— Готовы морально?
— Д-да.
— Расслабьтесь. Не умрете.
— Да.
— Итак, начинаем.
— Х-хып!
Ш-ш-ш-ш-ш!
Полынный конус яростно задымился. Запах полыни мгновенно распространился по помещению. Напряженный до предела гладиатор заерзал спиной. Ракиэль похлопал его по плечу.
— Будет немного горячо.
— …Гх-хып.
— Но это лучше, чем мучиться от боли, которая приходит каждый день, так что потерпи немного. Боль коротка, а радость длинна.
— Д-да, я понял…
Гладиатор, лежа на лежанке, дрожал всем телом, мобилизуя все свое терпение. Ракиэль с удовлетворением посмотрел на него. А затем оглядел зал.
Это было просторное помещение, изначально предназначенное для банкетов и других мероприятий. Но сейчас оно превратилось во временный кабинет для приема, где аккуратно стояли тринадцать белоснежных лежанок. И все это пространство было наполнено ароматом горящей полыни.
«Ах, старые времена вспоминаются».
Тринадцать гладиаторов, нет, пациентов, лежащих на животе и получающих прижигание. При виде этой картины ему внезапно вспомнились дни в Республике Корея.
Клиника традиционной медицины Пугён, которую он с трудом открыл, влезши в долги. Место, которое в местном сообществе прозвали «клиникой знакомств». Она была вполне успешной. У него было немало постоянных пациентов.
Так было до того, как разразилась эта проклятая пандемия Ковида, до того, как к нему зашел зараженный, до того, как слухи об этом разнеслись по всему району.
«…»
Если подумать, я ведь упал с моста Янхвадэгё. Наверное, в реку Ханган. Меня там объявили пропавшим без вести? А что стало с клиникой? Надо же было выплатить выходное пособие моим медсестрам, Ким и Ли…
«Тьфу, не будем об этом».
Ракиэль, чуть не впавший в уныние, встряхнул головой, отгоняя навязчивые мысли. Теперь он не знал, как вернуться туда. Да и, честно говоря, не особо-то и хотел. Вернувшись, он вряд ли что-то исправит.
Так что не будем об этом думать.
Не будем переживать.
Сосредоточимся на настоящем, с которым столкнулись здесь.
«Тогда… я смогу всю жизнь наслаждаться сладкой жизнью».
Его ждала жизнь члена императорской семьи. Нужно лишь решить проблемы со здоровьем и продолжительностью жизни. Тогда он сможет наслаждаться статусом, бездельничая всю жизнь, как какой-нибудь шейх.
Так что надо сосредоточиться.
Ракиэль, укрепившись в своей решимости, осмотрел полынные конусы, установленные на спинах гладиаторов. Он убирал сгоревшие, стряхивал пепел. На ожоги от конусов наносил мазь. Это была специальная мазь от ожогов, сделанная по рецепту лорда Гардина.
Он наблюдал за реакцией гладиаторов после первого сеанса прижигания.
— Ну, как ощущения?
«…»
— Что-нибудь болит?
— Хм, спина жжет.
— Это из-за ожога. А кроме этого?
— Голова… а?
Этот гладиатор только что корчился от жжения полыни. Когда он встал, на его лице читалось недоумение, зачем он вообще подвергся такой пытке.
Но, отвечая на вопрос Ракиэля, он вдруг замер. Вероятно, он наконец осознал произошедшие с ним изменения.
Улыбка сама собой появилась на лице.
— Ну как?
— …В голове, это, свежо?
— Вот именно.
— А? А! И правда! Что это? Ха-ха? Ха-ха-ха!
Гладиатор резко вскочил.
Он крутил головой в разные стороны, словно самому себе не веря. Руками он постоянно ощупывал подбородок, щеки, область вокруг глаз. Ужасная невралгия затылочного нерва, которая неизбежно наступала без приема наркотического обезболивающего. Та самая невралгия, которая подкрадывалась к нему, когда он ложился на прижигание.
Но после процедуры она бесследно исчезла. Это было настолько удивительно и радостно.
— Не болит. Я уже несколько лет не чувствовал такой легкости…
Гладиатор не мог продолжать от переполнявших его эмоций. Глядя на него, Ракиэль невольно улыбнулся. Ему было приятно видеть, как человек, получивший его лечение, избавляется от страданий.
К тому же…
«Так и должно быть, им должно становиться лучше, гораздо лучше. Ведь тогда они принесут мне бонусную продолжительность жизни!»
Ракиэль с предвкушением ждал.
С некоторым волнением он ожидал.
А вдруг перед глазами появится сообщение? О том, что ожидаемая продолжительность жизни гладиатора увеличилась, и бла-бла-бла, и ему щедро отсыплют бонусных дней. Но сколько он ни ждал, такого сообщения не появилось.
«…Тьфу. Одного сеанса прижигания недостаточно, да?»
То же самое было и с Демианом.
И с другими гладиаторами.
Даже после первого сеанса в первый день лечения, сообщение о полном излечении так и не появилось.
На следующий день после прижигания было то же самое.
Гладиаторы радовались исчезнувшей невралгии, но сообщения об излечении не было и в помине.
«Так и знал. Есть еще одно препятствие, которое нужно преодолеть. Только перейдя через него, можно будет считать их полностью излеченными».
Это препятствие, которое предстояло преодолеть ради полного излечения. Он уже догадывался, что это.
Абстинентный синдром.
«И Демиан, и остальные гладиаторы зависели от наркотических обезболивающих, чтобы забыть о боли, причиняемой проклятием клейма».
В настоящее время лечение проходили четырнадцать гладиаторов, включая Демиана. Большинство из них принимали наркотические обезболивающие более года. Некоторые – почти семь лет.
«Значит, у них сильная зависимость. И абстинентный синдром будет тяжелым».
Ракиэль мысленно приготовился.
Сейчас гладиаторы радовались исчезнувшей боли. Но со временем ситуация изменится. Все они будут страдать от абстинентного синдрома.
Прошло несколько дней.
Шестой день лечения прижиганием.
Предположения Ракиэля стали реальностью.
— …У-у-у-ук!
С самого утра гладиаторов начало тошнить.
И это было еще не все.
Цвет лица у всех был ужасным. Кто-то был бледным, как полотно, кто-то – синюшным. Холодный пот лился ручьями. Походка стала вялой. Начался полноценный абстинентный синдром.
«Как и ожидалось».
Все шло по плану.
И в точности как в романе.
«Демиан тоже через это прошел».
Кажется, это было после того, как Демиан в романе сбежал с гладиаторской арены во время большого пожара. Радость от обретенной свободы была недолгой, его охватила ужасная боль. Это был абстинентный синдром, вызванный отменой наркотического обезболивающего.
«Он мучился несколько дней. К тому же, будучи беглецом, он не мог получить нормального лечения или отдыха. Буквально в худших условиях он в одиночку преодолел абстинентный синдром. Как? Одной лишь сверхчеловеческой силой воли».
Чем больше он думал об этом, тем нелепее это казалось.
Сверхчеловеческая сила воли. Что это, если не сюжетная броня главного героя? Но Ракиэль не мог спорить с такими установками романа.
Ведь прямо рядом с ним Демиан демонстрировал гораздо более нормальное состояние, чем другие гладиаторы.
— Эй, Демиан.
— Да, Ваше Высочество.
— У тебя голова не кружится?
— Кружится.
— Тебя не тошнит, как других гладиаторов?
— Тошнит.
— Но тебя не рвет?
— Терплю.
«…»
У Ракиэля не нашлось слов.
На словах у Демиана кружилась голова, его тошнило, и он сдерживал рвоту. Но со стороны он выглядел совершенно нормально. Если бы он не сказал, можно было бы подумать, что он в полном порядке.
— Как?
Ракиэль не мог не спросить. Но ответ Демиана, как и ожидалось, был…
— Просто, изо всех сил терплю.
«…»
Читерство. Главные герои романов всегда такие. Ракиэль горько усмехнулся. Он надеялся, но, как и ожидалось, случай Демиана не годился в качестве примера для преодоления абстинентного синдрома.
«Что ж, придется использовать тот метод лечения, о котором я думал».
Он и так ожидал абстинентного синдрома. И уже продумал метод лечения для его облегчения.
— Демиан.
— Да, Ваше Высочество.
— Приведи-ка Серджио. Остальным гладиаторам скажи… что сегодня прижигания не будет, пусть отдыхают в своих комнатах. И не забудь напомнить, чтобы пили много воды.
— Будет исполнено.
Вскоре Демиан привел человека по имени Серджио. Он был самым опытным и старшим среди гладиаторов, своего рода неформальным лидером.
Но его состояние тоже было не из лучших.
— …В-вы… вы звали меня?
Его била дрожь.
Наступила ранняя весна, и погода стала довольно теплой. И он был одет не легко. Но этот мускулистый, покрытый шрамами суровый человек дрожал так, словно оказался в одних трусах на заснеженной горе в лютый мороз. Казалось, ему даже стоять было тяжело.
Ракиэль быстро уложил его на лежанку для осмотра.
— Да, звал. Абстинентный синдром, тяжело, да?
— Н-нет… все в порядке…
— Выглядишь совсем не в порядке. Но я сделаю так, чтобы стало в порядке.
— В-вы… вылечите… меня?..
— Да. Этим.
Ракиэль достал иглу.
Ту самую, которой он всегда делал себе иглоукалывание. Увидев иглу, Серджио сощурился.
— Как этим можно…
— Я уколю тебе этим ногу. Расслабься и лежи спокойно.
Лицо Серджио напряглось.
Ракиэль тоже напрягся.
«Получится ли?»
Он не знал.
Но это было лучшее, что он знал. И чтобы проверить, сработает ли это лучшее, он и позвал Серджио.
«Серджио дольше всех из гладиаторов принимал наркотические обезболивающие. Значит, и абстинентный синдром у него самый сильный. Он – идеальный кандидат, чтобы проверить, сработает ли этот метод».
Если иглоукалывание поможет ему, и абстинентный синдром ослабнет, значит, оно поможет и другим гладиаторам.
Ракиэль глубоко вздохнул.
Он провел рукой по правой ноге Серджио.
«Пойдем по ножному каналу желудка».
Гладиаторы страдали от абстинентного синдрома, при котором нервы были перевозбуждены. У них наблюдались такие симптомы, как холодный пот и спазмы желудка. Чтобы успокоить желудок, особенно при нервных расстройствах, следовало воздействовать на акупунктурные точки ножного канала желудка.
«Первая точка – Ли-дуй».
Щелк!
Внешняя сторона дистальной фаланги второго пальца ноги. Он уколол корень ногтя. Там находилась точка Ли-дуй. Она была особенно эффективна при нервных расстройствах желудка и тошноте.
Он легонько постучал по игле, вставленной в точку Ли-дуй.
Оказал умеренное воздействие.
Но в этот момент…
— …Куо-о-о-о-о-ок!
Внезапно Серджио с диким криком резко поднял торс. Его грубые руки метнулись вперед. И схватили Ракиэля за шею.
— Кхып?
Он не успел даже среагировать.
Ба-бах!
Ракиэль упал навзничь. По затылку пронеслась тупая боль. Руки Серджио все еще сжимали его шею. Нет, они душили. Он сидел на нем сверху. С безумными глазами. И пуская слюни.
— Кх-а-а-а-а! Уо-о-ок!
«…!»
Дышать было нечем. Он пытался вырваться, но разница в силе была слишком велика. Освободиться не получалось.
«С-сумасшедший!»
Он запаниковал.
И в этот миг…
Бум!
С глухим звуком голова Серджио дернулась в сторону. Его хватка на шее Ракиэля ослабла.
Он рухнул без чувств.
Бум!
— …Хак! Ха-ак!
Пока он жадно хватал ртом воздух, к нему протянулась чья-то рука.
— Вы в порядке?
Это был Демиан.
Неужели это он одним ударом вырубил Серджио? Ракиэль схватился за протянутую руку и встал. Сдавленная шея ужасно болела. Кажется, там был синяк. Оглядевшись, он увидел, что Серджио был в полном отключении.
«Из-за абстинентного синдрома… он впал в припадок от малейшего раздражителя».
Возможно, от чрезмерной стимуляции пострадали его меридианы. Скорее всего, так и было. Ракиэль нахмурился. Такой припадок от легкого укола иглой.
«Нет, в таком состоянии это не "легкий". Из-за абстинентного синдрома его нервная система обострена. То, что в обычном состоянии было бы легким уколом, сейчас ощущается как удар ножом».
Что же тогда делать?
«С круглыми иглами, наверное, было бы лучше».
Внезапно он вспомнил специальные иглы для иглоукалывания, которые использовал в своей клинике. Так называемые круглые иглы. Они были намного тоньше той, что он использовал сейчас. И кончик у них был закруглен.
Поэтому они причиняли гораздо меньше боли.
«Нужны круглые иглы».
Как ни крути, это казалось единственным решением. Укол круглой иглой будет гораздо менее болезненным. И, скорее всего, вызовет меньше бурной реакции.
Безопаснее.
Менее болезненно.
Можно будет избежать чрезмерной стимуляции или повреждения меридианов.
«Значит, нужно заказать в кузнице? Нет, смогут ли их здесь сделать?»
Ракиэль задумался.
Он позвал кузнеца. Того самого, которому заказывал изготовление щита. Но на этот раз кузнец, который тогда был полон уверенности, выглядел растерянным.
— Простите, Ваше Высочество, изготовить такие тонкие, как нить, иглы возможно, но…
— Но?
— Я не уверен, что смогу сделать толщину всех игл абсолютно одинаковой, как вы просили.
Кузнец сказал смущенным голосом.
— Они будут немного отличаться по толщине. Даже кончик и основание одной иглы могут быть разной толщины, а посередине могут быть микроскопические неровности.
— Идеально гладкими их сделать нельзя?
— Прошу прощения, Ваше Высочество. Это… будет сложно, пока я не стану дварфом-ремесленником.
Кузнец поклонился.
Ракиэль почувствовал горький привкус во рту. Похоже, даже самый умелый кузнец не мог сравниться с качеством круглых игл, которые штамповали на заводе.
«Неодинаковая толщина – это проблема».
Тогда и воздействие на пациента будет неравномерным. Одна игла будет почти безболезненной, а другая – внезапно острой?
«Это идеальные условия, чтобы спровоцировать такой же припадок, как только что. Так не пойдет».
Значит, нужно разыскать того самого дварфа-ремесленника, о котором говорил кузнец? Но сколько времени на это уйдет?
«Черт возьми».
Времени не было.
Абстинентный синдром будет только усиливаться. В конце концов, нервное истощение может довести гладиаторов до смерти.
«Что же тогда делать…»
Ракиэль погрузился в раздумья.
И в этот момент…
Динь-дон.
[Внутренние органы почувствовали ваш стресс.]
[Стресс – корень всех болезней и враг здоровья.]
[Внутренние органы посылают совет для решения проблемы.]
«Хм?»
Внезапно появившееся сообщение.
Ракиэль нахмурился, глядя на него. Совет от внутренних органов в такой момент.
«Опять бесполезные нотации?»
Он открыл сообщение без всяких ожиданий. Но его содержание было несколько… странным.
[Сердце: Нужны круглые иглы? В затруднении? Так спроси у нас. Накопленные ОЗ для таких случаев и существуют.]
[Легкие: Наконец-то… фух… волнуюсь… хех… хе-хе-хе…]
[Толстый кишечник: Короче, у нас есть хороший способ, было бы неплохо выслушать, пока я не расслабил сфинктер, так точно?]
«…Что?»
Это был момент, когда неожиданно открылся выход из тупика.
Обновлено: 16.01.2026