Глава 5 — Глава 5

*** — Ох, посмотри на себя! — Йесцин Серенно встретила дочь крепкими объятиями и поцеловала в обе щеки. В свои пятьдесят два года мать пятерых почти взрослых детей выглядела изрядно располневшей и утомлённой. Лицо её, покрытое сетью морщин, выдавало возраст сильнее, чем того хотелось бы, а недолгое приветствие, казалось, лишило её последних сил — Йесцин почти сразу с облегчением опустилась обратно в кресло. Какое-то время они болтали о пустяках, делясь новостями за те долгие месяцы, что не виделись. Атемина пообещала завтра же привести дочь, чтобы познакомить её с бабушкой. Она не хотела расстраивать мать признаниями в своём одиночестве, но всё же надеялась получить совет по одному важному вопросу. — Мама, как ты заставила отца полюбить тебя? — спросила Атемина, сосредоточенно глядя в свою чашку с чаем. — Ведь ваш брак тоже был договорным, не так ли? Йесцин откинулась на спинку кресла с выражением лёгкого превосходства. — О, Ати, ты всё ещё рассуждаешь как девчонка, начитавшаяся глупых романов. Атемина почувствовала, как к лицу приливает жар. — Мама! Не вижу ничего странного в том, что я хочу любви собственного мужа! — Я и не говорила, что это странно, — Йесцин примиряюще махнула рукой. — Просто само слово «полюбить» здесь неуместно. Для этого время уже ушло. Матриарх семьи подалась вперёд. — Вспышки страсти и внезапная любовь бывают только в гололентах и дешёвом чтиве. Двое несчастных, которых тянет друг к другу, точно насекомых на огонь, пока весь остальной мир не перестанет существовать... Если ты до сих пор не потеряла голову от графа, то этого уже и не случится. Атемина поморщилась, обдумывая слова матери. При всём желании наладить отношения с Дуку, она ни разу не чувствовала той мистической связи, о которой так ярко расписывали в её старых голодрамах. То, что она испытывала к нему, было совершенно иным. — Любовь нельзя выбрать, но её можно выстроить, — наставительно произнесла Йесцин. — На это нужно время, и начинается всё с доверия. Если у вас есть этот фундамент, и ты... будешь осторожно, кирпичик за кирпичиком, строить ваши отношения, то однажды утром ты проснёшься и осознаешь, что сама мысль о жизни без него приводит тебя в ужас. — Она решительно кивнула. — Время и доверие. Медленно, но верно. — Что ж, думаю, основа для этого у нас уже есть, — задумчиво произнесла Атемина. — Хорошо, — улыбнулась Йесцин. — А ещё вам нужно много, очень много секса. Атемина едва не поперхнулась чаем. — Прости, что? — Он мужчина, милая. Богатый, влиятельный и всё ещё весьма представительный мужчина, который постоянно в разъездах. — Йесцин сокрушённо покачала головой, дивясь наивности дочери. — Как прошла ваша первая ночь? «Потрясающе», — подумала Атемина, промолчав, но мать по одному лишь выражению её лица всё поняла. — Ох, Ати, ты ведь понимаешь, что ты у него не первая. У него такие же потребности, как у любого другого мужчины — природа велит ему оставить как можно больше потомства. И если он не будет получать удовлетворения с тобой, он начнёт искать его на стороне. А с его положением он найдёт желающих без труда. — Граф никогда бы не... — начала было Атемина. — Ты его не знаешь! — перебила Йесцин. — Да, джедаям полагается хранить обет безбрачия, но если бы им не приходилось бороться с искушениями, такие правила были бы просто не нужны. Послушай, милая: ничто так быстро не отравит ваши зарождающиеся чувства, как измена. У него появятся тайны, он начнёт подрывать то самое доверие, которое вам обоим так необходимо, и — поверь мне — в тебе прорастёт горькая обида. Ты просто не сможешь это контролировать. Представь графа Дуку с другой женщиной и прислушайся к себе. Атемине даже не пришлось ничего представлять — в груди сразу разлилась тупая боль, а к горлу подступила тошнота, словно её окатили ледяной водой. — К тому же теперь, когда у тебя есть наследница, тебе нужен и «запасной вариант», — со знанием дела добавила Йесцин. — Узнай, что нравится Дуку, соблазняй его, делай это часто. Граф уже не молод, и ты не знаешь, сколько лет вам отмерено. — Значит... это всё? — Атемина подытожила услышанное. — Доверие и время? — И секс. И... это. Что бы ни говорили о цинизме или грубости Йесцин, её советы оказались именно тем, в чём нуждались отношения Атемины и её мужа. Под предлогом необходимости во втором наследнике ей быстро удалось убедить графа возобновить их близость. Вскоре они снова делили одну постель и — что важнее — начали разговаривать! Сам того не замечая, после ночи любви граф становился более открытым, и Атемина наконец-то начала узнавать его настоящего. Оказалось, что наставником Дуку, когда тот ещё был падаваном, был сам Гранд-мастер Йода! Даже теперь он говорил о тех временах с теплотой, хотя в его голосе и слышалась глубокая печаль. Он описывал ей Зал тысячи фонтанов и общие спальни, где отдыхали юнлинги. — Вы скучаете по всему этому? — спросила она однажды, прижавшись к его плечу. — Да... скучаю, — тихо признался он. — Но почему же вы ушли? Он помедлил, а затем тяжело вздохнул. — Я знаю многих джедаев — мудрых и неподкупных. Но Орден в целом стал чем-то меньшим, чем сумма его частей. Когда-то он был хранителем и путеводной звездой Галактики, а теперь лишь защищает интересы Республики. Последнее слово он выплюнул с нескрываемым отвращением. — Но что не так с Республикой? — не удержалась Атемина. Дуку помрачнел. — Суть демократии в том, чтобы интересы власть имущих были неразрывно связаны с нуждами народа. В этом отношении Республика потерпела сокрушительный крах. Атемина чувствовала, что за этим кроется нечто большее, но не хотела торопить события. Теперь она понимала: он не ненавидел джедаев. Он всё ещё глубоко любил их, и сердце его было просто разбито. *** Тан'я продолжала расти и крепнуть. Почти каждую неделю Атемина замечала в дочери новые перемены. К счастью, инцидентов, связанных с Силой, было немного. Лишь пару раз игрушки девочки начинали парить в воздухе, но она тут же бросала их, стоило матери подхватить её на руки. Но однажды Тан'я просто сидела, уставившись в пустоту своими огромными синими глазами; на мгновение Атемине показалось, что этот взгляд затягивает её саму, лишая воли, пока Дуку резко не распахнул дверь, нарушив странное оцепенение. — Тебе нужно быть осторожнее, — упрекнул он жену, опускаясь на колени перед ребёнком. — Я почувствовал её зов из другого крыла дворца. Если слышу я, услышат и джедаи. — Прости, — Атемина почувствовала, как в груди затрепетал страх. — Я не хотела... я просто смотрела ей в глаза и вдруг забыла, где нахожусь. Дуку лишь недовольно прищурился. Он протянул руку и легонько ткнул дочь в плечо, отчего та зашлась в весёлом смехе. Тень нежной улыбки коснулась губ графа. — Непростое дитя. Тан'я в восторге замахала ручонками, не понимая сути разговора. — Мастер, — прервал их голос дроида. В дверном проёме застыл один из сервисных роботов, сложив манипуляторы за спиной. — Кто-то настойчиво пытается связаться с вами. Граф поднялся и повернулся к нему: — Они представились? — Да, Мастер, — дроид склонил голову в имитации поклона. — Он представился как Гранд-мастер Ордена джедаев Йода. Он желает обсудить вашего ребёнка. *** 38 ДБЯ Гранд-мастеру Йоде по долгу службы приходилось иметь дело с самыми разными скандалами. Пусть все джедаи были связаны Силой и Йода лично следил за тем, чтобы они ответственно относились к своему долгу, горькая истина заключалась в ином: едва юнлинг становился падаваном, он впервые оказывался один на один с огромным миром и всеми его соблазнами. За сотни лет наставничества Йода повидал всякое: наркотическую зависимость, карточные долги, притоны, взятки... и, разумеется, самый опасный порок из всех — любовь. Ничто так не пленяло разум молодого джедая, как это чувство. Давным-давно Йода сбился со счёта, сколько детей, рождённых в подобных незаконных союзах, ему приходилось пристраивать и сколько падаванов из-за этого покидали Орден навсегда.