С вами автор. Привет, уважаемые!
Перед тем, как вы начнёте читать эту главу - убедитесь, чтобы поставили лайк на эту историю!
Меня это очень мотивирует
[Тренировочный зал, Нефритовый дворец]
[От третьего лица]
Однако улыбка на устах Бориса Тай Лунгова дрогнула, когда он услышал строгий голос со стороны врат зала:
— Ты опоздал!
Это был голос Шифу, который впервые заметил опоздание за своим талантливым подопечным.
Тай Лунг медленно обернулся на своего мастера, отца и воспитателя духа.
Он с глубочайшим сожалением опустился на колено и преклонил голову. По крайней мере, он хотел продемонстрировать уважение, и это сделал бы прошлый Тай Лунг.
В средневековом Китае, где развивались события истории о «Кунг-фу Панде», понятие «мастера» было намного выше и важнее того, что представляли себе европейцы или славяне.
Когда человек уходил в монастырь, в храм боевых искусств – он полностью отдавался под власть своего мастера. В том, как вести себя – он опирался на своего мастера. В том, как смотреть на жизнь и какой философии следовать – тоже. Бывали, конечно, исключения, но основной мотив был таким.
Некоторые приходили к мастерам ради достижения силы, наслушавшись легенд о непобедимости воинов кунг-фу, другие приходили ради очищения своя души от всех нечистот и искушений мира.
Так было и с Тай Лунгом, для которого Шифу на самом деле стал отцом, которого у него не было. Посему, хоть и с долей скептицизма, нынешний Тай Лунг тоже питал уважение к пока еще молодому усатому Мастеру.
— Да, мастер Шифу. Мой сон продлился дольше, чем я ожидал. Похоже, мне надо лучше следить за режимом, — ответил Борис Тай Лунгов.
Шифу смотрел на него с напускным недовольством, которое он должен был продемонстрировать провинившемуся ученику. На деле же он ни грамма не переживал. Он заговорил:
— Ты ведь знаешь, почему нужно приходить именно в это время, сын?
Тай Лунг мгновенно пораскинул мозгами, кое-что вспомнил и ответил:
— Во время заката уровень Ци во всём мире поднимается ввысь. Тренировка именно в это время суток, как и на восходе солнца, намного благоприятнее влияет на развитие Нэйгуна, Вэйгуна, Акупунктур и Ци.
Шифу сменил недовольство на и удовлетворённую улыбку. Его ученик выслушал множество его лекций по теории тела, кунг-фу и своего духа.
— Верно, сын. Но ты забыл упомянуть, что тренировка именно на закате солнца также позволяет тебе поужинать вовремя, чтобы ты лёг спать со спокойным желудком, и проснулся свежим, — поучал красноухий Шифу, поскольку считал, что «будущий Воин Дракона» должен знать всё, уметь всё и быть сильнее всех. Он всё детство натаскивал Тай Лунга не только в физическом плане.
— Давай, время не ждёт. Сегодня у нас много практики! — улыбнулся Шифу своему сыну.
Снежный барс пошёл за ними, улыбаясь.
«Первая проверка пройдена».
***
Шифу маленьким, но шустрым шагом зашёл в тренировочный зал. Легким движением руки он отправил горящую палочку в полёт около стен зала. Железные чаны один за другим зажигались, освещая некогда полный темнотой зал.
(Примерный вид зала)
«Это в самом деле красиво», — подумал новый Тай Лунг, ощущая в каждом тренажере и детали, самобытность и практичность, созданную бывшими мастерами Нефритового дворца.
Борис перебирал свои знания, полученные после попадания в этот мир.
«Но это место не такое, как в фильмах…» — задумался он, пока разминался.
Если бы Борис получше нырнул в воспоминания тела, которое он получил, то вспомнил бы, что за годы существования тренировочный зал протерпел множество расширений и доработок, каждая из которых отражала желания и философию нынешнего мастера по боевым искусствам.
Нынешнее воплощение зала отличалось от показанного в фильме потому, что красная панда Шифу (в силу его строгости в то время) модернизировал его уже после разгула снежного барса и его попадания в тюрьму.
Угвэй, да и все приезжие мастера кунг-фу в то время отмечали, что данная версия зала является самой опасной, сложной и опасной за всю историю.
Поэтому, Борис наблюдал зал, имеющий заметно меньше Убийственных Семи Колец, Поле пламенной смерти, выстреливающий пламенем намного реже и тому прочее.
Новый Тай Лунг сказал бы повествующему: «Да, спасибо за информацию, душнила». Но сказать этого он не мог, и это славно.
Так или иначе, снежный барс уже успел сделать разминку. Делал он её тщательно и равномерно, как человек, который не желал никакой травмы во время предстоящей многочасовой тренировки. Мелкие капли пота проявилась на его лице, когда он кинул Шифу, терпеливо ожидавшему его готовности.
— Начинай со змеек, сын.
Снежный парс услышал короткое указание красной панды и резким движением прыгнул прямо на крутящихся змей, не живых, деревянных.
***
[От лица Бориса]
«Дайте мне тренажёры, которые не пытаются меня покалечить, боже…» — думал я, удерживаясь на крутящихся змеях только благодаря мышечной памяти.
«Летят!» — пригнулся я, а затем решил убрать раздражитель, эти деревянных дубины, качающиеся из сторону в сторону.
Я попытался сделать небрежный удар ногой, но получилось то, чего я не ожидал. Я прыгнул на целых полтора метра в высоту и ударил в игольчатую дубинку размашистым ударом ноги, который раздробил деревяшку в щепки.
— Хорошо! Двигайся дальше! — крикнул мне Шифу.
Я ловко балансировал по змейкам и прыгнул на следующее препятствие.
«Как эту штуку звали то? Нефритовая… Черепаха мудрости? Кажется да», — подумал я, приземляясь на ноги ровно по краям шатающейся глыбы.
Огромная глыба нефрита с полым центром и пятью торчащими из него кусочками, которые образуют форму черепахи.
Я ощущал себя словно на аттракционах, постоянно балансируя на перекатывающейся из сторону в сторону глыбе.
«Теперь ясно, почему это любимое препятствие Журавля. Он может использовать крылья и легкий вес для маневрирования», — подумал я, когда задача усложнилась еще сильнее.
Шифу прыгнул на противоположную сторону, и, улыбаясь, начал кидать мне палки в колёса. В буквальном смысле, он тыкал палкой именно в то место, куда я собирался сделать шаг.
Меня спасало лишь мышечная память и стрессоустойчивость, выработанная мной еще в прошлой жизни.
***
[От лица Шифу]
«Сегодня с ним что-то не так», — задумался я, продолжая усложнять его задачу.
Я понимал, что ему лишь семь лет, что он еще совсем маленький человек. Однако раньше он более стабильно проходился по этим препятствиям.
Может быть, он устал за эти дни? Я слишком нагружаю его?
Это возможно, но он должен стать следующим Воином Дракона. Ему нужно привыкнуть, что вся его жизнь будет сопряжена с опасностью, когда за каждое короткое промедление он будет получать ранения, а то и хуже.
«Пусть пройдёт эту тренировку до конца. Завтра у него будет выходной… На завтра я хотел дать ему трехчасовую медитацию… Ну, это в любом случае отдых!».
***
[От третьего лица]
Мало-помалу занятие подошло к концу. Тай Лунг вытерся полотенцем и теперь пил воду.
Он привык к сложным практикам в прошлой жизни и никогда не отказывался от того, чтобы поставить перед собой цель еще сложнее прежней. Однако он чувствовал, что его новое тело еще слабо в развитии.
Он делал больше и быстрее, чем когда-либо мог представить в своей прошлой жизни, но он всё еще был детёнышем снежного барса, постепенно подходящим к созреванию.
Теперь Борис понимал, насколько тяжелая жизнь была у Тай Лунга, когда он день и ночь стремился к одной цели, он прожигал себя физически и морально, чтобы его отец гордился им.
Тай Лунг лишь следовал тому воспитанию и целям, которые ставил перед ним Шифу.
«Это неправильно», — подумал Борис Тай Лунгов, ощущая изнеможение после трёх часов практики.
Задача любого мастера кунг-фу, ушу и других дисциплин в Китае – это сделать человека лучшей версией себя, помочь ему воспитать в себе дисциплину, открыться миру, невиданному до сих пор из-за мирской рутины.
Ставить всю жизнь сына на то, чтобы он добрался до одного титула. Это затея для не самых лучших родителей, не сумевших добиться своих мечт сами.
«Я поговорю с ним об этом», — подумал Тай Лунг, которому не нравилось терпеть никого и ничего, что приносило ему вред.
В любом случае, выслушав замечания Шифу и поблагодарив его с почтением, Тай Лунг ушёл спать в казармы учеников.
Обновлено: 09.04.2026