Глава 10 — Глава 10

Глава 10 - несправедливость Хэхуэй с удовлетворением кивнула, нежно поглаживая дочь по спине.: “Во дворце твоя главная опора – вдовствующая императрица. К другим принцессам и принцам относись с должным уважением, но избегай излишней близости. Соблюдай ровное отношение ко всем. Даже императрице не стоит излишне льстить. Будь учтива, но не лицемерна, высказывай свои мысли прямо. Наша семья не должна ввязываться в придворные интриги и участвовать в формировании каких-либо группировок. Надеюсь, ты понимаешь?” Ян Лань почувствовала, как её коснулся холодок предостережения. Она тут же ответила, выражая понимание: “Матушка, вы правы. Наша семья – приближённые к императорскому роду. Отец и старший брат – ценные для императора люди. Излишнее сближение с кем-либо неуместно. Наша семья должна оставаться верной, честной и открытой. Главное достоинство слуги – преданность. Я не стремлюсь к особой сообразительности, но я должна неукоснительно исполнять свой долг”. Этот ответ вызвал довольную улыбку на лице Хэхуэй. Она не могла не восхищаться дальновидностью мужа, настоявшего на совместном обучении дочери и сыновей. Во время семейных советов от неё никогда не скрывали важных дел. И теперь, в этот критический момент, её глобальное видение и политическая проницательность проявились в полной мере. Она действительно была достойна похвалы. “То, что ты понимаешь это сердцем, уже многого стоит. Избегай лишних слов. Помни, ты всего лишь внучка вдовствующей императрицы. Будь близка только с ней, остальных держи на почтительном расстоянии. Если кто-то во дворце посмеет тебя обидеть, не терпи, немедленно расскажи мне или вдовствующей императрице. За тебя всегда найдётся кому заступиться. В конце концов, я всё ещё пользуюсь определённым влиянием у твоего дяди-императора. Все эти годы я ни разу не позволила себе сделать что-либо, что могло бы его смутить. Обеспечить твою и мою безопасность мне вполне по силам”. Ян Лань послушно кивнула, демонстрируя готовность следовать советам матери: “Матушка, не беспокойтесь, во дворце я буду полагаться на вдовствующую императрицу. К принцессам и принцам я буду относиться с должным уважением, но никаких лишних действий не предприму. Я понимаю ваши наставления! Я знаю меру и не стану вести себя безрассудно, чтобы не навлечь беду на нашу семью, на отца и братьев”. “Да, я знаю, что ты разумная девочка. Если столкнёшься с чем-то неожиданным, немедленно расскажи об этом вдовствующей императрице. Если это невозможно, постарайся сдержаться и сразу же отправь кого-нибудь сообщить мне. Вдовствующая императрица не видела тебя несколько лет. На этот раз во дворце она наверняка пригласит тебя на обед! Во дворце нужно быть во всём предельно осторожной. Я позволю Би Юнь сопровождать тебя. Тетушка Ли, приближённая к вдовствующей императрице, пользуется её особым доверием. В случае чего, обращайся к ней за советом”. Ян Лань запоминала каждое слово матери, одновременно размышляя о том, как заслужить расположение вдовствующей императрицы. Её расположение было ей крайне необходимо, ведь это могло помочь отцу и братьям узнавать о важных событиях, происходящих во дворце. Это, как минимум, позволит семье Ян сохранить своё положение и достоинство! Даже не обладая особыми талантами, она не должна запятнать честь семьи Ян. Родители воспитали её в любви и заботе, братья оберегают её, как зеницу ока. У неё нет никаких причин доставлять им неприятности и создавать проблемы. Вскоре вернулся отец, Ян Сюй. Едва переступив порог дома, Ян Лань радостно бросилась к нему навстречу, обняла его за ноги и, подняв свою маленькую головку, с нежностью спросила: “Папа, ты скучал по мне? Я очень скучала! Я попросила приготовить для тебя чай из жимолости. Вчера я заметила, что у тебя шелушатся губы, наверное, перегрелся!” - её нежный голос и заботливые слова растопили сердце Ян Сюя, и он почувствовал, как усталость отступает. Ян Сюй поднял дочь на руки и громко рассмеялся: “Всё-таки моя дочь меня жалеет! Ты, наверное, сегодня расстроилась в зале Соснового долголетия?” - вся его воинственная аура, присущая ему как генералу, перед лицом нежной и любящей дочери рассеялась, и на его лице появилась тёплая улыбка, словно он боялся её напугать. Ян Лань невольно вздрогнула. В конце концов, он был генералом, прошедшим через множество сражений, и его проницательность была поразительной. Вероятно, он уже всё знал! Она прищурила глазки, надула губки, и нежный румянец тронул щеки: “Я не нарочно, папочка, словно наваждение какое-то! Мама уже отругала меня, и я знаю, что была неправа. Не стоило препираться с сестрой. Папочка, ты не будешь на меня сердиться, правда? Лань’эр помассирует тебе плечи, хорошо?” - с лукавой улыбкой она протянула крошечные кулачки и принялась легонько постукивать и разминать отцовские плечи. Ян Хао и Ян Пэй, наблюдая эту сцену, не смогли сдержать смешки. Старшему, Ян Хао, исполнилось четырнадцать, и он уже нес службу в Императорской гвардии. Младшему, Ян Пэю, было одиннадцать, и он постигал науки в императорской школе во дворце. Стрельба из лука и верховая езда давались ему с легкостью. В семье, происходившей из военных, глубокие познания в науках не требовались, однако боевые искусства оставались в приоритете. В следующем году младший сын вместе со старшим братом отправится в юго-восточные регионы для оттачивания мастерства. Оба брата проявляли недюжинные способности к боевым искусствам, но Ян Пэй словно был рожден для этого. Сейчас он уже мог на равных сражаться со старшим братом, превосходящим его на три года. Ян Пэй, захихикав, толкнул брата локтем и, бросив озорной взгляд, прошептал: “Тебе не кажется, она похожа на маленькую болонку*?” *Тут игра слов, 哈巴狗 - пекинес, пекинская болонка или еще вариант перевода - подхалим, льстец. Ян Лань надула губки, ее личико раскраснелось от досады, и она сердито выпалила: “Глупый брат, противный брат! Смеешься надо мной! Папа! Второй брат смеется надо мной, заступись за меня!” - она изо всех сил прильнула к отцу, словно маленький плющ. Ян Сюй с улыбкой обнял дочь и усадил ее на высокое кресло из сандалового дерева с резной спинкой: “Вы двое, не смейте обижать Лань’эр! Хорошая моя девочка, впредь не спорь с бабушкой, иначе люди скажут, что ты непочтительна. Предвзятость бабушки – не новость. Тебе все равно не переубедить ее, лучше просто прояви уважение! Не давай повода для пересудов, в конце концов, она старшая!” В его тоне сквозила мягкость, но информация, которую он передавал, была глубокой. Главное – он боялся, что дочь даст повод для пересудов. Это было самым важным, и это то, что он хотел донести. Ян Лань почувствовала сильное волнение. В древние времена сыновнее почтение ценилось превыше всего. Отцу было непросто так защищать ее. В то же время это означало, что его сердце по отношению к матери почти остыло. Эту связь тоже нужно поддерживать и укреплять! Она прижалась к отцу и тихо прошептала: “Я просто была расстроена! Бабушка с легкостью может перечислить любимые блюда третьего дяди, но не знает, что любит папа. Сюй случайно упомянула, что отец любит маринованную рыбу. Мне так тяжело на душе. Отец проливает кровь и пот ради этой семьи. Если бы не отец, зарабатывающий военные заслуги, откуда у семьи Ян сегодняшняя честь и слава, а в итоге его так игнорируют, я…!” - голос ее дрогнул, и она, не в силах сдержать рыданий, замолчала. Она была еще маленькой и часто засыпала в одной постели с родителями, поэтому видела бесчисленные шрамы на отцовской спине. И ее родная мать даже не знает, какие блюда любит ее старший сын – как это печально и несправедливо! Ян Хао и Ян Пэй тоже глубоко вздохнули, но ничего не могли сказать. Эти слова могла позволить себе только младшая сестра. Другие не осмелились бы так говорить. Если бы они осмелились, отец обязательно наказал бы их. Только младшую сестру любят больше всего, отец относится к ней, как к зенице ока. Другим нельзя ее даже наполовину обидеть. Произнося эти слова, она всхлипывала, и слезы текли по щекам. Она спрятала лицо на груди у отца, пытаясь успокоиться. Ян Сюй, напротив, беспечно засмеялся, и в его глазах читалось волнение и утешение. Он нежно похлопал дочь по спине, успокаивая: “Эта предвзятость длится не один день. В ее глазах есть только третий, но нет меня и второго. Но мне достаточно, что меня жалеете вы, мать и дети! Я ведь не золотая монета, зачем нужно, чтобы меня любило столько людей!” Этот возглас вызвал взрыв дружного смеха. Ян Лань, вскинув голову, с глазами, еще подернутыми дымкой недавних слез, звонко произнесла: “Папочка, не печалься! У тебя же есть любящая мамочка! Мама с самого утра хлопотала, чтобы сварить тебе наваристый суп, а еще приготовила нежное вишневое мясо с ямсом* и тающий во рту крабовый тофу – все, как ты любишь! И мой любимый вишневый нектар, а брату – гусиные лапки с маринованной уткой, и хрустящие жареные кальмары!” - маленькая головка гордо кивала, а на лице засияло ожидание похвалы. *«Вишнёвое мясо» - это мясо ярко-красного цвета, размером напоминающее вишню, с кисло-сладким вкусом. Такое мясо используется в приготовлении блюд, например, в китайской кухне. Ямс - обобщённое название многолетних травянистых лиан семейства Диоскорейные. У всех видов ямса есть подземные побеги - крупные клубни с плотной кожицей, похожие на картофель, но намного больше. В природе встречаются экземпляры до 50 кг, в культуре - обычно от 2,5 до 5 кг. Смех разнесся по комнате, и Ян Сюй, повернувшись к принцессе Хэхуэй, взглянул на нее с нежностью и благодарностью. Тихо произнес:“Все-таки, жена меня жалеет… Достаточно того, что у меня есть ты и дети, которые меня любят!” Румянец залил щеки Хэхуэй, делая ее еще прекраснее и трогательнее. Она смущенно проговорила: “Ну что ты такое говоришь, дети же здесь!” Но в ее сердце расцветала сладостная нежность.