Ночь в мотеле «У Покинутого Рудника» была не из приятных. Отопление работало по принципу «включишь — сваришься, выключишь — замёрзнешь». Коди провёл её в тревожном полусне, прислушиваясь к скрипам старого здания и завыванию ветра в печной трубе. Ему снились обрывки: бледное лицо в темноте, крик, заглушаемый метелью, и чувство леденящего одиночества, такого острого, что он просыпался с комом в горле.
На рассвете его разбудил стук в дверь — отрывистый, нетерпеливый. Дин.
— Вставай, спящая красавица. Завтрак в пятнадцать минут, потом к шерифу.
Завтраком оказался чёрный кофе и черствые пончики из автомата в лобби. Сэм, бледный и невыспавшийся, изучал на своём ноутбуке исторические записи о шахте «Серебряный призрак». Дин, напротив, выглядел бодрым и собранным, как всегда.
— Шерифа зовут Том Брикен, — сказал Сэм, не отрываясь от экрана. — Местный, работает здесь лет двадцать. Судя по сводкам, он не в восторге от «посторонних», особенно после того, как пара журналистов из бульварной газеты устроила тут цирк.
— Значит, будем обаятельными, — процедил Дин, допивая кофе. — Агенты Малдер и Скалли, версия охота на монстров. Коди, помни — ты стажёр. Молчи, записывай, выгляди впечатлительным.
Канцелярия шерифа располагалась в одноэтажном кирпичном здании, которое, судя по виду, было старше самого шерифа. Внутри пахло пылью, старым деревом и слабым запахом дезинфектанта. Шериф Брикен оказался крепким мужчиной лет пятидесяти, с лицом, вырезанным из гранита, и взглядом, который видел слишком много глупостей за свою карьеру.
— Винчестеры, — сказал он, не вставая из-за стола и изучая их поддельные удостоверения из ФБР. Его взгляд скользнул по Коди. — И стажёр. Какими судьбами в нашем глухом углу?
— Расследуем возможную серию убийств, шериф, — сказал Сэм, используя свой самый убедительный, мягкий голос. — Три случая за месяц — это тревожная статистика даже для такого... уединённого места.
— Статистика, — фыркнул Брикен. — У нас тут медведи, обвалы, глупость туристов и просто несчастные случаи. Старики, которые решили прогуляться в метель. Никакой серии.
— Но характер смертей... — начал Дин.
— Характер смертей — это дело коронера, а не ФБР, — отрезал шериф. — И коронер сказал — гипотермия и сердечная недостаточность. Кровь? Да, странно. Но я не эксперт. И вы — тоже, если верить этим бумажкам, которые даже печать кривую поставили.
Повисла напряжённая пауза. Дин не моргнул.
— Мы просто хотим осмотреть места, шериф. Исключить версию с... опасным животным. Для спокойствия общины.
Брикен тяжело вздохнул, откинулся на стуле. Он понимал, что просто так от них не отделаться.
— Ладно. Осматривайте. Но без шумихи. И без разговоров с местными. Последнее, что мне нужно, — это паника. И ещё... — его взгляд стал колючим, — шахта «Серебряный призрак» находится на частной территории. И она опасна. Обвалы. Если сунетесь туда без моего ведома и что-то случится — вытаскивать вас не буду. Понятно?
— Понятно, — кивнул Сэм. — Благодарим за cooperation, шериф.
Когда они вышли на холодный воздух, Дин выругался.
— Понятный как день. Что-то скрывает или просто упрямый как осёл.
— Может, и то, и другое, — сказал Коди негромко. Он до сих пор молчал, как и велели, но теперь не удержался. — Он боится. Не нас, а чего-то другого. И злится, что мы это «что-то» можем потревожить.
Сэм посмотрел на него с интересом.
— Интуиция опять?
— Наблюдение, — поправил Коди. — Когда ты говорил про шахту, его пальцы сжались. И он слишком быстро согласился отпустить нас к местам, но сразу отрезал про шахту. Как будто... маркировал границу. «Вот тут можете копошиться, а вот туда — ни ногой».
— Значит, именно туда нам и надо, — заключил Дин. — Но сначала места. Посмотрим, что там за «несчастные случаи».
Первое место было в полумиле от городка, на краю старого соснового бора. Снег здесь был утоптан — видимо, ходили и местные, и, возможно, настоящие полицейские. Никакой ленты, ничего. Просто тихая, белая поляна, окружённая угрюмыми елями.
Сэм достал ЭМП-метр. Стрелка дёрнулась, но не сильно.
— Слабый всплеск. Могло быть что угодно.
Дин ходил по периметру, вглядываясь в снег и землю под ним.
— Ни следов борьбы, ни крови... ничего. Как будто человек просто лёг и умер.
Коди стоял в стороне, стараясь не мешать. Но его глаза искали то, что другие могли пропустить. И он нашёл. Не на земле, а на стволе старой сосны, с подветренной стороны, там, где снег прилип меньше. Символ. Вырезанный ножом или когтем. Не руны, не пентаграмма... а нечто, напоминающее стилизованную снежинку с крючковатыми, неестественными лучами.
— Эй, — позвал он тихо. — Посмотрите сюда.
Винчестеры подошли. Дин свистнул.
— Что за гадость?
— Не знаю, — сказал Сэм, снимая символ на телефон. — Ничего подобного не видел. Это не охотничий знак, не предупреждение... Похоже на... метку?
— Или на подпись, — мрачно добавил Коди. Он вспомнил эпизод из сериала, не связанный напрямую с вендиго. Существо из индейских легенд, «Ледяной Дух», призываемый в особо суровые зимы, чтобы забрать одиноких путников. Оно не ело плоть. Оно замораживало жертву изнутри, высасывая тепло и жизнь, оставляя только лёд в венах и этот символ — «знак одиночества». В сериале это была одноразовая монстрятина для одного эпизода. Но здесь, сейчас... это была идеальная маскировка под вендиго.
— Нужно проверить другие места, — сказал Сэм. — Если этот символ есть везде...
Они проверили. Вторая точка, ближе к горам, — тот же символ, выцарапанный на камне. Третья, у ручья, — на замшелом бревне. Шаблон подтверждался.
— Это не вендиго, — наконец произнёс Сэм, когда они вернулись к машинам. Его лицо было серьёзным. — Ты был прав, Коди. Профиль не совпадает. Вендиго оставляют следы когтей, беспорядок, отпечатки. Здесь... чистота. И этот символ.
— Что это тогда? — спросил Дин, разглядывая фото на телефоне Сэма.
Коди сделал вид, что напряжённо думает.
— Я... кажется, читал про нечто подобное у Бобби. В сборнике легенд североамериканских племён. «Йоти-Кулон» или вроде того. Дух льда и одиночества. Появляется в самые суровые зимы, выбирает тех, кто одинок и потерян. Не ест, а... забирает тепло души, оставляя только ледяную пустоту. Символ — его знак, печать того, что душа «заморожена» и принадлежит ему.
Дин и Сэм смотрели на него с откровенным изумлением.
— И как его остановить? — спросил Дин без лишних слов.
— Огонь, — немедленно ответил Коди, зная ответ. — Но не просто огонь. Огонь, разожжённый из личных вещей жертвы или... лучше из вещей, связанных с теплом, семьёй, связями. Нужно сжечь его якорь — обычно это место его первого появления или предмет, связанный с легендой, которая его породила. И... нужно действовать до наступления темноты. Ночью он сильнее.
— Шахта, — сказал Сэм. — Там наверняка и есть его якорь. Первая смерть, связанная с холодом и одиночеством. Может, какой-то шахтёр замёрз там, брошенный, и его дух... мутировал.
— Значит, идём на шахту, — заключил Дин. — Но теперь мы знаем, с чем имеем дело. Готовь свои игрушки, Коди. И генератор. Если этот ублюдок не любит свет и тепло, мы устроим ему солярий.
Они вернулись в мотель, чтобы подготовиться. Пока Винчестеры собирали своё снаряжение, Коди копался в «Вороне». Он достал генератор, прожекторы, удлинители. А также маленькую бензиновую горелку и канистру с очищенным спиртом — для импровизированного огнемёта, если что.
Сэм подошёл к нему, держа в руках старую, потрёпанную книгу в кожаном переплёте.
— Нашёл, — сказал он. — В цифровом архиве Бобби. «Йоти-Кулон». Всё, что ты сказал, — совпадает. И ещё кое-что. Он привязан к «месту первого холода» — где кто-то умер от одиночества и стужи. И его можно изгнать, только восстановив «тепло связи». Нужно найти что-то, что связывало жертву с другими людьми, и сжечь это на месте якоря с молитвой или... с искренним воспоминанием о warmth.
— Значит, нужно найти в шахте что-то личное, — сказал Коди. — Письмо, безделушку...
— Или тело первого, — мрачно добавил Дин, подходя к ним с сумкой, полной серебряных и железных предметов. — Ладно, философы. Час дня. У нас часов шесть до темноты. Едем.
Они снова сели в машины. На этот раз Дин не стал скрывать маршрут. Они проехали через весь городок, вызывая недоумённые взгляды редких прохожих, и свернули на заросшую, занесённую снегом дорогу, ведущую к горам. На ржавом знаке едва читалось: «Шахта «Серебряный призрак». Частная собственность. Вход воспрещён».
Шахта встретила их зияющим чёрным отверстием в скале, похожим на рот гигантского зверя. Ржавые рельсы уходили во тьму. Воздух вокруг был на несколько градусов холоднее, и от входа тянуло запахом сырости, плесени и чего-то металлического, старого.
Дин заглушил двигатель Импалы. Тишина, наступившая после, была гнетущей.
— Ну что, — сказал он, глядя на чёрный провал. — Пора в гости к духу зимы. Коди, свет. Сэм, ищем якорь и артефакты. Я — прикрытие. Пошли.
Коди, сбросив напряжение последних часов, почувствовал прилив странной уверенности. Он был не просто статистом. Его знания меняли ситуацию. Возможно, они спасали Винчестеров от ошибки, которая в другом «сценарии» могла бы дорого им обойтись. Он взял самый мощный прожектор, щёлкнул выключателем. Яркий луч врезался во тьму шахты, выхватывая из мрака блестящие от влаги стены, обрушенные крепи, старые вагонетки.
Они вошли в царство холода и тишины, где их ждала не тварь плоти и крови, а сама олицетворение ледяного забвения. И Коди, бывший вышибала и курьер, теперь охотник на духов, шагнул вперёд, неся свет и тепло в самое сердце тьмы.
Внимание! Этот перевод, возможно, ещё не готов.
Его статус: идёт перевод
Обновлено: 03.02.2026