Глава 13: Обратная дорога. Призраки и предзнаменования
Подготовка заняла пять дней. Пять дней напряжённой, кропотливой работы в подземном убежище, где время теряло смысл под светом флуоресцентных ламп. Бобби, как выяснилось, был не только архивариусом и оружейником, но и инженером-самоучкой в области паранормальной камуфляжа.
— Смотрители воспринимают реальность на другом уровне, — объяснял он, паяя какую-то сложную схему на макетной плате. — Они видят не только материю, но и её... резонанс. Энергетический отпечаток в Песне. Чтобы скрыться, нужно не просто стать невидимым. Нужно звучать правильно. Как часть фонового шума.
Его решение было гениально в своём безумии. Он взял за основу принцип активного шумоподавления, но применил его не к звуку, а к тонким полям. Собрав данные с датчиков, которые фиксировали аномалии вокруг Рок-Риджа и на месте атаки на Джима, он вывел «сигнатуру» присутствия Смотрителей — специфическое искажение в низкочастотном электромагнитном спектре. Затем создал генератор, который должен был излучать обратную волну, компенсирующую это искажение.
— Это не сделает нас невидимыми, — предупреждал Бобби, подключая устройство к аккумуляторам «Ворона». — Но сделает... неинтересными. Как белый шум. Как часть ландшафта. Должно сработать против пассивного наблюдения. Если они начнут активно сканировать — провалимся.
Второй частью подготовки было оружие. Серебряные пули и соль были бесполезны. Нужно было что-то, способное повредить сущность, состоящую из чистой информации или божественной воли. Бобби копался в самых тёмных разделах своей библиотеки, пока не наткнулся на трактат алхимика XVI века о «Разрывах в ткани бытия».
— Здесь говорится о «Пыли Забвения», — сказал он, показывая Коди пожелтевшие страницы с схемами реторт. — Смесь, способная временно... разрывать связи между концепциями. На короткий момент заставляет вещи забыть, что они собой представляют. Для существа, чья суть — наблюдение и классификация, это может быть подобно слепоте или безумию.
Ингредиенты были экзотичны: пепел сожжённых страниц из книги, написанной до Вавилонского столпотворения, пыльца цветка, растущего только на могилах некрещёных младенцев (здесь Бобби с фырканьем заменил её на споры особо редкого гриба-трутовика), ртуть, подвергнутая семикратной дистилляции при свете полной луны, и... капля крови того, кто «видит незримые нити».
— Моя кровь? — уточнил Коди.
— Твоя кровь, — кивнул Бобби. — Как носителя чужеродного знания. Она будет катализатором, направляющим эффект против подобных тебе «аномалий», но враждебных.
Процесс приготовления занял всю ночь и напоминал скорее шаманский ритуал, чем химический эксперимент. В итоге у них получился небольшой флакон с густой, мерцающей перламутрово-серой жидкостью, которая, казалось, поглощала свет вокруг себя.
— Бомба замедленного восприятия, — мрачно пошутил Бобби, упаковывая флакон в амортизирующий кейс. — Бросаешь, разбивается — и всё в радиусе десяти метров на тридцать секунд перестаёт понимать, кто оно такое и что делает. Включая нас. Так что применяй только в крайнем случае и имей запасной план по отступлению.
Тем временем, связь с Винчестерами приносила всё более тревожные вести. Символ «Ока Вечности» появился ещё в трёх местах: на стене заброшенной церкви в Небраске, на опоре высоковольтной линии в Канзасе и, что было самым странным, вырезанным на камне в самом центре индейского кургана в Оклахоме. Во всех случаях — никаких следов нечисти, никаких жертв. Только символ и то самое давящее ощущение «холодного наблюдения», но, по словам Сэма, «другого оттенка. Не враждебного, а... оценивающего».
— Похоже, Хранители Порога отмечают территорию, — предположил Сэм во время очередного сеанса связи. — Или оставляют сообщения для Смотрителей. Или для нас. Мы попытались расшифровать расположение точек на карте — они образуют нечто вроде дуги, тянущейся с северо-запада на юго-восток.
Бобби сразу же наложил эти координаты на свою карту геомагнитных аномалий.
— Дуга огибает место вашего первого появления, Коди. И сходится... — его палец остановился на точке в восточном Колорадо, — здесь. Место сильнейшей за последние пятьдесят лет аномалии, которую я всегда списывал на сбой приборов. «Око» направлено как раз на Рок-Ридж. Они не просто метят территорию. Они создают барьер. Или направляют что-то.
— Значит, мы идём прямо в эпицентр, — констатировал Коди. — Где сходятся интересы Смотрителей, Хранителей и... чего бы там ни было, что привело меня сюда.
На шестой день, перед рассветом, они были готовы. «Ворон» был загружен оборудованием, генератор «белого шума» работал, «Пыль Забвения» надёжно упакована. Они провели последний инструктаж, сверили пароли и протоколы на случай, если связь прервётся. Затем Бобби, к удивлению Коди, открыл потайной отсек в полу лаборатории и достал два кевларовых жилета с вшитыми стальными пластинами.
— Не ангельская защита, но от осколков и когтей чего пониже сойдёт, — пояснил он, протягивая один Коди. — И ещё... — Он сунул руку в ящик стола и вытащил два старых, но ухоженных револьвера типа «Кольт Писмейкер». — Не для Смотрителей. Для всего остального, что может встретиться в этой дыре. Вдруг местная нечисть тоже почуяла перемены и собралась на представление.
Когда они, наконец, выехали, солнце только начало подниматься над лесом, окрашивая стволы сосен в кроваво-красный цвет. Дорога на юг, в сторону Вайоминга, была пустынна. Бобби сидел на пассажирском сиденье, мониторя показания датчиков и генератора. Коди вёл машину, его руки крепко сжимали руль. Он думал о том, что оставляет позади относительную безопасность убежища, чтобы добровольно войти в пасть льва. Но иного выбора не было. Пассивность была худшей из стратегий.
Первый день прошёл без происшествий. Генератор жужжал, приборы не фиксировали ничего, кроме фоновых значений. Они ночевали в «Вороне» на пустынной парковке у придорожного кафе, по очереди дежуря. На вторые сутки, когда они пересекали границу Южной Дакоты и Вайоминга, Бобби внезапно наклонился к монитору.
— Электромагнитный фон меняется. Незначительно, но стабильно. И температура падает. На три градуса против нормы для этой местности и времени суток.
Коди почувствовал, как по спине пробежали мурашки. Они приближались.
— Это они?
— Не знаю. Но что-то не так. Включи полный привод. Держись грунтовых дорог. По асфальту нас проще отследить.
«Ворон» свернул с шоссе на разбитую гравийку, ведущую в холмистую, покрытую редким лесом местность. Пыль столбом поднялась за ними. Сумерки сгущались. И тут Бобби резко выругался:
— Датчики движения на периметре! Две цели! Быстро приближаются с флангов!
Коди инстинктивно рванул руль в сторону, чтобы развернуть машину поперёк дороги, превратив её в баррикаду. Из чащи слева и справа выскочили... не существа. Машины. Два чёрных, без опознавательных знаков, внедорожника, похожих на правительственные SUV. Они неслись прямо на них, не снижая скорости.
— Это не Смотрители! — крикнул Бобби, хватая дробовик. — Это люди!
Внедорожники резко затормозили, заблокировав дорогу спереди и сзади. Двери распахнулись, и из них высыпали люди — шесть человек, одетых в чёрную тактическую экипировку, но без опознавательных знаков. Их лица были скрыты балаклавами. В руках — не духовое оружие, а странные устройства, похожие на пневматические ружья с объёмными баллонами.
— Охотники! — прошипел Бобби. — И не наши!
Лидер группы, высокий мужчина с проседью на висках, видной даже из-под балаклавы, сделал шаг вперёд. Его голос был низким, без эмоций:
— Коди Митчелл. Бобби Сингер. Выйдите из автомобиля. Безоружными. Это не просьба.
— А если откажемся? — крикнул в ответ Бобби, приоткрыв окно.
— Тогда мы применим меры. У нас приказ доставить вас живыми. Но «живыми» допускает разные интерпретации.
Коди быстро оценил обстановку. Шесть против двух. На открытой местности. У них — дробовик и револьверы. У тех — неизвестное оружие и численный перевес. Лобовое столкновение — самоубийство.
— Генератор, — тихо сказал он Бобби. — Он маскирует нас от Смотрителей. Может, и от их приборов тоже. Они нашли нас не по паранормальному следу. Они следили старомодно — через спутники или агентов. Значит, наш «белый шум» против них не работает.
— Что предлагаешь? — Бобби уже целился через щель в окне.
— Отвлекающий манёвр. Ты — светошумовая из «Ворона». Я — «Пыль». Только нужно, чтобы они собрались ближе.
— Эй, уроды! — неожиданно рявкнул Бобби в окно. — Вы знаете, кто я? Я Бобби Сингер! И у меня здесь полмашины взрывчатки! Выстрелите — и мы все полетим к чёрту вместе с вашими секретными заданиями!
Люди в балаклавах замерли, обменявшись взглядами. Угроза сработала — никто не хотел взрыва, который привлечёт внимание.
— Бросьте оружие и выходите! — скомандовал лидер, но в его голосе появилась неуверенность.
— Сейчас, сейчас, — проворчал Бобби, делая вид, что кладёт дробовик. В тот же миг он нажал кнопку под рулём.
Сработали форсунки по периметру «Ворона». Струи едкой смеси из святой воды, соли и железа ударили в ближайших бойцов. Те вскрикнули, отпрянули, на мгновение потеряв строй. Этого было достаточно.
— Теперь! — крикнул Коди, выхватывая из кейса флакон с «Пылью Забвения». Он не стал его бросать — не было времени на расчёт. Он просто швырнул его под колёса ближайшего внедорожника и рванул ручку переключения передач.
«Ворон» с рёвом рванул вперёд, не в сторону дороги, а прямо в кусты, к крутому склону оврага. В тот же миг флакон разбился о камень.
Эффект был мгновенным и жутким. Перламутрово-серая дымка взметнулась в воздух, не рассеиваясь, а как будто пожирая свет и звук вокруг. Коди, глядя в зеркало, увидел, как люди в балаклавах замерли на месте. Они не падали, не кричали. Они просто стояли, беспомощно оглядываясь, словно забыли, кто они, где и что делают. Один из них уронил своё странное ружьё и стал внимательно разглядывать собственную ладонь, как будто видел её впервые.
Но эффект коснулся и их. На долю секунды Коди почувствовал, как мысль уходит из головы. Он видел приборную панель, но не понимал, что это. Слышал рёв двигателя, но не мог связать его с действием. Инстинкт и мышечная память взяли верх. Его нога продолжала давить на газ, руки поворачивали руль, уводя машину от края оврага.
Через тридцать секунд — именно на такой срок, по расчётам Бобби, хватало заряда — туман рассеялся. Осознание вернулось, резкое и болезненное. В зеркале люди в балаклавах приходили в себя, хватались за головы, кричали что-то невнятное. Но «Ворон» уже нырял в густую чащу сосен на склоне, скрываясь из виду.
— Чёрт побери! — выдохнул Бобби, когда они отъехали на безопасное расстояние и остановились в небольшой лощине. — Это сработало. Но кто это были? Правительство? Секретная организация охотников?
— Не важно кто, — сказал Коди, всё ещё дрожа от адреналина. — Важно, что они знают о нас. И у них есть приказ нас «доставить». Теперь у нас два врага. Смотрители... и люди.
Он посмотрел на приборы. Электромагнитная аномалия усиливалась. Температура за бортом упала ещё на два градуса. Они были близко. Очень близко к Рок-Риджу, к точке разрыва. И теперь, помимо наблюдения свыше, им нужно было опасаться погони с земли.
Бобби достал карту.
— Мы здесь. До Рок-Риджа — меньше двадцати миль. Но ехать прямо — самоубийство. Они перекроют все дороги. Нужно идти пешком. Остаток пути — по лесу, ночью.
Коди кивнул. Усталость, страх, напряжение — всё это отступило перед необходимостью действовать. Они заглушили «Ворона», замаскировали его ветками, взяли рюкзаки с самым необходимым: оружием, «Пылью», приборами, водой. Бобби активировал на машине режим «глушения» — она будет излучать ложные сигналы, сбивая с толку любые следящие устройства.
Перед тем как углубиться в лес, Коди обернулся, глядя на тёмный силуэт своего автомобиля — своего дома, своей крепости. Он оставлял его здесь, на растерзание дикой природе и, возможно, преследователям. Но выбора не было.
Он повернулся и шагнул в темноту леса, за Бобби. Впереди, сквозь стволы сосен, уже мерцал странный, неестественный свет — не луны, не звёзд. Холодный, мертвенный свет разрыва в реальности. Дорога обратно подходила к концу. Впереди была точка начала. И конец всего, что он знал.
Внимание! Этот перевод, возможно, ещё не готов.
Его статус: идёт перевод
Обновлено: 03.02.2026