Глава 4 — Глава 4. Пробежка

Чэнь Сюсю съела полтарелки битых огурцов. С каждым ее укусом в голове Цзян Фэна раздавался приятный системный сигнал. [Динь! Получено 10 очков опыта] [Динь! Получено 8 очков опыта] [Динь! Получено 8 очков опыта] … По сравнению со скупым 1 очком от товарища Ван Сюлянь, Чэнь Сюсю была невероятно щедрым клиентом. Мелодичные уведомления сыпались одно за другим, заставляя Цзян Фэна невольно вспоминать их школьные годы. Сосиски-гриль, жареный тофу, шэнцзяньбао, рисовые рулеты чэнфэнь, жареный глютен, сяолунбао, гуаньтанбао, шаомай, жареные пельмени… От одних только мыслей об этом засосало под ложечкой. Сама того не заметив, Чэнь Сюсю опустошила целую миску каши. Она тихонько рыгнула. Этой каше стоило гордиться собой: раньше подобной чести удостаивалась разве что свиная рулька в соусе, приготовленная товарищем Цзян Цзяньканом. — Плохо! — В мгновение ока счастливая улыбка сытого человека на лице Сюсю сменилась гримасой ужаса. — Сегодняшний лимит калорий превышен! Цзян Фэн искренне не понимал, как миска пустой белой каши, в которую даже каплю кунжутного масла не добавили, могла что-то там превысить. — Проклятье! — Чэнь Сюсю в ярости стукнула маленьким кулачком по столу. — Это всего лишь миска каши, ничего страшного, — попытался успокоить ее Цзян Фэн. Чэнь Сюсю покачала головой. — Ты не понимаешь. В похудении всё именно так: дашь слабину один раз – будет и второй, и все прошлые усилия пойдут прахом. «Женщины – это страшно», – невольно подумал Цзян Фэн. — Ты можешь пойти побегать, — внезапно предложил он. — Мой сосед по комнате худел именно так, это очень эффективно. Сейчас ты легкая, нагрузки почти не почувствуешь. Я сам спокойно могу десятку пробежать. — Правда? — Чэнь Сюсю посмотрела на него с подозрением. Она с детства знала, что Цзян Фэн – мастер заливать. — Конечно, — Цзян Фэн сохранял предельно искренний вид. Умолчал он лишь о том, что сосед бегал, а худел почему-то только Цзян Фэн, которому приходилось за компанию составлять ему пару. — Давай завтра в семь утра встретимся внизу, — отчеканил он, не давая ей времени на раздумья. Чэнь Сюсю помедлила, но всё же кивнула в знак согласия. Говоря о беге для похудения, нельзя было не вспомнить соседа Цзян Фэна, Ван Хао. Под влиянием нежных чувств тот толстел и толстел, пока в конце концов не лишился девушки. Роман оставил ему на память только жировые складки. Осознав масштаб трагедии, Ван Хао решил бегать, но, опасаясь, что быстро сдастся, каждое утро вытаскивал Цзян Фэна с собой для контроля и компании. Бегать-то они бегали, но и ели при этом не меньше. Желудок Ван Хао, растянутый заботливой бывшей, после тренировок превращался в бездонную яму. В итоге он успешно превратился из рыхлого толстяка в толстяка мускулистого. Печальный опыт соседа подсказал Цзян Фэну верную мысль: физическая активность зверски разжигает аппетит. Сейчас Чэнь Сюсю выглядела болезненно. Всего за год она умудрилась превратить свой бездонный желудок в птичий, буквально истязая себя голодом. Цзян Фэн не мог не поразиться беспечности дяди Чэня. Если бы он сам вытворял такое, товарищ Цзян Цзянькан каждый день заталкивал бы в него еду через воронку, как в рождественского гуся. Цзян Цзянькан и Ван Сюлянь уже спали. Цзян Фэн на цыпочках прокрался в ванную, умылся и вернулся в свою комнату, чтобы проверить панель характеристик. […] 2. [Желание соседа]. Чэнь Сюсю, дочь Чэнь Дусю, в последнее время одержима экстремальным похудением. Исполните желание соседа и помогите Чэнь Сюсю вернуться к нормальному режиму питания. Подсказка к заданию: Из-за чрезмерного голодания и использования рвотных средств у Чэнь Сюсю начали проявляться признаки анорексии. Пожалуйста, поторопитесь. (Чэнь Сюсю любит битые огурцы с выраженной кислинкой). В подсказке появилась новая строчка, объясняющая, почему за вечернюю порцию огурцов перепало так много опыта. «Пожалуйста, исследуйте мир самостоятельно» – так, что ли, это работает? Пока сам на что-то не наткнешься, игра не даст пояснений. Если не заметишь – она промолчит. Все эти годы Цзян Фэн знал лишь, что Сюсю любит начинать трапезу с битых огурцов, причем именно его приготовления. Оказывается, дело было вовсе не в его десятилетних тренировках, а в том, что он вечно не мог рассчитать дозу и бахал слишком много уксуса. От осознания этой правды у Цзян Фэна чуть слезы не навернулись. Он нажал на подтверждение в графе уровня. За исключением того, что уровень и остаток опыта изменились на: Уровень: 1 (109/200) Остаток очков опыта: 0. Сама панель характеристик никак не изменилась. «Опыт и уровни бесполезны?» Цзян Фэн решил, что это невозможно. Скорее всего, его уровень еще слишком мал, чтобы разблокировать новые возможности. Учитывая завтрашнюю пробежку с Сюсю, он не стал продолжать изучение системы, поставил будильник на шесть тридцать и тут же провалился в сон. Следующим утром Цзян Фэн, переодевшись в спортивный костюм, с заспанными глазами вышел за дверь. Чэнь Сюсю уже стояла там в свободной одежде и кроссовках. Ради бега она даже заплела волосы в высокий хвост. Увидев ее, Цзян Фэн на секунду замер. — Ты давно здесь? Почему не постучала? Чэнь Сюсю взглянула на часы: — Если бы ты не вышел в семь, я бы постучала. Куда бежим? Она выглядела воодушевленной. Пробежка по этому району давала ей своего рода чувство триумфа. Что-то вроде «ваша шестидесятикилограммовая королева вернулась, забудьте о той туше в восемьдесят пять кило» – странное, почти мистическое чувство собственного достоинства. Это ощущение было куда круче, чем даже потеря килограмма после трехдневной голодовки. — Бежим к Первой средней школе. Первая средняя была их общей «альма-матер». Торговцы едой в округе могли не знать имени директора, но Чэнь Сюсю знали все без исключения. В конце концов, в свое время она была легендой местных закусочных. — Заодно и позавтракаем у задних ворот, — как бы невзначай добавил Цзян Фэн. — Позавтракаем? — Чэнь Сюсю нахмурилась. Она вышла на пробежку именно для того, чтобы сжечь вчерашнюю кашу, и завтрак казался ей совершенно неуместной потерей достигнутого. В словаре человека на диете слова «завтрак» просто не существует. — При такой нагрузке без завтрака можно и в обморок упасть, — возразил Цзян Фэн. До школы было около трех километров – для новичка в беге, коим была Сюсю, это была весьма солидная дистанция. — Я просто выпью стакан соевого молока, — пошла она на компромисс. Медленный бег звучит легко, но на деле он беспощаден к новичкам. Это как Ван Хао, который в первый день клялся пробежать десять километров, а после четырех кругов позорно сбежал в столовую награждать себя свининой в кисло-сладком соусе. Несчастные три километра заняли целый час. Взмокшая от пота Сюсю сидела в закусочной «Шасянь» у задних ворот школы и подставляла лицо под поток воздуха от вентилятора. С тех пор как она похудела до шестидесяти килограммов, она еще ни разу так не потела. — Хочешь чего-нибудь? — Голос Цзян Фэна прозвучал для нее как шепот дьявола. Конечно, она хотела. Она хотела того свежесмолотого соевого молока с двумя ложками сахара, которое продавала бабушка Чжан у входа. Хотела тех чайных яиц из переулка, которые варились так долго, что пряный бульон пропитывал их насквозь. Хотела лапшу с жареным соусом, где из добавок только соломка огурца и лук. Хотела пельмени на пару из этой самой закусочной. — Просто соевое молоко. Без сахара, — она уже почти подозревала, что Цзян Фэн нарочно выбрал именно этот маршрут. — Девушка, а не хотите попробовать наши пельмени на пару? Очень вкусные! Раньше тут одна девчонка из Первой средней каждый день по несколько порций уплетала! — Хозяйка заведения по привычке расхваливала товар новым гостям. — Цзян Фэн, ну что ты за своей девушкой не следишь? Сейчас молодежь совсем с ума сошла: и спорт, и голодовки – так ведь и здоровье подорвать недолго. — Тетушка, это же Чэнь Сюсю, — с улыбкой сказал Цзян Фэн и заказал две порции пельменей на пару и миску супа из маша. — Сюсю?! — Голос хозяйки в этот момент мог бы поспорить по громкости с товарищем Ван Сюлянь. — Как же ты похорошела, Сюсю! Вот уж правда, расцвела девка, я и не признала совсем. Раз пришла к тетушке, как можно пельменей не поесть? Ну-ка, давай, одну порцию обязательно, нельзя себя голодом морить. Как это – молодая девушка и без завтрака? Если мало будет, у меня еще шесть порций наготове, а не хватит – я тебе свежих налеплю! Под напором гостеприимной хозяйки Чэнь Сюсю пришлось капитулировать: первоначальный стакан молока превратился в порцию пельменей и молоко. Она подцепила палочками пельмень и яростно воззрилась на Цзян Фэна: — Ты специально это сделал. Заманил меня сюда, чтобы накормить. — А что, у них пельмени невкусные? — Цзян Фэн скорчил невинную мину. — Когда был мелким и глупым, всегда считал, что это лучшие пельмени в мире. Он целиком закинул пельмень в рот, прожевал и проглотил. — А потом поступил в университет, уехал и понял… что они и правда лучшие в мире. Чэнь Сюсю не нашлась что ответить. После нагрузки кровь разогналась, пошел выброс инсулина, и пустой желудок начал активно сокращаться, посылая организму отчаянные сигналы протеста. Промучившись с голодом целый год, она думала, что уже привыкла к нему. Видя, что Чэнь Сюсю перестала жеманничать и ест пельмени уже далеко не так медленно, как вчерашние огурцы, Цзян Фэн решил закрепить успех: — Завтра повторим? — Угу, — Чэнь Сюсю яростно откусила кусок пельменя.