Когда Чу Мёран ушла, Сарын Гохон, подхватив Тан Ёмвон на руки, направился на восток.
Тан Ёмвон смирно притаилась в его объятиях. Хотя она ни о чём не спрашивала, ей не удалось скрыть любопытство и недоумение, отразившиеся на лице. Заметив это, Сарын Гохон произнёс:
— Я покажу тебе наш дом.
Дом? Сердце Тан Ёмвон затрепетало.
— Ах… да.
Походка Сарын Гохона была невероятно лёгкой. На белом снегу не оставалось ни единого следа. Окружающие пейзажи проносились мимо, словно они летели на крыльях ветра. Цветущая Сливовая роща сияла дивной красотой.
Среди заснеженных полей на фоне ослепительных гор стоял павильон. Вокруг белым блеском сверкали ледяные долины и иней, а серебристые рыбки, плавающие в ручье, напоминали Млечный Путь. На ветвях сосен, остававшихся зелёными даже в разгар зимы, висели ледяные кристаллы, а через ущелье был перекинут мост. Погода была приятной, а вид со двора напоминал картину. С одной стороны, издавая чистый звук льющейся воды, вращалось водяное колесо.
Посреди этого пейзажа в бурном водопаде была скрыта чёрная железная цепь толщиной с запястье взрослого человека. Сарын Гохон пошарил рукой, словно что-то ища, и цепь сама собой легла ему в ладонь. Тогда он обратился к Тан Ёмвон:
— Давай поднимемся вместе.
Тан Ёмвон задрала голову, но конца цепи не было видно. Вершина была окутана облаками; казалось, она уходит за самые небеса.
— Тебе страшно?
— О чём вы? С чего бы мне было страшно?
Сарын Гохон легонько погладил Тан Ёмвон по щеке.
— Я ни за что не позволю тебе упасть.
Тан Ёмвон посмотрела на него так, словно это было само собой разумеющимся, и ответила:
— Конечно, я верю, что вы этого не допустите.
Убить Тан Ёмвон для Сарын Гохона было проще простого. Ему не было нужды затевать столь хлопотное дело.
Сарын Гохон просиял от её слов. Его открытая улыбка в этот момент напоминала улыбку маленького мальчика. Он подпрыгнул вверх, словно небожитель, парящий по ветру. Сила, с которой он тянул цепь, была неизмерима, а его лёгкий полёт напоминал дикого гуся, расправившего крылья.
Тан Ёмвон молча вела в уме расчёты. Внутренняя энергия этого мужчины была гораздо выше, чем она предполагала. Победить его в ближайшее время было невозможно. В таком случае сейчас лучше было полагаться на него, потакать его капризам и подчиняться, чтобы сохранить жизнь. А заодно и пользоваться моментом, получая всё самое лучшее, словно крошки с барского стола.
В какой-то момент налетел резкий холодный ветер. Однако прежде чем он успел коснуться её лица, белый рукав преградил ему путь. Спиной она чувствовала его тёплую грудь. Несмотря на то что на ней была одежда из шелка-сырца, лёгкая, как пёрышко, она совсем не чувствовала холода.
— Смотри, — сказал Сарын Гохон, указывая куда-то.
Тан Ёмвон перевела взгляд в том направлении. Перед её глазами предстали бесконечные горные пики. Белые облака и туман расстилались под ногами, и казалось, стоит протянуть руку — и коснёшься лазурного неба. Непрерывная цепь вершин напоминала спящего зверя. Глядя вдоль горного хребта, можно было сказать, что вершина, на которой они стояли, была головой этого зверя. Взглянув вниз, она увидела горную виллу Снежного Лотоса как на ладони. Высоко возвышались башни, пестрели сливовые и сосновые леса. В голубом пруду скопились снег и лёд. Тонкая пелена тумана бесшумно плыла мимо, и прекрасный вид виллы, проглядывающий сквозь него, постоянно менялся.
— Это же… Свернувшийся дракон.
Тан Ёмвон поняла, что этот раскинувшийся хребет и есть Божественный зверь. Место, где они сейчас стояли, было головой дракона, а горная вилла Снежного Лотоса была окружена Горным хребтом Свернувшегося Дракона.
— Да.
Заметив восхищённый взгляд Тан Ёмвон, Сарын Гохон улыбнулся и спросил:
— Красиво?
Тан Ёмвон глубоко вдохнула чистый разреженный воздух и, посмотрев на Сарын Гохона, искренне произнесла:
— Да, очень красиво.
Это был определённо самый прекрасный вид, который она видела за всю свою жизнь.
Сарын Гохон тепло улыбнулся, его глаза сощурились. Сияние в них затмевало блеск солнца и белого снега.
— Это наш дом. — Затем он снова спросил: — Тебе нравится наш дом?
Тан Ёмвон, заворожённо глядя на него, ответила:
— Нравится.
Она вдруг осознала, что его лицо прекраснее даже этого пейзажа. Оно было по-настоящему красивым. До сих пор никто не спрашивал её мнения. Никто до этого не улыбался так радостно и так открыто, слушая её.
Ни разу до этого момента.
На следующее утро Тан Ёмвон проснулась в полузабытьи. Она позволила Сарын Гохону одеть её, почистить ей зубы и умыть лицо. Когда же она окончательно пришла в себя, то обнаружила, что сидит у него на коленях и ест завтрак из его рук.
— Проснулась? — с улыбкой спросил Сарын Гохон.
Тан Ёмвон молча кивнула. Следом она приняла из его рук сладости с ароматом сливы и начала медленно жевать. И не забыла повторить то, чему научилась вчера: самой покормить Сарын Гохона и слизнуть его слюну, оставшуюся на руке.
Чу Мёран с самого утра, как только увидела Тан Ёмвон, почувствовала, что с той что-то не так. Но поскольку Сарын Гохон ничего не говорил, Чу Мёран тоже помалкивала.
Однако, увидев, как эти двое общаются, Чу Мёран едва не разинула рот от удивления. «Проснулась? Хозяин виллы сейчас спросил, проснулась ли она? Значит, всё это утро он её умывал, одевал, на руках нёс до Сливовой рощи, а она проснулась только сейчас?»
Чу Мёран оставалось лишь молча оправдывать происходящее в своих мыслях. Тан Ёмвон, сумевшая завоевать сердце Сарын Гохона и не расстававшаяся с ним ни на миг, явно не была обычной девушкой.
Закончив с завтраком, Сарын Гохон мягко погладил Тан Ёмвон по животу и спросил:
— Помнишь Ледяную долину, которую мы видели вчера?
Тан Ёмвон и в голову не пришло, что он делает ей массаж для пищеварения. С её точки зрения, в этом действии крылся иной смысл. Она думала, что если не даст верного ответа, то рука, которая сейчас нежно её поглаживает, внезапно распорет ей живот.
— Помню, — ответила Тан Ёмвон. На мгновение она замешкалась, а затем добавила: — Вы говорили, что там есть Холодный пруд, выдержавший тысячу лет. И лес, где застыл ледяной нефрит… Я помню всё, что сказал Гохон.
В глазах Тан Ёмвон читались искренность и радость. Её ясные глаза снова всколыхнули сердце Сарын Гохона. Ему захотелось ещё сильнее спрятать эту женщину в своих объятиях. Если бы ей это понравилось, он был готов принести ей всё, что угодно.
Его густые ресницы слегка дрогнули. Сарын Гохон лишь поджал губы. Он не знал, как выразить это бушующее чувство. Поэтому, ведомый инстинктами и желанием, он прижался своими губами к губам женщины, чьи слова так тревожили его душу.
Сарын Гохон не знал, что образ мышления Тан Ёмвон немного отличался от обычного. Если бы у неё были уши и хвост, они бы сейчас радостно виляли. Сама того не осознавая, она проявила невероятное очарование, которое попало точно в цель.
Лицо Чу Мёран, наблюдавшей за ними, исказилось от смеси удивления и радостного смущения.
— Ммм!
Для Тан Ёмвон это произошло внезапно. Она замерла, но вскоре приоткрыла рот, позволяя ему углубить поцелуй.
В этот момент её глаза засияли особенно ярко. Сарын Гохон тоже не закрывал глаз. Его взор был мягким и спокойным. Глядя на его лицо, никто бы не предположил, что сейчас он целует её так страстно и неистово.
Тан Ёмвон не осознавала, что её поведение пробуждает в нём скрытую дикую натуру. Понемногу проявлялся его нрав хищного зверя. Никто не знал, насколько он страшен. Стоило ему выбрать цель, и он её уже не отпускал. Любой, кто посмел бы взглянуть на его добычу, познал бы его ярость.
— Умм, ннн…
Снова возникло странное чувство, от которого покалывало всё тело. Стало трудно дышать. Слюна стекала по подбородку. Тан Ёмвон смотрела на Сарын Гохона затуманенным взглядом. Она не пыталась вырваться. Она считала, что покорность не вызовет его гнева.
Руки и ноги были заняты, губы прижаты к его губам — малейшее движение могло ему помешать. Свободными оставались только глаза, и Тан Ёмвон вложила в них немую мольбу.
Тогда Сарын Гохон прищурился и медленно отстранился.
Тан Ёмвон наконец обрела свободу. Дыхание перехватило, по телу пробежала дрожь. Она не понимала, почему это произошло. Неужели он разгадал её намерения и предупреждает её?
Но ведь она никогда не шла на сближение первой. Как же он мог что-то заподозрить?
Сарын Гохон тоже смотрел на неё. Его грудь мерно вздымалась, а во взгляде читалось замешательство. Он медленно перевёл взгляд на её покрасневшие губы. Чтобы не напугать её, он начал приближаться очень медленно.
Тан Ёмвон инстинктивно почувствовала, что не хочет упускать шанс получить Яд Небесного Демона. Решив, что он не собирается причинять ей вред, она решительно высунула язык и лизнула его губы, а затем коснулась его языка. Удовлетворённая, она замерла. Её глаза сияли.
Тело Сарын Гохона напряглось. Он пристально смотрел на неё взглядом, в котором бушевало пламя. Внезапно он обхватил её голову, прижал к груди и взмыл ввысь.
— Идем в Ледяную долину.
Он говорил, сдерживая себя, но голос всё равно был охрипшим.
Тан Ёмвон, решив, что её поведение перешло черту, послушно кивнула.
Чу Мёран, чьё лицо раскраснелось, долго смотрела им в спину, а затем негромко прыснула от смеха.
Обновлено: 20.02.2026