Глава 11 — Глава 11

Сага Саут Блю: Арка Мрачного острова: Глава 11 Стоило ли мне обновить VIMFL или Legatus? Наверное! Но, к сожалению, я слишком занят для этих историй с их глубокими темами и запутанным лором. Так что наслаждайтесь этим! Вышло чуть мрачнее, чем я планировал, но всё равно достойно. Буду рад вашим отзывам. Веселье в самом разгаре и, похоже, стихать не собирается. Винчи проснулся около часа назад, влил в себя почти смертельную дозу рома и, когда я видел его в последний раз, жонглировал скальпелями на потеху стайке детишек. Джек, не выпуская из рук молот, внимательно приглядывал за некоторыми... не самыми благонадёжными... членами «Ночных кошмаров». А что же я и Герман? ─ Слушай, я всё понимаю: само моё существование пугает добрую половину населения, да и местную еду я всё равно есть не могу, но ты-то какого чёрта торчишь на крыше, словно очень унылый голубь? ─ Чья бы корова мычала, птица-переросток, ─ проворчал Герман. Я протянул ему большую кружку, которую он подозрительно обнюхал. ─ Чёрный кофе? ─ Либо он, либо, ну, те пугающие штуки из слухов, ─ я пожал плечами. ─ Судя по всему, мой капитан посвятил остальную команду в «тот самый» маленький секрет. Раз уж ты теперь с нами, тебе тоже стоит знать. ─ Хмф. ─ Он осушил кружку и вздрогнул. ─ Дерьмо, теперь всю ночь глаз не сомкну. Я сел рядом с ним, глядя на город. Из-за вечного тумана праздник внизу казался почти призрачным. ─ Так что. Не собираешься об этом говорить? ─ Ни за что в жизни. Всё кончено. ─ Уайльд всё ещё жив, если ты не в курсе. Живучий ублюдок, Джеку пришлось вырубать его до победного. Когда мы отплывём, дозорные заберут его команду в Импел Даун. Будут гнить там. ─ И ты думаешь, мне есть дело до того, что с ними станет? Я улыбнулся. ─ Вовсе нет. Но забирают-то они только матросню. Не офицеров. Эти «находчивые» господа «ускользнут и сбегут», пока идёт пирушка. Герман яростно уставился на меня. ─ И ты ими пообедаешь. Такова цена, на которой сошлись вы с доктором, чтобы ты пошёл к нему в команду? ─ Мимо по обоим пунктам. Я вытащил его из передряги, да и вообще он довольно харизматичен, когда не обдалбывается очередным химическим варевом. А что касается их «побега»... ─ я пожал плечами и покрутил на пальце связку ключей. ─ Ну, разве тебе не нужно поставить точку? В конце концов, тебе так и не довелось полоснуть этого ублюдка своим блестящим новым мечом. Мне нравится думать, что я знаю толк в по-настоящему жутких улыбках. И потому могу с уверенностью сказать: выражение лица Германа тянуло как минимум на восьмёрку по шкале мистера Чая. Стражник из числа горожан сбежал в ту же секунду, как увидел, что глаза демона изменились. Подвал дома, куда заперли офицеров, опустел — не считая самих пленников. Остальных членов его бывшей команды держали в настоящих камерах, но три десятка выживших «Псов» забили городскую тюрьму до отказа. Он догадывался, что станет с телами тех, кто не выжил. Вся тройка предводителей выглядела паршиво. Василий лишился руки, торс Вандайра был обмотан бесчисленными пропитанными кровью бинтами, а Уайльд... ну, Уайльд напоминал гигантскую бородатую мумию. Все трое были в цепях, причём Уайльда сковали так, что самого его почти не было видно. ─ Значит, предатель вернулся, ─ прохрипел Вандайр. ─ Пришёл позлорадствовать? Или скормить нас своему новому другу-демону? Упомянутый демон пожал плечами. ─ Не, я сыт. ─ Я не предатель, ─ отчеканил Герман. ─ Если на то пошло, это вы первыми предали меня. ─ Мы тебя приютили! Дали тебе дом! Ты бы предпочёл, чтобы мы тебя прирезали? Рычание прорезало воздух: Уайльд шевельнулся всей своей тушей, открыв единственный не закрытый марлей глаз. ─ Вандайр. Заткнись. Лысый дознаватель умолк, испепеляя Германа взглядом. Герман изо всех сил задавил в себе чувство вины, вызванное этим взглядом, прежде чем повернуться к бывшему капитану. ─ Уайльд. ─ Герман. ─ Итак. Всё, что ты делал... теперь это бессмысленно, не так ли? Каждая деревня, которую ты разграбил, каждый убитый тобой человек... и всё же в самом конце ты проиграл. Каково это? ─ Проиграл? ─ Груда цепей затряслась, и Герману потребовалось мгновение, чтобы понять: Уайльд смеётся. ─ Может и так, парень, может и так. Но я вижу этот клинок. И знаю его имя. Амакатта. Мяодао великого мастерства. И как монахи отнеслись к тому, что ты выудил личный меч Шандора из-под обломков? ─ Они не спрашивали, ─ отрезал Герман. ─ И что? Раз я его взял, значит, ты победил? ─ Хе... ты ведь ещё не обыскивал «Адского Пса», верно? Скоро поймёшь, о чём я... Герман стиснул зубы. Затем закрыл глаза, выдохнул и отпустил гнев. ─ Йошимура Канэки, ─ обратился он к демону. ─ Ведь такое имя ты выбрал? ─ Да, именно. ─ Мне плевать, что будет с этими людьми. Делай что хочешь. Демон посмотрел на троих связанных пленников и оскалился. Четыре кроваво-красных хвоста вырвались на свободу, извиваясь подобно кобрам. А затем хвосты исчезли, когда Канэки молча направился к выходу. ─ Я тебе не палач, ─ бросил он, проходя мимо Германа. ─ Хочешь их смерти... имей честь сам взяться за меч. Вандайр расхохотался. ─ Думаешь, у этого сосунка хватит яиц? Он же... Амакатта с визгом покинула ножны. Офицеры «Псов» не издали ни звука. ─ Где ты раздобыл гитару? ─ спросил Винчи, подходя ко мне. Я сидел, привалившись спиной к грот-мачте нашего корабля. Я улыбнулся и экспериментально ударил по струнам, после чего поморщился и подкрутил один из колков. ─ Нашёл среди вещей на «Адском Псе». Не знаю... показалось, что это хорошая идея. ─ Вместо сокровищ-то? ─ И что мне с ними делать? Если понадобятся деньги, Джек выделит. Таскать с собой кучу золота всё равно бессмысленно, да и к тому же я считаю, что неорганизованное мародёрство... ─ ТОЛЬКО ПОПРОБУЙ, МАТЬ ТВОЮ! Один из «Ночных кошмаров» на миг стал видимым, пролетая над палубой вражеского судна, прежде чем с размаху врезаться в мачту. ─ ...его немного бесит? ─ закончил Винчи, вскинув бровь. Я кивнул. ─ Ну, а как наш новый соратник, обживается? ─ Герман? Всё ещё мрачнее тучи. Не могу его винить. Но ему становится лучше. ─ Я снова тронул струны, наклонив голову и подбирая ноты. ─ Ты вообще умеешь на ней играть? ─ поинтересовался Винчи. Я пожал плечами. ─ Научусь. Это кажется... в каком-то смысле правильным. ─ Фальшивая нота заставила меня поморщиться. ─ Практики потребуется много. ─ Хе. Ладно. Как только твоё терпение лопнет, жду тебя в лаборатории. Мне удалось раздобыть новое оборудование, и, кажется, я наконец нашёл способ брать у тебя образцы так, чтобы твоя прочность и регенерация не мешали. ─ Почти демоническая ухмылка промелькнула на его лице. ─ Я мог бы многое узнать о том, как функционирует твой организм, и, возможно, даже найду способ справиться с... менее приятными особенностями. Я лениво отсалютовал ему и вернулся к своим гитарным экспериментам. Герман смотрел на письмо, лежащее на крошечном столе в его такой же крошечной каюте. «Герман», — начиналось оно. Он узнал почерк. Уайльд. «Если ты это читаешь, значит, я мёртв, а тебе удалось уйти и увести с собой „Адского Пса“. Хорошо.» «Считай это моей последней волей и завещанием.» «Теперь ты капитан над всеми, кто остался. Это во-первых.» «Во-вторых... тут всё не так просто.» «Я... совершил много ошибок. Я нехороший человек. Никогда им не был. Я грабил и убивал десятилетиями, со всеми вытекающими. И... пришло время сказать тебе правду о Сабуэсе.» Далее шёл текст, открывавший Герману вещи, о которых он и так догадывался. Какая-то его часть хотела сжечь письмо прямо сейчас, но любопытство — и потребность, которую он отказывался признавать — гнали его дальше. «Я пойму, если к концу чтения ты меня возненавидишь, если захочешь сжечь корабль и всю команду, чтобы искупить то, что я у тебя отнял. Я знаю, что ничто не исправит содеянного мной... но ты всё равно мне как сын. И если ты читаешь это после того, как я наконец получил то, ради чего совершил столько зла, если доспехи и оружие Шандора всё ещё на борту... они твои.» «Сын мой.» «Прости меня.» — Уайльд Герман смотрел на письмо ещё несколько минут. Затем медленно взял его и направился к камбузу. Он не заметил, что там уже кто-то есть, пока не оказался прямо перед очагом. ─ Что-то гложет? ─ безучастно спросил капитан Винчи, вороша угли кочергой. Герман заметил край горящего пергамента, прежде чем снова перевёл взгляд на своего нового капитана. ─ Много чего, ─ признался он. ─ Хм. Что ж, новичок, если хочешь — выговаривайся. Я врач, и хотя моя психологическая подготовка не так хороша, как хотелось бы, в этой команде я лучший специалист. Герман посмотрел на тлеющие угли. ─ Похоже, нам обоим есть что сжечь, ─ легко заметил он. ─ Твоё письмо такое же мрачное, как моё? Тень набежала на лицо Винчи. ─ Смотря как посмотреть. Что-то хорошее. Что-то плохое. Но ничто из этого не изменит моих планов. ─ Понятно. Не возражаешь, если я...? ─ Будь как дома. Герман бросил письмо Уайльда в огонь. Он смотрел, как проклятая бумага превращается в пепел... и позволил своим сожалениям сгореть вместе с ней. Последнее редактирование: 18 авг. 2018 г.