Спустя некоторое время Великий мудрец и Владыка башни магов покинули комнату, и внутри остались только я и Император.
— Выходи, Аксинос.
Император отложил в сторону тяжелую корону, которую носил всё это время, и позвал Наследного принца.
В отличие от обычной торжественной манеры речи, сейчас его тон был чуть более расслабленным и легким.
«Сион был здесь?»
А я и не знала!
Я широко раскрыла глаза и уставилась на медленно открывающийся книжный шкаф.
Сперва показались носки угольно-черных туфель, а следом — изящная походка. Несмотря на то, что ему пришлось довольно долго находиться в потайной комнате, он не выглядел уставшим.
Нет, это и правда Сион.
— Ты всё видел?
— Да, Ваше Величество.
— Здесь мы наедине, так что можешь не величать меня так. Зови дядей. В конце концов, это место изначально должно было принадлежать тебе.
На шутливое замечание Императора уголки губ Сиона на мгновение приподнялись, но затем его лицо снова стало бесстрастным. Он выглядел так, будто и впрямь считал это место своим по праву.
Я проверила ауру Сиона — он был в полном порядке, без каких-либо серьезных изменений.
— Что вы планируете получить от них?
— Ну, не знаю. Как ты сам понимаешь, ситуация сейчас непростая. Неизвестно, что выкинет Роксборо.
— Да, дядя.
— В ближайшие десять лет война разразится неизбежно.
Император бросил на меня мимолетный взгляд. Казалось, он хотел, чтобы и я это слышала.
— Мы могли бы объявить о завоевании мира прямо сейчас и отрубить голову королю Роксборо, но...
— Слушаю вас.
— Тогда в армию придется призвать наш народ. В итоге жизнь наших подданных превратится в прах.
И то верно.
Значит, в любом случае Каортану нужна тайная армия.
Сражаться сейчас или позже — Император, похоже, намеревался втянуть в эту войну Мудрецов и магов.
«Он пришел к такому выводу и принял решение за то короткое мгновение?»
А этот Император не так уж и глуп.
«Император, стремящийся защитить свой народ, и должен быть таким».
Мне даже начал немного нравиться этот тип, похожий на кита.
— И я намерен подготовиться к тому, что случится через десять лет. А ты что думаешь?
— Мои мысли совпадают с вашими, дядя. Я еще слишком молод для войны.
— Да. Если я умру, ты должен будешь взойти на престол. Но ты и правда еще юн. Хотя, по какому-то чуду, к тебе пришла такая смышленая малышка.
Император погладил меня по голове своей огромной ладонью. Когда я недовольно поморщилась, он тут же убрал руку. Однако его ладонь заметно дрожала.
— Тебе нужно время для исцеления. Присутствие Невесты Дракона-принца обязательно сделает тебя целостным.
— Слушаюсь, Ваше Величество.
— Ты сможешь освободиться от этих мук. Это действительно большая удача. Настоящее счастье.
Император усмехнулся, глядя на свою дрожащую руку. Он пытался сжать её в кулак, но, похоже, не мог. Вероятно, состояние его здоровья было крайне плохим.
— Моя мания дракона с каждым днем становится всё сильнее.
— ...Не говорите так.
— Десять лет. Это максимум, который я смогу выдержать. Поскольку я не поглотил Жертву, у моей выносливости есть четкий предел.
— Дядя.
— Стань за это время полноценным, Аксинос. Это место по праву твое. Пока ты растешь, я лишь ношу одежду, которая мне не по размеру.
Каково это — самому страдать от мании дракона?
Даже просто читая об этом в тексте, я хмурилась, так что не смела даже предполагать, насколько велика эта боль на самом деле.
— Разумеется, даже если ты станешь полноценным, это должно оставаться в тайне. Никакая информация не должна просочиться в другие страны.
— Я помню об этом.
Хоть мне и было любопытно, это было не то дело, в которое я могла бы вмешаться, поэтому я промолчала. В любом случае, скоро в мои руки попадут желанные материалы.
«Хоть я и заложила свое будущее на десять лет вперед, ну что ж... помочь с каким-то там исследованием будет не так уж сложно».
В этот момент Император одарил меня глубоким взглядом.
— Как бы мне хотелось, чтобы моя сестра увидела тебя. Почему же она ушла так рано?
Из глубины его глаз, похожих на изумруды, просочилась мучительная печаль.
В горле встал ком, и я не смогла проронить ни слова. Почему-то возникло ощущение святыни, к которой ни в коем случае нельзя прикасаться.
Что же это за «несчастный случай», из-за которого Император может умереть? Ведь это не восстание и не война.
— ...Что ж, мне пора.
— Доброго вам здоровья.
Спина уходящего человека не принадлежала Императору. Это был просто человек по имени Агрио, потерявший дорогого члена семьи.
Мужчина, который никогда не желал надевать корону, делал шаг за шагом.
С каждым шагом на него словно снова набрасывали алый императорский плащ. Спина, скованная бесчисленными взорами, за которыми нужно следить, выпрямилась.
Наконец, когда на его голову снова водрузили корону, которую он ненадолго отложил, Агрио стал идеальным Императором и вышел за дверь.
Он выглядел по-настоящему одиноким.
Отправляя в камин четырехтысячное по счету приглашение от Владыки башни магов и Великого мудреца, которыми они засыпали меня чуть ли не ежедневно, я с аппетитом уплетала вкусное мясное рагу.
За это время я изрядно подросла — мне наконец исполнилось двадцать пять месяцев. Два года и один месяц. Мой язык наконец достаточно развился, чтобы я могла болтать вовсю!
К тому же, возможность есть разную пищу очень воодушевляла.
«Ах, честно говоря, мой рацион был слишком суров».
Пусть еду пока и давали без специй, но я наконец-то могла вдоволь наесться того, что похоже на человеческую пищу.
— А теперь скажите «а-а».
— А-а.
— Ой, Ваше Высочество, как же хорошо у вас получается «а-а»!
Нила кормила меня, притопывая от восторга, который не могла сдержать.
Может показаться, что в хорошем аппетите нет ничего такого уж милого, но вряд ли найдется другой ребенок, не доставляющий хлопот так, как я.
— Во что бы нам сегодня поиграть?
— Валяться.
— Ой, Ваше Высочество. Вы же и вчера весь день провалялись в кроватке.
— Все вавно весело.
Честно говоря, я и не подозревала, что бездельничать так приятно.
Когда я только осознала, что стала младенцем, я боялась, что лежать без дела будет скучно. Однако вскоре я поняла, что это были совершенно напрасные опасения.
Можно развлекаться каждый божий день и всё равно не надоест!
— То-тогда... не желаете ли переодеться?
— У-у-ум.
Нила выглядела такой воодушевленной, что мне ничего не оставалось, кроме как кивнуть.
Для Нилы переодевать меня по три раза на дню было главной радостью в жизни, и лишать её этого было как-то некрасиво.
— Теперь Ваше Высочество так быстро растет, у нас появилось столько нарядов!
Нила вытерла мне рот платком, а Мариль приготовила воду.
Бобоки принесла несколько платьев и показала их мне.
— К-как вам это?
— Ховошо.
Бобоки уже довольно неплохо освоилась с обязанностями горничной.
По крайней мере, она больше не опрокидывала чайные чашки, которые Адель так искусно выстраивала в пирамиды.
— Ах, какая же вы миленькая!
Вскоре Нила повязала мне на голову большой красивый бант.
Лента из белоснежного атласа с золотистой каймой на концах прекрасно сочеталась с цветом моих волос.
— Честное слово, то, что эту картину видим только мы... это просто... потрясающе, правда?!
— Точно! Иногда мне кажется, будто мы обладаем настоящим сокровищем!
Спустя год Нила и Мариль стали понимать друг друга еще лучше.
Адель ничего не говорила, лишь довольно улыбалась, но в этой улыбке читалось всё.
— Все-все?
— Да, мы закончили. Хотите взглянуть?
Мариль поднесла зеркало и опустила его передо мной.
Первым делом в глаза бросились пухлые, розовые, как лепестки роз, щечки.
Мое тело всё еще было ростом в три головы, но я определенно подросла, а от моей одежды и кожаных туфелек так и веяло роскошью.
«Ах, хоть это и я, но я такая милашка!»
Я довольно хихикнула и повалилась на кровать, кувыркаясь.
Постель была невероятно мягкой. Горничные стирали и меняли белье почти каждый день, так что от него всегда исходил теплый запах солнечного света.
После того как служанки разошлись по своим делам, в комнате осталась только Адель.
По моему знаку Адель достала из глубокого потайного кармана на юбке помятый лист бумаги.
— Вот, Ваше Высочество.
— Спасиво.
— Не стоит благодарности.
Бумага, покрытая морщинами от постоянного изучения, на самом деле была очень важным историческим документом. Хотя это была не оригинал, а копия.
И хотя содержания в ней было значительно меньше, чем я надеялась!
«О погибели древней империи Атлантида».
Я снова пробежала глазами по тексту, который уже выучила наизусть, перечитывая его десятки раз.
Повествование начиналось с событий сразу после падения империи Атлантида.
[Огромная волна, какой мир еще не видывал, поглотила страну. Море походило на гигантское чудовище и явно было полно ярости.
Всё процветание, которого мы достигли, в мгновение ока ушло под воду.]
Судя по этому описанию, волна, накрывшая всю страну, была совсем не того уровня, что приливы, случающиеся в начале морского сезона.
Обычно, когда наступает морской сезон, прилив мягко и постепенно накрывает сушу.
Словно нежно укрывает теплым одеялом. Море будто капризно шепчет, призывая нас поскорее прийти к нему.
Но если обрушивается безумная волна размером с крепость, то все здания будут разрушены.
Я крепко сжала кулаки, словно воочию видела гибель Атлантиды.
«А то, что написано ниже... раскаяние первого Императора Каортана».
[Неужели из-за совершенного мною греха море разгневалось и всё в итоге пришло к погибели?
Или же, предвидя, что море так обезумеет, я совершил грех, и падение было неизбежно...
Простому смертному этого не дано знать. Грех уже совершен, и его не исправить. Мой Бог... мертв.]
Да уж, ты убил его собственными руками.
Я равнодушно пропустила эту часть.
Важным было то, что шло следом.
[То, чего я просто боюсь... это не...]
«Стоп. Почему на этом обрывается?!»
Ну почему нельзя было договорить!
Словно специально хотят меня довести. Если уж решил писать, пиши всё до конца!
Обновлено: 08.04.2026