— Я не шучу. Буду через десять минут, так что просто подожди.
— Ладно, — коротко ответила Ё Хын и положила трубку. Разумеется, она и не собиралась послушно ждать. Вряд ли теперь, когда она уже давно не была первокурсницей, ей требовалась такая чрезмерная опека. Убрав телефон обратно в карман, Ё Хын окинула взглядом три стоящих в ряд здания.
С виду они напоминали заброшенный завод — казалось, люди не заглядывали сюда вечность. Медленно проходя мимо главных ворот, Ё Хын внезапно остановилась. Её посетило странное чувство дискомфорта.
Она какое-то время пристально вглядывалась в закрытые железные ворота. Из-за вековой пыли всё здание казалось серым и блеклым. Алюминиевые рамы, стёкла и даже сами ворота утратили свой первоначальный цвет под толстым слоем грязи. Однако одна деталь была странно отчётливой.
Дверная ручка.
Под тенью небольшого козырька, прямо посреди запылённой длинной ручки, виднелись ясные следы выцветшей синей краски. Как будто совсем недавно кто-то открывал эту дверь.
Ё Хын наклонилась, чтобы присмотреться. Это был отпечаток руки. Совершенно очевидно, что кто-то в грубых нитяных перчатках хватался за это место, чтобы открыть дверь.
Некоторое время понаблюдав за входом, Ё Хын потянула дверь на себя. Она не поддалась — видимо, была заперта изнутри. Пару раз дернув за ручку, Ё Хын подняла голову и посмотрела на окно над козырьком. Окно на уровне второго этажа находилось слишком высоко, чтобы обычный человек мог до него дотянуться.
Отступив на несколько шагов, Ё Хын разбежалась и ухватилась за край козырька. Её тело взметнулось вверх. Легко, словно гимнастка, приземлившись на козырёк, она потянула на себя оконную раму. Старое дерево с трудом сдвинулось с места, издав протяжный скрип.
Окно было достаточно большим, чтобы в него мог пролезть человек. Обеспечив себе проход, Ё Хын проскользнула внутрь. Оценив высоту, она спрыгнула вниз, и из-под её ног облаком поднялась пыль. Прикрыв нос и рот рукой, Ё Хын чихнула и огляделась.
Внутри было темно. Хотя на улице всё ещё стоял поздний вечер, свет с трудом проникал сквозь заросшие грязью окна. Просторное помещение было совершенно пустым. Ё Хын осторожно пошла вдоль стены. Звук её шагов гулко раздавался в пространстве, возвращаясь эхом с задержкой в долю секунды.
— Здесь никого нет?
Ё Хын пробормотала это под нос и сморщилась. В нос ударил затхлый запах пыли. Он напоминал запах старой одежды, долго пролежавшей в сундуке, или едва уловимый аромат плесени. Было совершенно непонятно, зачем кому-то приходить в такое пустое место.
Нахмурившись, она заметила аварийный выход. В углу висел разбитый указатель, свет в котором давно погас. Противопожарная дверь под ним была плотно закрыта.
Ё Хын направилась к выходу. Она ожидала, что дверь заперта, но, к её удивлению, ручка легко повернулась. Поражённая такой податливостью, она отступила на шаг и заглянула внутрь. Тёмная лестница уходила далеко вниз. И тут...
Она почувствовала запах воды.
Это был знакомый запах. В зловещей, прохладной темноте витал влажный и солёный воздух. Почти инстинктивно Ё Хын вошла в проём и закрыла за собой дверь.
Она достала Тень сердца. Клинок, мгновенно выскользнувший из рукояти, издал едва слышный гул. Слабое голубое сияние, исходящее от лезвия Тени сердца, осветило ступени.
Чем ниже она спускалась, тем отчётливее становился этот просоленный воздух. Казалось, она стоит на берегу моря. Тягучая влага, липнущая к коже, предвещала беду.
Наконец, когда лестница закончилась, перед ней возникла дверь. Ё Хын подняла взгляд. Над дверью было приклеено нечто знакомое. Амулет.
В тот же миг её прошибло чувство дежавю. Она уже видела это. Точно такой же амулет она видела в доме председателя Сон Чжу Мёна.
Запирающий талисман.
Амулет, который не даёт ничему выйти наружу. У неё невольно похолодело в затылке. Запирающий талисман не был обычным оберегом. Обычным людям он почти никогда не требовался. Более того, во всём этом старом здании только этот амулет выглядел новым, наклеенным совсем недавно.
Сделав глубокий вдох, Ё Хын медленно открыла дверь.
За дверью, открывшейся без малейшего сопротивления, висела плотная завеса из ПВХ-плёнки. Внутри было темно, лишь по полу стелился слабый, непонятный голубоватый свет.
Ещё до того, как глаза привыкли к полумраку, в нос резко ударил запах рыбы и невыносимое зловоние. Отодвинув плёнку и шагнув внутрь, Ё Хын застыла на месте. Против воли у неё вырвался возглас ужаса:
— ...Что это?
Это была комната, в которой рядами стояли десятки аквариумов, подобных тем, что бывают в рыбных ресторанах. Лишь тихий плеск воды жутко нарушал тишину. И в каждом из этих аквариумов находился человек.
Точнее, нечто, имеющее человеческий облик. Словно принимая ванну, обнажённые существа вытянули одну руку наружу и безучастно смотрели в пустоту остекленевшими глазами.
Стоило Ё Хын сделать шаг вперёд, как их зрачки медленно повернулись в её сторону. Десятки больших и прекрасных глаз, полных печали и отчаяния, разом уставились на неё. На их предплечьях, свешивающихся из аквариумов, колыхалось нечто тонкое и красное.
Плавники.
Это были русалки. Она заметила, что в каждую руку была воткнута тонкая трубка. Трубки были наполнены ярко-алой кровью. У неё пересохло во рту.
Ё Хын проследила за трубками взглядом. Кровь по капле наполняла пакеты, висящие на концах этих трубок. Присоединённый к ним аппарат непрерывно и низко гудел. Это было оборудование для забора крови, подобное тому, что используют для собак-доноров [2].
Поняв истинную природу того рыбного запаха, что ударил ей в нос при входе, Ё Хын стиснула зубы. Это был запах крови. Было ясно, что этих пойманных русалок держат здесь, чтобы выкачивать из них кровь и делать из неё Дроп.
— Вот же ублюдки... — прошептала она сквозь зубы.
Ё Хын перевела взгляд в угол подвала. Там в ряд стояло несколько бочек. Шагнув к ним, она сорвала крышку с одной из бочек. Отлетевшая крышка с грохотом упала на пол.
Едва крышка открылась, подвал заполнил запах гнилой рыбы. В бочке лежали трупы русалок. Высохшие, белые тела были смяты, словно куклы, и гнили внутри.
Какое-то время она молча смотрела вниз, а затем коснулась руки маленького трупа, лежащего сверху. Эта русалка выглядела как маленький мальчик.
Русалки рождались в воде и должны были возвращаться в воду. Тело русалки, вытащенной из воды и умершей, теряло форму и рассыпалось от малейшего прикосновения. Оставались лишь тонкие кости. За её спиной в аквариумах едва слышно плескалась вода.
И в этот момент...
Раздался звук открывающейся двери подвала. Послышался шум множества шагов — люди входили, отодвигая виниловую завесу. Ё Хын даже не обернулась, продолжая смотреть внутрь бочки. Спустя пару секунд кто-то, видимо, наконец заметив её присутствие, окликнул её возмущённым тоном:
— Эй, ты! Что ты там делаешь? Ты кто такая?
Ё Хын медленно повернулась. Один из них посветил на неё фонариком. Свет был довольно сильным, но Ё Хын даже глазом не моргнула. Внутри было пятеро мужчин. Увидев её бесстрастное лицо, они переглянулись и сделали шаг к ней.
— Я спрашиваю, ты кто! Как ты сюда попала? А?
Мужчина, стоявший впереди, закричал. У всех были угрожающие лица и внушительное телосложение. Не было нужды спрашивать, чем занимаются эти типы.
[Список примечаний]
1) «Самгук юса» (События, оставшиеся от времён Трёх государств), том 2, часть 2 «Удивительное»: статьи о короле Кёндоке, наставнике Чхундаме и великом мастере Пхёхуне.
2) Собака-донор: собака, которую содержат с целью получения крови для лечения других собак.
Ё Хын сделала глубокий вдох.
— Инспектор Чон Ё Хын, Следственная группа особой секретности, Следственное управление по тяжким преступлениям Национального агентства полиции Сеула.
Её чётко произнесённые слова заставили мужчин недоверчиво замереть. Ё Хын слегка наклонила голову.
— Я из полиции.
Как только она это сказала, стоящий сзади мужчина подбежал к двери и с грохотом захлопнул её. Тот, кто спрашивал её имя, издевательски усмехнулся.
— Из полиции? Да хоть из ФБР, блядь. И что с того? Какая бесстрашная девка. Сама приползла сюда, чтобы тебе горло перерезали, и никто об этом не узнал?
Словно по сигналу, мужчины выхватили ножи. Это были ножи для разделки рыбы, рукоятки которых были обмотаны тканью, чтобы рука не соскользнула. Русалки в аквариумах заплескались в воде. Десятки испуганных глаз уставились на Ё Хын.
Вместо ответа Ё Хын подняла Тень сердца. Мужчины замялись. Полицейский не с пистолетом, а с длинным мечом — такое они видели впервые. Лезвие Тени сердца мелко задрожало. Эта дрожь, передавшаяся от кончиков пальцев, разлилась по всему телу и словно зажгла огонь в её голове.
Стоило Ё Хын сделать шаг, как мужчины бросились на неё. От них исходила яростная жажда крови, но для неё это было не более чем детской забавой. Острые ножи прорезали воздух, но они полоснули лишь то место, где Ё Хын была секунду назад.
Ударив ногой в челюсть одного из нападавших, Ё Хын взмыла в воздух. Её движения были настолько быстрыми, что оставляли после себя остаточные образы. Описав полукруг, она приземлилась за их спинами и, пригнувшись, стремительно атаковала сзади.
Мужчина, который только собирался обернуться, получил удар обухом Тени сердца прямо в солнечное сплетение и отлетел в сторону. Он выронил нож и врезался в аквариум, окатив лицо водой.
— Эй, эй! Схватите её! Ловите её!
Кто-то закричал. В голосе явно слышалась паника. Перехватив чужое запястье свободной рукой, Ё Хын отбросила Тень сердца в сторону, рванула здоровяка на себя и с силой впечатала его в пол. Ударившись головой о бетон, мужчина вскрикнул и скрючился.
Брошенная Тень сердца пролетела мимо щеки другого мужчины и вонзилась в стену, словно дротик. По его щеке потекла тонкая струйка крови. Застыв от ужаса, он почувствовал, как ноги стали ватными, и осел на пол.
Ё Хын уверенным шагом подошла к стене и вытащила клинок. Остался только один противник. Он стоял поодаль, размахивая ножом и нерешительно отступая.
— Чт-что это? Ты вообще кто такая?
Мужчина, глядя на неё как на привидение, заикался и судорожно шарил рукой в кармане. Видимо, искал телефон. Не сводя глаз с Ё Хын, он кое-как вытащил мобильник и стал кому-то звонить.
— Это... это я. Я, мать твою! В подвале я! Гони всех пацанов, что снаружи, сюда! Быстро!
Похоже, поблизости были ещё члены банды. Мужчина, получивший удар обухом, ползал неподалёку от Ё Хын, пытаясь дотянуться до упавшего ножа.
Ё Хын с бесстрастным лицом наступила ему на руку. Раздался хруст костей, и мужчина истошно закричал. Она не убирала ногу, продолжая смотреть на стоящего перед ней противника.
— Ах ты сука, возомнила о себе невесть что!
Мужчина прокричал это, но его лицо уже стало мертвенно-бледным. В этот момент послышался шум шагов — кто-то поспешно спускался в подвал, и дверь распахнулась настежь. Внутрь вбежало около двадцати человек. В руках у них были обрывки железных труб и ножи для разделки рыбы.
Обновлено: 08.04.2026