В действительности, громкие заявления Церкви Света о двадцатимиллионной карательной армии были не более чем блефом. Настоящая численность войск едва ли дотягивала до этих цифр.
К примеру, в лагере Ордена Священных Рыцарей, что раскинулся к северу от Серого Замка, после зачистки легионеры насчитали всего около двухсот тысяч тел. Даже если учесть тех, кто был обращён в пепел огнём или испарён взрывами ракет, общее число павших вряд ли превысило бы триста тысяч.
Так называемый четырёхсоттысячный Орден на деле насчитывал не более трёхсот тысяч бойцов, причём значительную их часть составляли оруженосцы, слуги и прочий обозный люд.
Уилл, командир гарнизона, нашёл этому простое объяснение.
— Это обычная практика, — сказал он. — Содержание Ордена Священных Рыцарей Южной провинции оплачивается шестью королевствами этого региона. Но Церковь Света установила для него штатную численность в четыреста тысяч. Это значит, что, сколько бы рыцарей ни состояло в Ордене — будь их хоть триста тысяч, хоть один, — южные королевства обязаны выплачивать жалование за все четыреста тысяч. Так что…
— Понятно, — кивнул Фан Юй. — Мёртвые души. Кормятся пустым довольствием. Но неужели Церковь Света не боится вызвать недовольство этих королевств? Это же чистой воды вымогательство, сбор дани.
— Если быть точным, это и есть сбор дани, — пожал плечами Уилл. — Церковь заявляет, что Ордена созданы для защиты континента от сил зла. Так они оплачивают свою «защиту».
— … — Фан Юй устало вздохнул. — И силами зла, надо полагать, в их риторике являемся мы?
— …Именно так. Говорят, что тьма с Острова Божьей Кары — это последние сумерки перед рассветом.
Услышав это, Фан Юй с любопытством вскинул бровь.
— Неужели жители Континента Юного Дракона не знают, что, если Тёмный Бог проиграет это последнее пари, мир будет «очищен», и все они погибнут?
— Знают.
— Знают? — нахмурился Фан Юй. — Если знают, почему продолжают поклоняться этому своему Светлому Богу?
— Пропаганда, — пояснил Уилл. — Церковь Света вещает на весь континент, что мир будет очищен от всякой скверны и тьмы. И всякий, кто уверует в Светлого Бога и обратит к нему своё сердце, обретёт вечное спасение.
— Хех… — холодно усмехнулся Фан Юй. — Значит, закоренелый грешник, убийца, чьи руки по локоть в крови, может в последний миг отбросить свой меч, уверовать — и будет спасён?
— Согласно доктрине Церкви Света, да.
— А праведник, что всю жизнь творил добро, но не уверовал в их бога, спасения не получит?
— …Выходит, что так…
— Какая… изощрённая религиозная манипуляция… — Фан Юй бессильно покачал головой. — Ладно, к демонам всё это. У нас своих дел хватает.
Но тут Уилл задал неожиданный вопрос:
— В таком случае, Божественный Посланник, какова же доктрина нашей, Тёмной Церкви?
— Тёмной Церкви? — Фан Юй на миг замер, а затем его брови чуть сошлись. — Нет никакой Тёмной Церкви. Если бы я не знал наверняка о существовании Тёмного Бога, я бы и в него не поверил. И даже зная, что он есть, я никогда не стану заниматься промывкой мозгов и контролем сознания, как это делает Церковь Света. Как его посланник, я мыслю просто: хочешь — верь, не хочешь — твоё дело.
«…»
Командир гарнизона бросил опасливый взгляд на Оливию, не решаясь произнести ни слова.
С его точки зрения, слова Фан Юя граничили с ересью. Как может Божественный Посланник говорить такое? «Хочешь — верь, не хочешь — твоё дело»? Ты же существуешь, чтобы нести слово Тёмного Бога!
Оливия тоже смотрела на Фан Юя с нескрываемым недоумением.
Фан Юй скользнул по ним своим внутренним взором. Пусть глаза его были скрыты повязкой, духовное чутьё безошибочно улавливало смятение в зале. Он решил пояснить:
— Во-первых, я здесь не для того, чтобы проповедовать, а для того, чтобы выиграть пари.
Во-вторых, Тёмный Бог ни разу не просил меня распространять какое-либо учение или вербовать паству. Если бы мне не нужна была Сила Веры, чтобы подпитать и его, и себя, я бы и не подумал возиться со всеми этими идолами и статуями.
И последнее. Истинная вера — это не результат пропаганды и нравоучений. Это — внутреннее прозрение, личное озарение, когда человек сам находит путь к богу и выстраивает с ним свою, духовную связь.
«…»
При этих словах и Уилл, и Оливия замерли, поражённые.
Неужели… неужели веру можно понимать и так?
— Довольно на сегодня, — прервал молчание Фан Юй. — Вия, если считаешь тактику приемлемой, приступайте к её реализации вместе с Уиллом. А мне пора наводить порядок на поле боя.
С этими словами он покинул зал.
Вместе с Демонической Лозой он направился в разорённый лагерь Ордена. Земля почернела, повсюду зияли кратеры от взрывов, ещё хранившие тепло. Падающий снег шипел, испаряясь и поднимаясь к хмурому небу белёсыми струйками дыма. Легионеры стаскивали тела в огромные кучи, готовясь предать их огню.
Сжигать было необходимо. Двести с лишним тысяч трупов — если их не утилизировать до весенней оттепели, лагерь превратится в рассадник чумы, в настоящий ад на земле.
Впрочем, у Фан Юя и Демонической Лозы был способ куда более эффективный и экологичный, чем огонь.
Один мог расщеплять тела на атомы, вбирая их энергию и преобразуя в чистую тёмную силу.
Другая — просто пожирала их, обращая в собственное топливо.
В глазах обывателя оба метода были верхом кощунства и зла. Но разве сжигать тела — не зло? Обращать их в обугленные кости, наполняя воздух удушливым смрадом, а затем закапывать останки?
Разве убивать — не зло? Эти рыцари пришли сюда с одной целью: вырезать всех, кто служит Тьме. Им просто не хватило мастерства, и их убили первыми.
Так называемое «зло» — это всего лишь деяние, которое не укладывается в чужую картину мира, не соответствует чужой системе ценностей.
Разумеется, утилизировать двести тысяч тел вдвоём было невозможно, по крайней мере, в короткий срок. Проглотив мощное зелье восстановления духовной силы, полученное от аптекаря Мэн Синя, Фан Юй за час с лишним едва одолел десять тысяч трупов. Демоническая Лоза сдалась ещё раньше, поглотив всего две тысячи и «наевшись» до отвала.
Чтобы ускорить процесс, Фан Юй сел в медитацию прямо на мёрзлую землю, восстанавливая духовные силы. А Лоза, чтобы «переварить съеденное», устроила себе послеобеденную разминку: из земли вырвались сотни её щупалец и принялись рыть глубокие рвы рядом с горами трупов. Туда, где они сейчас работали, вскоре должны были лечь те, кого не успели «убрать» более изящным способом.
Обновлено: 08.04.2026