Глава 3 — Глава 3

- Меня зовут Соль Тхэпхён, я подмастерье Бессмертного Дворца! Я слышал, что меня искал командующий Чжан Рэ? Звонкий голос и исходящая от него уверенность считались среди воинов проявлением основных манер. Два стражника, стоявшие у входа в Красный Дворец, внимательно меня осмотрели. Их озадаченные взгляды ясно показывали их мысли. Их, похоже, интересовало, почему командующий лично вызвал кого-то столь незаметного. Попросив меня подождать, два стражника завершили проверку и пропустили внутрь. Оказавшись внутри, я увидел тренировочную площадку, по размерам сравнимую с внутренним двором Красного Дворца, где Чжан Рэ руководил тренировками десятков воинов. Затем, когда наши взгляды пересеклись, он быстро закончил отдавать указания воинам и направился к своему кабинету. Краткий взгляд был приглашением последовать за ним. - Рад видеть, что ты цел после схватки с этим вепрем. Как и следовало ожидать от Красного Дворца, полного суровых воинов, мне никто не предложил чашку чая. Это было не столько грубостью, сколько образом жизни Красного Дворца. Среди мужчин, собравшихся здесь, чтобы оттачивать боевые искусства в реальных схватках, ненужные формальности и притворство растворялись сами по себе. - У тебя, кажется, большая сила. Ты регулярно тренируешься? - Хотя я всего лишь подмастерье, чтобы носить имя воина в этом Дворце Чондо, нужно тренироваться ежедневно! Я сел на деревянный стул в кабинете, куда меня проводил Чжан Рэ, и выдал, что можно считать ответом на сто баллов. Чжан Рэ, сидевший за своим столом, кивнул на мой ответ и затем произнес: - Это больше похоже на цитату из учебника. - … - Как ты, возможно, знаешь, Красный Дворец ценит правду выше вежливости. По сути, мне сказали, что можно быть немного невежливым, лишь бы отвечать честно. - Хм… Надо сказать, это моя конституция. - Это больше похоже на врожденный талант или склонность, а не на конституцию. - Нет, это определенно моя конституция. В возрасте шести или семи лет я заболел божественной лихорадкой и едва не умер, но после выздоровления моя сила увеличилась. Чан Рэ знал лучше, что это было не просто небольшое увеличение. Однако, не повредит проявить немного скромности. - Такая сила слишком ценна, чтобы тратить ее на незначительную должность в Белом Бессмертном Дворце. Почему вы не представили свои преимущества сотруднику по кадрам? С вашей силой можно было бы получить назначение в Красный Дворец и проложить путь к многообещающей карьере. - Я понимаю, что способности воина и способности солдата совершенно разные. Чан Рэ с интересом посмотрел на меня и одобрительно хмыкнул. - Если бы одна только сила могла сделать великого полководца, то все прославленные полководцы в истории были бы гигантами. Истинно прославленный воин должен обладать добродетелью, знанием и физической силой. Я бы не стал переоценивать свою собственную ценность только потому, что у меня есть некоторый физический талант. - А знаете ли вы, кто величайший враг воина? Чан Рэ внезапно сменил тему разговора. - Я увековечу ваши наставления в своем сердце, если вы просветите меня. - Это невежество. Даже здесь, в Чхондоском Дворце, достаточно людей, которые презирают знание и добродетель только потому, что они немного хороши в боевых искусствах. Только осознав собственное невежество, можно по-настоящему стать командиром, способным вести армию. Эту фразу Чан Рэ часто повторял. - По крайней мере, вы осознаете свое собственное невежество. Само по себе это уже значительный талант для воина. Вопросы силы и доблести второстепенны. -... - Если вы желаете, я могу предложить вам должность в Красном Дворце. Мы остро нуждаемся в способных людях. - Разве Красный Дворец - не то место, куда стремятся попасть все воины этого обширного Дворца Чхондо? Удивительно слышать о нехватке кадров. - Дело не в том, что у нас не хватает людей. У нас не хватает «способных» людей. Чан Рэ стоял, скрестив руки, и постукивал указательным пальцем по предплечью. Казалось, он полон недовольства, хотя и старался этого не показывать. Даже на посту командира воинов Красного Дворца хватало своих забот и проблем. - ...Благодарю за столь щедрое предложение! Но будучи выходцем из клана Хваёнсоль, я вряд ли смогу вписаться в Красный Дворец. Находясь на столь высокой должности, вам известно, что я едва держусь во дворце лишь благодаря милости ее высочества. - Неплохо умеешь находить оправдания. Я из клана, обвиненного в измене и уничтоженного. Вряд ли найдется лучшее прикрытие, чем это оправдание. Но с его острым чутьем Чан Рэ сразу понял, что это не то, о чем я действительно думал. Как и подобает воину, он обладал проницательностью острее длинного меча у него на поясе. - Я уже говорил, что, хотя вежливость важна, правду я ценю больше. - ...даже если причина едва ли достойна похвалы? - Неважно; продолжай и говори как есть. ... После минутного колебания и оценивания ситуации, я неохотно высказался. - ...работать как можно меньше... и зарабатывать как можно больше... - ...... - ...таков мой девиз... - ...... - Боевая форма Красного Дворца, возможно, это то, что все воины дворца хотят надеть хотя бы раз... но я слышал, что рабочая нагрузка там невероятно тяжелая. По сути, я открыто признавался высокопоставленному чиновнику, что не хочу усердно работать. Ничего не мог поделать. Это он настаивал. Теперь будет плохо, если он разозлится на меня и спросит, что это за настрой такой. - Кух. Однако ответ, который я получил, был неожиданным. Зная трудолюбивый и невозмутимый характер Чан Рэ, я, честно говоря, ожидал, что он рассердится. Но вместо этого он словно замер от неожиданности, а потом разразился смехом. - Куха, ха-ха. Действительно. Теперь, когда я думаю об этом, если у тебя такой образ мыслей, это имеет смысл. - …Не то чтобы я гордился этим и хотел открыто об этом заявлять. - Нет, всё в порядке. В конце концов, нет правила, гласящего, что воин Дворца Чхондо не может быть расчетливым. На самом деле, возможно, это даже к лучшему, что тебя будет нелегко обмануть, куда бы ты ни пошел. Чан Рэ расправил руки и снова от души рассмеялся, наконец переводя дух. Он был командиром воинов, который внешне казался лишь достойным и надёжным. Поэтому это новое впечатление было совершенно неожиданным. - Если есть те, кто слепо декламирует добродетели верности и патриотизма из священных писаний, то должны быть и такие, как ты, кто всё тщательно анализирует. Очевидно, ты не из тех, кто будет привязан к Красному Дворцу. Было неясно, комплимент это или нет, поэтому я просто молча слушал. Мне хотелось, чтобы он выражался яснее, когда говорит. - У тебя меч. Ты умеешь им пользоваться? - Это часть униформы; я просто ношу его при себе. Я никогда толком не владел мечом. - …Значит, ты одолел того дикого кабана голыми руками, а не мечом? - …Я использовал меч, чтобы отрубить ему голову. - Покажи мне свой меч. Просьба показать меч была способом оценить уровень воина, поскольку дисциплинированные и прилежные воины обычно держат свои мечи в чистоте и остроте. Когда я пытался вытащить меч в ножнах, чтобы передать его Чан Рэ, моя рука дрогнула. [Вздрогнув] - …Что случилось? - Ничего. Вот меч. Чан Рэ взял у меня меч и внимательно осмотрел его, переворачивая в руках. Лезвие было сильно повреждено, так как им плохо пользовались. Чан Рэ легко упрекнул меня, что лезвие всегда должно быть острым, прежде чем вернуть меч мне. - Край лезвия и впрямь сильно поврежден, – промолвил Чан Рэ, – Что ж, ничего не поделаешь. Тех, кто не желает посвятить себя делу, заставлять нельзя. Теперь я понимаю твои намерения. - Спасибо за понимание. - Ах да, есть еще кое-что, что нужно упомянуть. Чан Рэ слегка замялся, снова скрестив руки на груди, прежде чем продолжить. - Насчет той… придворной дамы, которая тут была… - Ах, ты имеешь в виду придворную даму Соль? Она и впрямь очень красива. Как только стало ясно, что мы говорим о госпоже Ран, я не смог сдержать улыбки. - В отличие от главных фрейлин внутреннего двора, которые носят тонны грима, она действительно прекрасна своей естественной красотой. - Именно, она… Но, в любом случае, я хочу уточнить, что наша встреча была чисто случайной. Нам нужно развеять все ненужные недоразумения насчет каких-либо тайных отношений или чего-то подобного. Это выглядело весьма необычно для Чан Рэ. Чан Рэ, который всегда держался со всей суровостью воина, казался на редкость нерешительным, когда речь зашла о Соль Ран. В такие моменты у меня всегда набегают одни и те же мысли. И правда, ясно, что героиней любовно-фэнтезийного романа может стать далеко не каждая… *** Чем занимаются воины в свободное время? Помнится, я как-то подслушал, как группа придворных дам из внутреннего дворца рассуждала на эту тему. Это было во время патрулирования недалеко от внутреннего дворца, когда я случайно уловил обрывки их разговора у прачечной. В их представлении молодые воины были подобны даосам, полностью отрешенным от мира и погруженным в боевые искусства. Они всерьез обсуждали истории о воинах, медитирующих в уединении, или наказывающих разбойников во внешнем дворце. Хотя воображение и не знает границ, я не мог не подумать, насколько натянуто приравнивать воинов к образцам справедливости. Надо внести ясность: даже самые могущественные воины в выходные дни предпочитают отдыхать и мало чем отличаются от остальных. Большинство, за исключением одержимых своей службой, как Чан Рэ, понимали важность отдыха при первой возможности. Среди них были и те, кто выбирался за пределы дворца, посещая веселые дома, или просто собирались, чтобы обменяться грубыми шутками. Эти занятия были далеки от представлений о благородных воинах, которые могли бы возникнуть у придворных дам. Что тут скажешь? Такова природа мужчин. В этом отношении я считал себя довольно дисциплинированным в том, как проводил свое свободное время. Чоп! Чоп! Звук ножа, ударяющегося о разделочную доску, пока я нарезал большой зеленый лук. Разрезав его пополам, я также решил нашинковать немного кинзы и имбиря, прежде чем бросить их в кастрюлю, где томилась передняя нога дикого вепря. Бульон, который я начал варить сразу по возвращении из Красного дворца, теперь приобрел насыщенный вкус. Ингредиенты, любезно предоставленные по моей просьбе старым евнухом, были превосходного качества. Я всегда был благодарен ему за поддержку в моем единственном увлечении. Подняв взгляд к окну, я заметил сквозь бумажную ширму легкий силуэт луны. Ночь была довольно поздней. Звук булькающего бульона. Сидя праздно перед очагом, глядя на звезды и луну, я был охвачен невыразимым чувством тепла. - ...Нужно поесть, чтобы набраться сил на завтра. С этой мыслью я налил немного бульона в фарфоровую миску с рисом. Затем я нарезал нежное мясо с ноги, превратившееся теперь в сочную свинину, и выложил его поверх риса. Попробовав, я убедился, что различные специи, которые я добавил, почти полностью устранили привкус дичи. Я осторожно посыпал немного перца чили и черного перца, которые получил в главном дворце. Это были ценные приправы, к которым стоило относиться бережно. После этого я все перемешал ложкой. Хотя это выглядело как обычный свиной суп, для низкорангового воина, вроде меня, это было довольно редкое блюдо. Слегка подув на ложку, я попробовал и выдохнул с удовольствием. Да, это был именно тот вкус, которого я жаждал. - Кххх. Я собирался продолжить наслаждаться сытным блюдом, когда услышал шум. - Стук! - Тхэ Пён! Я слышала, ты поймал кабана и принес мясо! Давай сварим! Я достала немного из главного дворца после того, как подавала ужин высокопоставленным чиновникам! В этот момент дверь отворилась, и появилась женщина со знакомым лицом. Это была Ён Ри, служанка, которая служила вместе со мной под началом Старейшины Бессмертного Белого. По нашим должностям, она была, по сути, моей коллегой. Она была известна своим необъятным аппетитом и всегда первой бросалась к любому редкому угощению, ее глаза сияли предвкушением. - ... - ... Однако мясо дикого кабана, которого так жаждала Ён Ри, давно уже превратилось в часть моего свиного супа. Ён Ри, которая ошеломленно смотрела на мое блюдо, казалось, едва сдерживала слезы. - Я опоздала! - Что сделано, то сделано. Иди, садись сюда и присоединяйся ко мне, отведай острого свиного супа. - Ты можешь перестать превращать все съедобное в суп! Меня так достало, что все заканчивается_ супом! Ён Ри яростно заскребла в затылке, изливая на меня свое разочарование. - Это моя дичь, так что мне решать, верно? И какой смысл знать все эти изысканные методы приготовления, вроде сырого маринованного мяса, тушеной свинины, и мяса на вертеле, которые только тратят время и уменьшают количество? Если у меня есть время, я лучше приготовлю ещё одну миску острого супа. Я продолжал есть суп ложкой, затем взял пальцами кусочек маринованной капусты и запихнул его в рот. Жуя несколько раз, я поднял миску и выпил остатки супа. - Куха— - ... - Кахаа — Это жизнь. - ... – Черт, выпил бы сейчас. Может, всего одну? Осталось еще просяное вино в буфете? ...Неужели это поведение пятнадцатилетнего? Даже без слов взгляд Ён Ри, казалось, задавал тот же самый вопрос. *** Сияющая луна ласково окутывала Красный дворец. Столь поздний час, лишь дежурные стражи оставались во дворце. Однако командир отряда, Чан Рэ, все еще сидел в своем кабинете, просматривая отчеты далеко за полночь. Днем он руководил тренировками воинов и обеспечивал безопасность высокопоставленных чиновников. Бумажная работа неизбежно ложилась на ночное время. Читая бамбуковые свитки, Чан Рэ внезапно поднял голову и тихо посмотрел на залитое лунным светом небо. - Я никогда толком не владел мечом. Это были слова ученика из Белого Бессмертного дворца, вызванного ранее в тот день. Хотя его физическая сила казалась поразительной, его мышление и поступки были далеки от воинских идеалов. Вместо серьезности и основательности, он выглядел беззаботным. И все же его сила, несомненно, казалась неординарной. Однако, банальная физическая сила не является символом истинного воина. Настоящую силу формирует и придает ей смысл мастерство. Казалось невероятным, чтобы кто-то, кто никогда даже не взмахивал мечом, обладал такими навыками. Возможно, он изначально не подходил для роли воина Красного дворца. Но Чан Рэ беспокоило не это. А тот самый момент, когда ученик-воин направил свой меч на Чан Рэ. ...... Осмотр состояния меча подобен оценке боевых качеств противника. Правда, согласно его словам, меч был плохо ухожен, выглядел грубо сделанным и почти не использовался. И все же опытный воин может определить качества другого, даже не осматривая его меч. То, как человек держит ножны - то есть, рукоять - может выявить уровень владения. В тот момент, когда он взялся за ножны... Этот краткий миг, когда его рука оказалась над плечом. Это было лишь мимолетное мгновение, но то, как этот юный воин держал свое оружие, совершенно отличалось от обычного. Он прекрасно знал стандартные хваты, описанные в пособиях по фехтованию. Но учитывая все многообразие мечей в мире и разницу в строении человеческого тела, вполне естественно, что со временем и опытом обращения с мечом способ удержания может развиваться, становясь более удобным. Это длилось меньше секунды. Хват юного воина, держащего ножны, был совершенно иным, нежели то, что изображено в пособиях. Безымянный палец и мизинец были напряжены, в то время как средний и указательный пальцы слились, поддерживая нижнюю часть ножен, а большой палец заметно выступал. Эта особенность часто встречается у тех, кто долгое время пользовался тяжелыми мечами из черного металла, поскольку длина и вес клинка смещают центр тяжести к задней части ножен. Этот человек уже держал в руках меч, и делал это довольно долго. Развитие собственного эффективного способа хвата свойственно только тем, кто занимался фехтованием длительное время. Если это настолько инстинктивно, что палец выступает, значит, навык полностью усвоен. И это был всего лишь пятнадцатилетний юный воин. Но это было не все. Перед тем как передать меч Чан Рэй, тело юноши дернулось, вздрогнуло. В этот момент он принял настолько неопытный хват, будто держал обычную палку, и именно так передал меч Чан Рэй. - ….. Вероятно, он думал, что в столь мимолетном мгновении это останется незамеченным, но по чистой случайности Чан Рэй мельком уловил это краем глаза. Он воспользовался этой краткой возможностью, чтобы изменить свой хват и скрыть истинное мастерство владения мечом. Намек был очевиден. За это короткое мгновение он осознал, что ему необходимо спрятать свой хват, чтобы не раскрыть свой уровень мастерства перед Чан Рэй. Когда меч был передан, их взгляды встретились. По природе своей, ученики-воины трепетали при одном лишь виде воина из Красного дворца. Но этот с вниманием наблюдал за тем, куда именно смотрит Чан Рэ – на сам меч или на руку, держащую ножны. Это был поистине мимолетный взгляд, возможно, длившийся лишь сотую долю секунды. Глаза Соль Тхэ Пхёна. В них будто бы появилось красноватое свечение в тот миг, когда он оценивал позицию Чан Рэ. Это был тот же самый взгляд, который он имел после убийства того дикого кабана в задворках Белого Бессмертного дворца. – Всего лишь ученик-воин пытался оценить уровень командира воинов. – Почему он пытался скрыть свои навыки? – … Чтобы работать как можно меньше… и зарабатывать столько, сколько могу… – … Это мой девиз… Чан Рэ погрузился в глубокие размышления и подпер подбородок рукой. Что он пытается скрыть за этой легкомысленностью? Он поднял взгляд на луну в ночном небе за деревянным окном, но ясного ответа так и не появилось. Лишь мягко сияющие звезды притягивали его взгляд. Старейшина Белого Бессмертного, что именно вы скрываете внутри этого дворца?.. Ночь неумолимо сгущалась.