Он умер стоя — легендой войны Гэмпэй, самураем, что в одиночку сдержал тысячу мечей. Смерть не стала концом: он очнулся демоном в мире, где слабых попросту пожирают, а сила измеряется числом сожранных душ. Дар из прошлой жизни — видеть и вскрывать чужую душу голыми руками — здесь кажется каплей рядом с монстрами вроде Диабло и Милим, чьи имена он помнит из будущего. Гордость самурая не позволяет остаться безымянным низшим демоном навсегда. Сколько поглощённых врагов отделяют бывшего героя от места среди легенд этого мира?

Он умер стоя — легендой войны Гэмпэй, самураем, что в одиночку сдержал тысячу мечей. Смерть не стала концом: он очнулся демоном в мире, где слабых попросту пожирают, а сила измеряется числом сожранных душ. Дар из прошлой жизни — видеть и вскрывать чужую душу голыми руками — здесь кажется каплей рядом с монстрами вроде Диабло и Милим, чьи имена он помнит из будущего. Гордость самурая не позволяет остаться безымянным низшим демоном навсегда. Сколько поглощённых врагов отделяют бывшего героя от места среди легенд этого мира?