Я сею смерть. Я пожинаю вечность.
В один миг всё человечество было вырвано из привычной реальности и брошено в грязный, гниющий мир, где воздух пропитан тлением, а сама земля шепчет о погребённых тайнах. Здесь не выживают силой — здесь выживают тем, что сеют.
Людям дали одно: почву.
И одно правило: что посеешь — то и пожнёшь.
Но никто не сказал, что прорастёт.
Су Е знал законы земледелия. Он верил в цикл жизни и смерти. Однако в этом мире семена требовали не воды и света, а плоти, костей и времени. Тела становились удобрением. Могилы — грядками. А над каждым захоронением рождались призрачные всходы.
Кто-то выращивал странные растения.
Кто-то — чудовищ.
Кто-то — безумие.
Су Е пошёл дальше.
Он закапывал мёртвых — и выращивал призраков.
Он строил гробницы — и возводил из них целые города.
Он заставлял океаны всходить, как поле.
Он превращал небеса в теплицу.
Он сеял в землю звёзды — и собирал урожай из гигантских деревьев, чьи кроны касались пустоты.
Но самым страшным открытием стало не это.
В грязной почве этого мира можно было вырастить не только силу.
Можно было вырастить невесту.
Можно было вырастить жену.
Можно было посеять судьбу — и получить спутницу, сотканную из тумана, смерти и бездны.
А если можно вырастить любовь…
что ещё можно вырастить?
Пока человечество сходило с ума, закапывая тела в поисках могущества, Су Е начал понимать: странные растения — лишь оболочка. Подлинный урожай — это не призраки.
Это власть над самой материей бытия.
Мать-Земля шепчет ему.
Гробы раскрываются, как бутоны.
Медленное горение превращает мир в огромную погребальную свечу.
Тысячи призрачных дев склоняются перед тем, кто осмелился сеять смерть.
Но остаётся один вопрос:
Если ты можешь вырастить всё —
кто в итоге выращивает тебя?
Я сею смерть. Я пожинаю вечность.
В один миг всё человечество было вырвано из привычной реальности и брошено в грязный, гниющий мир, где воздух пропитан тлением, а сама земля шепчет о погребённых тайнах. Здесь не выживают силой — здесь выживают тем, что сеют.
Людям дали одно: почву.
И одно правило: что посеешь — то и пожнёшь.
Но никто не сказал, что прорастёт.
Су Е знал законы земледелия. Он верил в цикл жизни и смерти. Однако в этом мире семена требовали не воды и света, а плоти, костей и времени. Тела становились удобрением. Могилы — грядками. А над каждым захоронением рождались призрачные всходы.
Кто-то выращивал странные растения.
Кто-то — чудовищ.
Кто-то — безумие.
Су Е пошёл дальше.
Он закапывал мёртвых — и выращивал призраков.
Он строил гробницы — и возводил из них целые города.
Он заставлял океаны всходить, как поле.
Он превращал небеса в теплицу.
Он сеял в землю звёзды — и собирал урожай из гигантских деревьев, чьи кроны касались пустоты.
Но самым страшным открытием стало не это.
В грязной почве этого мира можно было вырастить не только силу.
Можно было вырастить невесту.
Можно было вырастить жену.
Можно было посеять судьбу — и получить спутницу, сотканную из тумана, смерти и бездны.
А если можно вырастить любовь…
что ещё можно вырастить?
Пока человечество сходило с ума, закапывая тела в поисках могущества, Су Е начал понимать: странные растения — лишь оболочка. Подлинный урожай — это не призраки.
Это власть над самой материей бытия.
Мать-Земля шепчет ему.
Гробы раскрываются, как бутоны.
Медленное горение превращает мир в огромную погребальную свечу.
Тысячи призрачных дев склоняются перед тем, кто осмелился сеять смерть.
Но остаётся один вопрос:
Если ты можешь вырастить всё —
кто в итоге выращивает тебя?
