полыни только потому, что Цзян Синьюэ была последние несколько дней в фаворе у Императора. В противном случае они бы не получили даже эти некачественные листья.
Девушка почувствовала першение в горле, и взмахнула платком.
— Прекрати их жечь. Какие комары могут быть днём? Прибереги их и зажги потом, когда прийдёт Его Величество.
Си Цюэ удивлённо посмотрела на неё. Если юная госпожа сама не могла выносить отвратительный запах этих низкосортных листьев полыни, то как она могла позволить Императору такое терпеть?
Но потом она поняла, что её безрассудная и наивная юная госпожа научилась тонко жаловаться, не произнося при этом не единого слова.
Это замечательно. Возможно их хозяйка всё-таки сможет подняться выше в иерархии этого безжалостного императорского дворца.
*******
Дворц Чансинь.
После ухода Императора лицо супруги Ли мгновенно помрачнело.
Император был явно разочарован в этой наложнице Цзян, но ранее, во время трапезы, Его Величество принёс ей дворцовые правила, написанные этой мерзкой женщиной, сказав, что её почерк осквернит глаза благородной супруги Ли.
Хотя в его тоне слышалось презрение, любой мог уловить лёгкие покровительственные нотки скрытые в словах Императора.
— Лайю, иди и узнай, почему Его Величество сегодня посетил дворец Сихо.
Она хорошо знала Императора. Однажды разлюбив наложницу, он никогда к ней не вернётся.
Какими исключительными способностями обладала эта Цзян Синьюэ?
Это было то, что благородная супруга Ли никогда не узнает.
*****
Император уже упомянул, что сегодня вечером отдаст предпочтение наложнице Цзян. Поэтому, перед наступление темноты во дворец Сихо пришёл евнух с объявлением:
— Сегодня вечером благородная наложница Цзян должна зажечь фонари во дворце Сихо и ждать прибытия Императора.
Си Цюэ и Шуан Цзян были вне себя от счастья, как будто наступил какой-то великий праздник, и они с нетерпением принялись прихорашивать и одевать свою молодую госпожу.
Предыдущая владелица этого тела также очень внимательно следила за своей внешностью. Её туалетный столик был заставлен духами, кремами, бальзамами для губ, румянами и карандашами для подведения глаз.
— Ни в чём из этого нет необходимости.
Цзян Синьюэ уклонилась от сильно пахнущего османтусового масла для волос.
— И не каких сложных причёсок, просто распусти волосы и заколи нефритовой шпилькой.
Она не наносила на лицо много косметики, только слегка припудрилась жемчужной пудрой и нанесла немного бальзама на губы.
По сравнению с её обычным видом, вечерний образ при свете свечей делал девушку более утончённой и соблазнительной.
Когда прибыл Император Сюаньу, он увидел эфемерную фею, одетую в тонкое лёгкое платье, которое создавало впечатление, что она вот-вот может воспарить в небеса. Цзян Синьюэ держала дворцовый фонарь, стоя у ворот дворца с нежной улыбкой, приветствуя своего возлюбленного.
Мягкий свет фонаря подчёркивали её красоту, и даже развевающиеся на ветру распущенные пряди волос добавляли девушке очарования.
Император Сюаньу подошёл, нежно заправляя выбившуюся прядь волос.
— Зачем мучаешь себя, стоя здесь в такую жару? Тебе следовало подождать меня внутри. Пойдём быстрее.
Её нежные руки были горячими на ощупь, указывая на то, что она, должно быть, стояла здесь уже довольно давно.
Цзян Синьюэ опустила голову с тихим смехом, её локоны коснулись груди императора, словно пушистый котёнок.
— Ваша наложница знала, что Ваше Величество прийдёт сегодня, я вообще не чувствовала жары. На самом деле мне кажется, что здесь довольно прохладно.
Император погладил её макушку, чувствуя, как тело красавицы прижимается к его собственному.
Руки Императора сжали её талию, и Цзян Синьюэ положила ладонь ему на грудь, но её плечи намеренно отодвинулись, открывая прекрасный обзор на глубокое декольте.
Их горящие взгляды встретились. Глаза Императора горели огнём желания, а обжигающий жар его рук заставил красавицу покраснеть.
*******
Ван Дэцюань молча отпустил дворцовых слуг, оставшись охранять дверь ведущую в покои наложницы Цзян.
Когда в комнате стало тихо, Император Сюаньу набросился на девушку, словно дикий зверь, и впился в её губы жгучим поцелуем.
Спустя долгое время он наконец отпустил её. Они оба тяжело дышали и не мигая смотрели друг на друга.
Цзян Синьюэ коснулась своих красных припухших губ, бросив на мужчину смущённый взгляд, который источал одновременно невинность и очарование, заставляя Императора Сюаньу потерять над собой контроль.
В мерцающем свете свечей страсть поглотила комнату...
*******
В императорском гареме каждая наложница была прекрасна, но в спальне, все они вели себя одинаково. Со временем это стало надоедать.
Но благородная наложница Цзян была другой!
Она смело обращалась к сыну неба, говоря с такой дерзостью, которая заставляла сердце биться чаще, даже у такого искушённого человека как Император.
Это чувство было таким новым, таким волнующим!
Он не мог насытиться ею, желая, чтобы она стала ещё более своевольной, делала ещё более соблазнительные жесты и произносила ещё более опьяняющие слова.
Неизвестно, был ли Император Сюаньу, таким же ненасытным в покоях других наложниц.
В более поздние времена люди завидовали счастливой жизни Императора, полной ночных удовольствий, но Цзян Синьюэ считала, что его жизнь была довольно жалкой.
Во дворце так много женщин, и все они ждут, чтобы он их обслужил, независимо от того, хочет этого или нет.
Однако Цзян Синьюэ не собиралась его жалеть.
Как говорится, человек должен выполнять обязанности соответствующие его должности.
Точно так же, как она теперь стала частью армии женщин императорского гарема, используя все возможные уловки, чтобы заслужить его расположение и обеспечить себе роскошную и привилегированную жизнь.
*******
— Кхм...
После жаркой ночи Император Сюаньу тихо откашлялся, его рука замерла.
— Ван Дэцюань!
— Этот слуга здесь.
Из-за двери донеслись звуки: несколько евнухов вносили горячую воду и выливали её в ванну за ширмой.
Девушка на кровати крепко зажмурилась, её длинные, как у бабочки, ресницы слегка затрепетали, а пальцы сжали постельное бельё. Она была слишком смущена, чтобы открыть глаза.
Император тихо усмехнулся, поднял её с постели и сам понёс в ванну. Ван Дэцюань услышал тихий всплеск воды, когда Его Величество властным тоном произнёс:
— Пусть Департамент внутренних дел отправит немного полынного ладана, чтобы окурить дворец Сихо.
Почувствовав в воздухе запах низкосортных трав, Ван Дэцюань поспешно кивнул в знак согласия.
Внимание! Этот перевод, возможно, ещё не готов.
Его статус: идёт перевод
Обновлено: 17.01.2026