Ева вошла в лабораторию.
Атмосфера была другой. Не такой, как в прошлый раз. Тогда в воздухе висело напряжение и невысказанное желание. Сейчас — только холод. Арктический, пронизывающий холод его ярости.
Он не встал. Он сидел за своим столом в дальнем углу, в тени, проверяя какие-то студенческие работы. Он даже не поднял на неё головы.
— Вы опоздали, — сказал он, не глядя. — На две минуты.
— Пробки на движущихся лестницах, — небрежно ответила Ева, проходя к рабочему столу.
На столе её ждал ад.
Ингредиенты для зелья Живой Смерти. Одного из самых сложных и опасных зелий.
— Сегодня, — его голос был ровным и безжизненным, — вы будете работать самостоятельно. Инструкции — на доске. Я буду наблюдать. Постарайтесь не взорвать мой кабинет. Хотя, признаться, искушение велико.
Это была его месть. Он заставит её потерпеть неудачу. Публично (пусть даже единственным зрителем был он сам).
Ева посмотрела на ингредиенты. Корень асфоделя. Настойка полыни. Мозг ленивца. Она понятия не имела, что с этим делать. Инструкции на доске были написаны его фирменным, почти нечитаемым почерком и были полны специфических терминов.
Она знала, что это ловушка. Любая её попытка сварить это зелье закончится катастрофой.
Она могла бы отказаться. Могла бы развернуться и уйти.
Но она решила сделать то, чего он точно не ожидал.
Она решила сказать правду. Частичную.
Она повернулась к нему, скрестив руки на груди. Она не стала подходить к котлу.
— Вы ведь знаете, что я не смогу это приготовить, профессор.
Он наконец поднял на неё глаза. В них было холодное торжество.
— Разумеется. Но мой долг — попытаться вбить в вашу… своеобразную… голову хоть крупицу знаний.
— Хватит, — сказала она. Тихо, но властно. — Хватит игр, Северус.
Он вздрогнул, когда она снова назвала его по имени.
— Вы проиграли сегодня, — продолжила она, глядя ему прямо в глаза. — Ваш план с Поттером провалился. Вы в ярости. И теперь вы пытаетесь отыграться на мне, устроив этот жалкий спектакль. Это так… предсказуемо.
Его лицо окаменело.
— Я не знаю, о чём вы говорите, — процедил он.
— О, знаете, — она подошла к его столу и оперлась о край, глядя на него сверху вниз. — Вы ненавидите Поттера. Вы ненавидите меня за то, что я ему помогаю. Вы ненавидите меня за то, что произошло в том коридоре. И больше всего вы ненавидите себя за то, что вам это… понравилось.
Каждое её слово было как удар хлыста. Она не просто констатировала факты. Она озвучивала его самые постыдные, самые тайные мысли.
— Замолчите, — прошипел он, вскакивая на ноги. Теперь они стояли лицом к лицу, их разделял только стол.
— А то что? — не отступала она. — Снимете с Гриффиндора сто очков? Назначите мне отработку? Или снова поцелуете, чтобы заставить меня замолчать?
Это было слишком.
Он обошёл стол. Он надвигался на неё, как тень. В его глазах не было ничего, кроме чёрной, ледяной ярости. Он схватил её за плечи.
— Я предупреждал вас, — его голос был едва слышным шёпотом. — Я предупреждал вас не играть со мной.
Её сердце бешено заколотилось, но на лице не дрогнул ни один мускул. Она смотрела на него, не отводя взгляда.
— Я не играю, — сказала она так же тихо. — Я просто говорю правду. Вы боитесь её, Северус? Вы боитесь правды о себе?
Он смотрел на неё, на её вызывающие глаза, на её чуть приоткрытые губы. Он должен был её оттолкнуть. Проклясть. Сделать хоть что-то.
Но он не мог.
Его хватка на её плечах ослабла. Его ярость, столкнувшись с её абсолютным, безжалостным спокойствием, снова захлебнулась.
Он просто стоял и смотрел на неё, и в его глазах отражалась вся его боль, вся его ненависть и всё его отчаяние.
Она снова победила. Не флиртом. Не соблазнением.
А самой страшной, самой опасной магией в мире.
Правдой.
Обновлено: 19.02.2026