Я снял новый офис в здании на 6-й Западной улице в Корейском квартале.
Прежний офис, который мы делили с адвокатом Чан Джун Мо, был настолько мал, что там не поместилось бы и десяти человек.
Я подумывал о покупке здания, но, поскольку вопрос с производственным комплексом еще не был решен окончательно, а направление развития Qualcomm не определено, я решил просто арендовать помещение.
Мы основали юридическую корпорацию, где адвокат Чан занял пост генерального представителя. Также были сформированы команды по работе с банковскими фондами, Qualcomm и швейными компаниями.
Штат нашей компании, который полгода назад состоял всего из трех человек — адвоката Чана, бухгалтера и секретаря, — вырос до двадцати сотрудников.
Управление акциями я взял на себя, а наем персонала поручил адвокату Чану и матери.
Поскольку этим людям предстояло работать под началом адвоката Чана, я передал право отбора ему.
Вчера у нас был корпоративный ужин, и сотрудники показались мне вполне достойными. Конечно, время покажет, каковы они на самом деле.
Никогда не стоит судить о людях поспешно.
Разве я сам не прошел через серьезные испытания?
Как бы то ни было, пора бы уже связаться с председателем правления.
— Адвокат Чан, я слышал, вашему отцу пришлось изрядно потрудиться?
— А, да-да. Как вы и просили, я попросил его пустить слух об инвестиционном фонде. Так он потом хвастался мне, что раззвонил об этом на всю округу. Ха-ха.
— Ха-ха-ха. Вы ведь передали, что доходность составила сто процентов?
— Разумеется.
— А что насчет швейного комплекса?
— Эти слухи тоже разлетелись. Скоро весь Корейский квартал будет гудеть о том, что в ближайшее время будет создана промышленная зона. Я распространил информацию даже через Ассоциацию производителей одежды и Ассоциацию торговцев.
— Вы отлично поработали.
— Да что я, только слова передал. Это всё отец.
Нужно будет отправить какой-нибудь подарок господину Чан Ман Чхуну в его компанию «JJ Sewing».
Я затеял эту операцию с «сарафанным радио», потому что боялся, что председатель правления Ан не станет действовать так, как мне нужно. Он ведь из тех, кто до глубины души печется о соотечественниках.
Можно сказать, это своего рода вирусный маркетинг.
Я вполне понимаю причины его колебаний, но, чтобы не упустить преимущество, мы должны начать производство одежды как минимум со следующего года.
А для этого в текущем году нужно поглотить Ace Fashion.
Пусть это бизнес по производству повседневной одежды, а не предметов роскоши, его масштабы нельзя недооценивать.
У ZARA более двух тысяч магазинов по всему миру, а ее рыночная капитализация превышает 100 триллионов вон. Это уровень, сопоставимый с Qualcomm.
Особого интереса к моде я не испытываю, но причина моей уверенности в успехе SPA-бренда заключается в наличии здесь квалифицированных кадров.
Если бы не Ассоциация производителей одежды, я бы даже не посмел за это взяться.
— Генеральный директор, думаю, на сегодня с делами всё.
— Что? Но у меня еще остались документы для проверки.
— Господин директор, наше совещание и так затянулось. Вам пора в школу.
— Ах...
Точно, мне же в школу.
Быстро закончив завтрак-совещание, я отправился в школу, чтобы исполнить свой основной долг.
Достав книги из своего шкафчика, который снова стал чистым после того, как с него стерли граффити, я направился в класс.
Однако едва начался урок, как раздался телефонный звонок, заставив меня вздрогнуть.
Я лихорадочно полез в портфель.
DynaTAC 8000X оглушительно трезвонил.
Забыл выключить мобильный телефон, когда пришел в школу.
— Джеймс! Ты что, забыл, что сейчас идет урок?!
Учитель английского посмотрел на меня с нескрываемым изумлением.
— Глядя на тебя, можно подумать, что ты невероятно занятой бизнесмен!
— Ха-ха-ха-ха!
Ученики разразились хохотом над сарказмом учителя.
«Вообще-то, я и есть невероятно занятой бизнесмен».
Извинившись перед учителем, я вышел в коридор, чтобы ответить на звонок.
Это был долгожданный звонок от председателя правления.
Судя по тому, что он предложил встретиться, его позиция, к счастью, изменилась.
С довольной улыбкой я уже собирался вернуться в класс, как вдруг...
— Послушай.
Меня кто-то окликнул.
Это был девичий голос.
Я на мгновение замер в замешательстве.
Что здесь делает ученица в это время, и почему она обращается ко мне?
В этой школе, которую совсем недавно объединили из мужской и женской, классы для юношей и девушек все еще находились в разных крыльях.
— Послушай, ты ведь Джеймс, верно? Можешь дать мне свой номер телефона?
Девушка, блондинка, указала на мой DynaTAC 8000X.
Но откуда она знает мое имя?
Пока я пытался заговорить с ней, учитель английского снова позвал меня, и мне пришлось вернуться в класс.
После уроков я встретился с председателем правления Аном, руководством Ассоциации производителей одежды и акционерами Ace Fashion.
Теперь мне предстояло их убедить.
Председатель говорил, что акционеры настроены положительно, но обстановка в зале свидетельствовала об обратном.
— У существующих брендов одежды время от планирования до выпуска продукции обычно составляет от шести до девяти месяцев. Из-за столь длительного цикла, если продажи идут плохо, начинается настоящая война за избавление от остатков. К тому же возникают дополнительные расходы на рекламу для распродажи этих запасов. Моя цель — сократить это время и тем самым исключить риски.
— Если мы, как говорит генеральный директор Ву, возьмем на себя и производство, и транспортировку, то где вы планируете строить завод?
— Мы выберем участок недалеко от Корейского квартала. Если производить одежду в других регионах или странах, придется снижать затраты на логистику, что приведет к увеличению сроков доставки. Начальные вложения будут выше, но зато мы сэкономим время. Сейчас рынок — это война скоростей.
— Тогда нам понадобится и центральный логистический хаб в качестве связующего звена? Сколько же земли вы собираетесь выкупить?
Все реагировали негативно.
Причиной была якобы невозможность реализации плана. А если точнее — нежелание терять ни цента собственных денег.
— Господа, вы бы предпочли съесть кимбап, приготовленный несколько дней назад, или свежий, только что скрученный?
Все молчали. Ответ был слишком очевиден.
— Потребности покупателей просты.
— ...Значит, для быстрой оборачиваемости нам нужно выпускать широкий ассортимент малыми партиями?
— Именно так. Это позволит минимизировать складские запасы. И создаст эффект дефицита.
— Дефицита?
— Да. Мы будем создавать похожие вещи, но никогда не будем повторять один и тот же дизайн. Мы внушим клиенту мысль: если не купить вещь в магазине прямо сейчас, другой такой уже не найти. Разве покупатель пройдет мимо, зная, что шанса больше не будет? Он заберет всё.
Я разложил перед ними документы с данными.
Сейчас это были лишь прогнозы, но в будущем они станут реальностью.
— Благодаря высокой оборачиваемости товаров частота посещений магазинов клиентами возрастет. Статистика показывает, что обычные бренды покупатели посещают три-четыре раза в год, в то время как магазины «быстрой моды» — в среднем более пятнадцати раз. То есть чаще раза в месяц. Потому что при каждом визите их ждет новый дизайн. Кто же не любит новизну?
— Где именно будет располагаться участок?
Вопрос задал директор Ким Гимён, один из крупнейших акционеров.
— Я планирую нанять экспертов по недвижимости для осмотра территорий.
Для выбора не только места под завод, но и площадок под магазины, нужно сформировать команду профессионалов.
Как только определимся с землей, строительство закончится быстро. Если правильно спроектировать производственные линии, возведение швейной фабрики не потребует колоссальных усилий.
Самая важная проблема — это компьютеризированная система логистики.
«Кому бы поручить это дело...»
Через несколько дней я отправился осматривать участок вместе с агентом по недвижимости, нанятым Ace Fashion.
Хотя из-за множества возражений сделка по поглощению еще не была подтверждена, я решил начать подготовительные работы.
Однако этот агент с самого начала не внушал мне доверия.
К тому же место, куда он нас вез, находилось в Риверсайде, в шестидесяти милях от Корейского квартала.
Почему из всех земель в этой огромной стране он выбрал именно это место?
— Генеральный директор Ву, вы собираетесь инвестировать в создание швейного комплекса? А получили ли вы разрешение от Министерства торговли?
Пока мы ехали в Риверсайд, агент по имени Ричард Ким засыпал меня вопросами.
— Нет, начальник отдела Ким. До этого еще далеко. Сейчас мы на стадии планирования бренда, а не создания промзоны.
— Вот как. И все же, в таком юном возрасте — это поразительно. Ха-ха.
Ричард Ким, не знавший моего точного возраста, проявлял чрезмерное любопытство, продолжая расспросы даже за рулем.
Корейские иммигранты, недавно приехавшие в США, часто становятся жертвами мошенничества, и обманывают их, как правило, соотечественники.
Они знают о трудном положении новичков и пользуются их отчаянием.
В этом смысле от данного типа за версту разило мошенником.
Его послужной список был излишне приукрашен, а в речи сквозило бахвальство.
Тем не менее, я помалкивал, так как его нанял крупнейший акционер Ace Fashion.
Я еще не поставил печать на документах о покупке компании.
Поэтому не стоит действовать опрометчиво.
— Для создания промзоны нужно не менее тридцати тысяч квадратных метров, не так ли? Обычно комплексы имеют такой масштаб.
— Ха-ха, целых девять тысяч пхёнов? Я пока не замахиваюсь на такие объемы, начальник отдела Ким.
— Тогда, может, присмотрим тысячи три? Для такого человека, как вы, это вполне по силам.
«Посмотрите-ка, как запел».
Неужели контора по продаже недвижимости решила взять меня в оборот?
Я четко говорил о площади в тысячу пхёнов.
Чем дольше я с ним разговаривал, тем больше убеждался, что это саботаж со стороны кого-то из компании.
— Цены на землю в Риверсайде намного ниже, чем в других районах. На сорок процентов дешевле, чем в соседних городах.
Ричард Ким начал разглагольствовать, озираясь по сторонам.
Место находится примерно в пятидесяти милях от Корейского квартала, около часа езды — вполне приемлемо для поездок на работу.
Но проблема была в том, что этот район — настоящие трущобы.
У низкой цены всегда есть причина.
Группы чернокожих парней вразвалочку переходили дорогу.
Для этих людей основной рацион — жирные пончики или жареная курица за доллар, которыми можно дешево набить желудок.
Бедность сделала их тела лишь тучными.
В Калифорнии разрыв между богатым побережьем Запада и нищими внутренними районами огромен.
Не зря говорят о «двух Калифорниях».
— Изначально здесь планировали построить торговый центр, но из-за нефтяного кризиса застройщик не смог привлечь финансирование, и земля оказалась заброшена,
— сказал Ричард Ким, глядя на район, превратившийся в палаточный городок.
— Если снести все эти лачуги и поставить завод, будет просто великолепно, верно? Объект выставлен по такой низкой цене, что многие претендуют на него. Если не решитесь быстро, контракт может уйти.
Ричард Ким без умолку заливал мне в уши, пытаясь окончательно запудрить мозги.
— Ну что, генеральный директор Ву, как вам?
— Что ж, неплохо.
— Правда? Я так и знал, что проницательный генеральный директор Ву оценит преимущества этого района. Ха-ха.
Это было не то место, которое я хотел, но, осмотрев окрестности, я передумал.
Раз уж я приехал сюда, я решил использовать этот район.
Расстояние небольшое, участок обширный — условия отличные.
«Так даже лучше. Я использую этого мошенника».
— Начальник отдела Ким, кто поручил вам разыграть этот спектакль?
— Что?... Какой спектакль?
— Ну же, мы ведь оба в этом деле. К чему эти притворства?
Я отбросил вежливость и заговорил с ним в развязной манере, чтобы прощупать почву.
— Кому на самом деле принадлежит эта земля?
— А? Она все еще в собственности застройщика...
— Хватит врать. Застройщик ведь обанкротился? Судя по тому, в каком состоянии участок, они точно подали на банкротство. Земля перешла либо банку, либо штату. Вы же сейчас пытаетесь меня «развести»?
Его лицо покраснело.
Как я и предполагал, он был в явном замешательстве, что подтверждало его мошенническую натуру.
Ричард Ким впервые за два часа замолчал.
Видимо, думал, что раз я молод и зелен, то сразу клюну на «дешевое предложение».
— Кто велел вам это сделать? Вряд ли вы работаете в одиночку.
— ...
— Если не скажете, я подам на вас в суд за мошенничество. У меня в подчинении сейчас четыре корейских адвоката. Не знаю, кормят ли в американских тюрьмах тюремной баландой, но вы, начальник отдела Ким, возможно, скоро это узнаете.
— ...
Благодаря этому типу мое положение стало еще выгоднее.
Теперь я смогу устранить того акционера, который выступает против меня.
«И все же, как бы я им ни не нравился, играть в игры с землей — это уже чересчур».
Неужели им так противно видеть успех юнца?
Как говорится, зависть — плохой советчик.
Я был зол на их попытки подставить меня, но решил взглянуть на это с другой стороны. Как говорится, нет худа без добра.
В каком-то смысле, они сами подсказали мне этот район Риверсайд, о котором я, не имея информации о недвижимости, и не помышлял.
«Нужно сначала отдельно встретиться с директором Департамента промышленной безопасности».
Если в трущобах появится предприятие, оживляющее регион, власти штата примут его с распростертыми объятиями.
Это поможет снизить уровень безработицы и, что важнее для властей, увеличит налоговые поступления.
В таком случае, не изменить ли план и не построить ли завод в Риверсайде, получив субсидии от правительства штата?
— Послушайте, начальник отдела Ким. Сдайте мне того, кто заказал эту игру. Взамен я щедро оплачу вашу информацию.
— К-какую игру? Вы что-то путаете...
— Заткнись.
Я жестко посмотрел на Ричарда Кима.
От моей резкой перемены в поведении его зрачки забегали.
— Ты все еще не понял ситуацию? Это не просьба. Хочешь, чтобы тебя вышвырнули из этого бизнеса навсегда? Хочешь проверить, смогу я это сделать или нет? Я-то в своих силах уверен. Думаешь, я таких, как ты, впервые вижу?
Мошенник сглотнул слюну. Его, должно быть, пугало несоответствие между моей внешностью и поступками.
— Подумай хорошенько. Если не хочешь закончить так же, как они.
Я указал на бездомного на улице.
Он должен был меня понять. Раз он мошенник, соображать должен быстро.
Тут зазвонил телефон — это был адвокат Чан, но я не смог ответить, так как аккумулятор сел после долгого разговора с доктором Витерби по дороге в Риверсайд.
Нужно поскорее ускорить разработку этих телефонов.
— Я тебя предупредил.
Еще раз подчеркнув свои слова, я велел Ричарду Киму немедленно ехать в офис.
Когда я прибыл в офис, адвокат Чан выбежал мне навстречу.
— Генеральный директор, вас ждет гость. Поэтому я и звонил.
— Гость?
Спешно зайдя в кабинет, я увидел профессора Джейкобса.
Раз он явился сюда без предупреждения, значит, дело было срочным.
Теперь инициатива в сделке полностью на моей стороне.
Ведь помимо Поля, у меня в руках был еще один козырь.
Профессор не скрывал своего раздражения.
— Джеймс, каковы ваши намерения?
— О чем вы, профессор?
— Зачем вы втянули моего сына, который должен усердно учиться, в бизнес? Вы собираетесь заниматься разработками вместе с Полем?
— Профессор, вы, кажется, что-то путаете. Я не втягивал Поля. Он сам пришел ко мне.
Джейкобс не поверил мне на слово.
Похоже, он запомнил мои слова при первой встрече, когда я обмолвился, что могу работать с другими инженерами.
— Судя по вашим действиям, я могу считать наш контракт аннулированным?
— Профессор, я предоставил вам максимум удобств, а вы в ответ предъявляете мне претензии?
— Удобств?
— Я передал вам всю информацию, которой владел. И ждал полгода, пока вы примете решение. А вы тем временем втайне контактировали с операторами связи?
Эту информацию мне шепнул Поль. Если бы не он, я бы и не узнал, что профессор ведет закулисные переговоры.
— ...Я лишь пытался прощупать ситуацию в индустрии мобильной связи.
— А как же патенты? Разве вы не начали спешно готовить заявки на патенты CDMA еще до подписания контракта со мной?
— ...
Я сказал это наугад, чтобы проверить реакцию.
Раз он тайно встречался с операторами и тянул время, значит, у него явно был какой-то умысел.
Судя по его молчанию, мои догадки подтвердились.
— Джеймс, по поводу патентов вы ошибаетесь. Я просто продолжал начатые разработки. Раз доверие между нами подорвано, будет лучше, если мы расторгнем сделку.
— Я предлагал вам разные варианты сотрудничества. Но вы выбрали худший. Вы ведь приехали сегодня, чтобы окончательно разорвать отношения?
Реакция профессора была мне непонятна.
Я готовился к худшему, но мои предположения не оправдались.
Я думал, он объединится с сыном и они вместе начнут бизнес.
В оригинальной истории профессор Джейкобс передал управление Qualcomm своему сыну Полю.
Значит, он не видел в сыне конкурента.
Неужели он специально ищет повод, чтобы расторгнуть контракт со мной?
Он ведь не настолько глуп, чтобы не понимать выгоды.
Как ни крути, очевидно, что он использует сына как предлог, чтобы выкинуть меня из дела.
Он хочет забрать мою информацию, но не хочет делиться долей в компании.
И тут как раз подвернулся удобный повод.
Значит, консервативный еврей, да?
В таком случае, у меня больше нет причин держаться за этого профессора.
У меня тоже есть свои планы.
— Профессор, настанет день, когда вы обязательно пожалеете о сегодняшнем решении.
Отныне Ирвин М. Джейкобс — мой конкурент.
И теперь мы должны вырваться вперед настолько, чтобы этот конкурент даже не посмел бросить нам вызов.
Для этого необходимо срочно зарегистрировать патенты.
После ухода профессора я снова позвонил главному инженеру Qualcomm, доктору Эндрю Витерби.
Обновлено: 20.02.2026