Фан Чжэн и его новая знакомая быстро обменялись информацией. Девушку звали Шэнь Ся. Прошлое у неё было боевое: профессиональный бокс и стрельба из лука. Она не была похожа на тех комнатных куколок, что вились вокруг Чжоу Чжэна; в её движениях чувствовалась пружинистая сила, а взгляд был острым и холодным, как лезвие её собственного ножа.
Их группа работала по проверенной схеме: сначала высылали малых «светляков» — разведчиков, чтобы те прощупали местность на предмет безопасности и припасов. Если всё было чисто, в небо взлетала сигнальная ракета, и тогда подтягивались основные силы. На этот раз Шэнь Ся не повезло. Из четверых разведчиков выжила только она — троих парней твари разделали ещё на подходе.
— Слушай, парень, — Шэнь Ся поправила ремень арбалета на плече. — Если ты закончил свои дела, я пускаю ракету. Но предупреждаю: я тут пару дней ошиваюсь и заметила одну нехорошую вещь. В этих краях живет элитная тварь. Стоит солнцу сесть, и она выходит на охоту.
— Не спеши, — Фан Чжэн усмехнулся, и в его глазах блеснул недобрый огонек. — У меня тут одно дельце неоконченное. Разберусь с долгами, и тогда зови своих. Глядишь, еще и хабаром поделимся.
«Чжоу Чжэн, ты ведь думал, что Чжао Аньань меня похоронила? — пронеслось у него в голове. — Что ж, пора навестить старых друзей».
Шэнь Ся внимательно посмотрела на него, потом на Сяо Хуана, который деловито чистил мордочку. Навыки Фан Чжэна — убийство Борова-Лорда и наличие говорящего духа — убеждали лучше любых слов. Такой союзник был на вес золота.
— Ладно, — кивнула она. — Я пока осмотрю окрестности. Как закончишь, жду тебя у сервисной зоны на шоссе. Вот тебе фонарь. Подашь сигнал: три вспышки, две длинных и одна короткая.
— Договорились, — Фан Чжэн запрыгнул в седло своего багги.
Он знал, где искать конвой Чжоу Чжэна. У него была их карта, и он прекрасно понимал, какой дорогой они погонят свои колымаги. Устроить засаду на этих «хозяев жизни» было делом техники.
Фан Чжэн выбрал идеальное место — полуразрушенную заправку на узком участке дороги. Он не стал прятаться в кустах. Вместо этого он выкатил свой генератор прямо к разбитым колонкам, достал электроплиту и установил большую кастрюлю.
Вода закипела быстро. Фан Чжэн не жалел специй: в кипяток отправилась густая, ароматная основа для хот-пота, найденная на складе. Запах острого перца, имбиря и чеснока мгновенно наполнил воздух. Затем в ход пошли трофеи: тончайшие ломтики говядины и свинины, свежие ребра.
— Эх, хорошо... — вздохнул Фан Чжэн, помешивая бурлящее варево. — В такой паршивый день только горячий бульон и спасает.
Пш-ш-ш... Буль-буль...
Пьянящий аромат мяса и специй плыл над шоссе, перебивая запах пыли и гари.
Конвой Чжоу Чжэна показался на горизонте, когда сумерки уже начали сгущаться над миром.
— Что это за вонь? — Цао Бо высунулся из окна джипа, жадно втягивая носом воздух. — Пахнет... едой? Настоящей едой?
— Не может быть, — проворчал Чжоу Чжэн, выходя из машины. — Откуда здесь взяться мясу? Это же говядина! И специи!
Выжившие, как зомби, потянулись на запах. Глаза людей лихорадочно блестели. В этом мире, где пределом мечтаний были сухие галеты, аромат горячего хот-пота казался галлюцинацией.
Чжоу Чжэн подошел ближе к заправке и замер. В свете фонаря, вальяжно развалившись на складном стуле, сидел Фан Чжэн и неторопливо работал палочками.
— Ты?! — выкрикнул Цао Бо, хватаясь за мачете. — Как ты... Чжао Аньань! Ты же сказала, что заперла его!
Девушка, изможденная и напуганная, вышла из машины Чжоу Чжэна. Она выглядела как сломанная кукла, её глаза были пусты.
— Я... я заперла... — пролепетала она, пятясь назад.
— Плохо заперла, Аньань, — Фан Чжэн даже не поднял головы. — Стены там оказались гнилыми. Прямо как твоя совесть.
Он зачерпнул половником порцию жирного бульона и демонстративно вылил пену на асфальт.
— Фан Чжэн, — Чжоу Чжэн взял себя в руки, хотя его била мелкая дрожь от жадности. — Ты долго был с нами. Мы одна группа. Ты же понимаешь, что такими деликатесами принято делиться?
— Команда, значит? — Фан Чжэн наконец поднял взгляд. — А я-то думал, вы меня в расход списали. Знаете, что я понял в том подвале? Команда — это когда вместе едят, а не когда одни жрут, а другие в двери скребутся.
— Послушай, парень, — Цао Бо сделал шаг вперед, за его спиной начали собираться боевики с арматурой и битами. — Нас тут тридцать человек. Ты один. И кастрюля у тебя большая. Не будь дураком, отдай мясо по-хорошему, и, может быть, мы забудем, что ты тут дерзил.
Фан Чжэн усмехнулся. Эти люди не менялись. Даже перед лицом конца света они оставались мелкими стервятниками.
— Хочешь силой забрать? — он медленно потянулся к заднему сиденью багги и достал винтовку QBZ-191.
Цао Бо замер, но тут же оскалился в презрительной ухмылке.
— Пукалка? — он обернулся к своим подельникам, и те отозвались нестройным гоготом. — Ставлю свою долю бензина, что у тебя там пусто. Или она вообще сломана. У нас в лагере даже у военных патронов не осталось, а ты тут из себя Рэмбо строишь? Один ствол против тридцати мужиков?
— Ты прав, Цао Бо, — Фан Чжэн проверил затвор. — У меня всего два патрона.
Хохот стал громче. Один из шестерок Цао Бо, размахивая ржавым тесаком, двинулся на Фан Чжэна.
— Слышали? Два патрона на тридцать человек! Да мы тебя шапками закидаем! Кончай его, пацаны!
БАХ!
Резкий, сухой выстрел разорвал вечернюю тишину. Тело крикуна дернулось, и он рухнул навзничь, не успев даже пискнуть. Кровь быстро начала заливать серый бетон заправки.
Хохот оборвался мгновенно. Тишина стала такой густой, что было слышно, как шкварчит мясо в кастрюле.
— Два патрона, может, и не остановят тридцать человек, — Фан Чжэн медленно перевел ствол на Цао Бо. — Но один-единственный оставшийся патрон точно заставит двадцать девять из вас хорошенько призадуматься.
Он обвел взглядом замершую толпу.
— Кто из вас, герои, хочет проверить мою меткость? Кто готов сдохнуть за Чжоу Чжэна и его миску супа? Выходите по одному. Обещаю, второму будет так же больно, как первому.
Цао Бо застыл с поднятой рукой, его лицо стало бледным, как полотно. Никто не шелохнулся. Желание поесть мяса мгновенно испарилось, вытесненное ледяным страхом перед черным зрачком ствола.
Обновлено: 20.02.2026