В прошлый раз, вернувшись домой, Кириленко пересказал слова Фэн Юя отцу и старшему брату. Брат отреагировал точно так же – вытаращил глаза от недоверия и едва сдержал желание хорошенько всыпать наглецу, но отец, напротив, погрузился в глубокое раздумье.
Сещенко, отец Кириленко, все-таки носил звание генерал-майора. И хотя он ведал вопросами тыла и снабжения, к делам государственной важности он был причастен куда больше, чем его сыновья.
С тех пор как экономические реформы провалились и началась перестройка политическая, обстановка в Советском Союзе оставалась нестабильной. Постоянные перестановки и смены армейского командования и правительственных чинов говорили об этом красноречиво.
Поначалу Сещенко полагал, что это лишь временные трудности, которые скоро пройдут – СССР был слишком могущественным, чтобы пасть, а происходящее казалось лишь фантомными болями роста.
Однако, выслушав через сына предсказания Фэн Юя, он невольно поймал себя на мысли: а ведь китаец может быть прав. Особенно в том, что касалось Ельцина – это доказательство было самым веским.
Совсем недавно Ельцин лишился своего поста, но, вопреки ожиданиям, развил бурную деятельность. Он наладил связи со многими руководителями в Москве и умудрился триумфально вернуться к власти через первые народные выборы.
К Сещенко, как к генерал-майору, разумеется, тоже закидывали удочки. Поначалу он не собирался соглашаться: с чего бы ему переметнуться к человеку, которого терпеть не может президент Горбачев? А ну как тот проиграет – тогда и генеральские погоны полетят с плеч в мгновение ока.
К счастью, Сещенко не ответил резким отказом, решив выждать. Если Ельцин сможет укрепиться на своем нынешнем месте, то примкнуть к нему никогда не поздно.
Но сегодня произошло нечто из ряда вон выходящее: литовцы вознамерились выйти из состава Союза и объявили о независимости. Хотя подобные слухи ходили и раньше, никто не верил, что это случится на самом деле.
Когда же это стало реальностью, Сещенко вдруг осознал: пророчество Фэн Юя, похоже, сбывается!
Он тут же велел Кириленко связаться с Фэн Юем. Этот парень обладал невероятным чутьем, и с ним нужно было во что бы то ни стало поддерживать добрые отношения. Сам же Сещенко немедленно отправился на встречу с Ельциным – пора было серьезно поговорить и обеспечить себе место в новом лагере, пока момент не упущен.
Если Ельцин удержится в своем кресле или, того гляди, поднимется еще выше, то и положение Сещенко неизбежно пойдет в гору.
…
─ Фэн, теперь я тебе, конечно, верю. Не ожидал, что ты так глубоко копаешь в наших делах. Ты и вправду считаешь, что Ельцин взлетит на самый верх и это станет главным шансом для моего отца?
Фэн Юй подумал про себя: «Если бы твой отец придушил Ельцина и помог тем ребятам, что затеют ГКЧП, возможно, это и стало бы его величайшим шансом».
Но в таком случае будущее Союза и всего мира стало бы непредсказуемым. Фэн Юй, разумеется, предпочитал, чтобы всё шло по колее истории. Если перемены будут слишком радикальными, его дар предвидения просто обесценится.
─ Брат Ки, верь мне, ─ произнес Фэн Юй. ─ Мы друзья, лучшие друзья. В конце концов, чем успешнее ты и чем сильнее твоя семья, тем стабильнее наша торговля. А значит, я заработаю еще больше.
Дыхание Кириленко участилось. Неужели отец действительно пойдет на повышение? Значит ли это, что и его собственный статус в кругу «золотой молодежи» вырастет, а имя станет еще весомее?
В порыве благодарности он решил отплатить добром за добро и поделиться отличной новостью, которую придерживал полмесяца.
─ Фэн, слушай! У меня для тебя шикарная весть: ту сверхмощную электропечь, которую ты просил, я уже выкупил!
Фэн Юй просиял. Это и впрямь была великолепная новость. Он ждал её слишком долго и уже начал всерьез опасаться, что сделка сорвется.
─ Брат Ки, это потрясающе! ─ воскликнул Фэн Юй. ─ Никаких накладок не будет?
─ Нет, исключено. Я уже распорядился всё демонтировать. В течение недели оборудование погрузят и отправят в Бинчэн! ─ громко пробасил Кириленко.
─ Ха-ха-ха, лучше и быть не может! Брат Ки, и во сколько мне обойдется эта печь? Технологии плавки к ней прилагаются?
─ Разумеется. Техническая документация есть, и хотя её не так много, могу гарантировать – это передовые мировые разработки! Ну так что… сколько ты готов заплатить? ─ осторожно прощупал почву Кириленко.
За саму сверхмощную электропечь и сопутствующие технологии он отдал почти десять миллионов рублей. Но рыночная цена, даже за подержанный агрегат, определенно не опускалась ниже двадцати миллионов.
Заломи он двадцать – Фэн Юй мог и отказаться, но продавать слишком дешево тоже не хотелось. Это была их самая крупная сделка, и здесь требовалась предельная осмотрительность.
─ Брат Ки, ты же знаешь покупательную способность нашего Китая – мы не можем позволить себе слишком дорогое оборудование. К тому же в конце прошлого года Китай уже закупил две сверхмощные электропечи в Европе, так что…
На самом деле Китай действительно купил две штуки, но то были модели семидесятых годов, которые по производительности и рядом не стояли с тем, что предлагал Кириленко. Фэн Юй намеренно сгущал краски, чтобы сбить цену.
Кириленко надолго задумался. Он понимал, что достать такое оборудование непросто. Обычная наценка в тридцать процентов казалась ему сейчас недостаточной, и он решил накинуть половину стоимости.
─ Как насчет пятнадцати миллионов рублей? Сюда входят все чертежи и, как и прежде, я пришлю пятерых экспертов для работы у вас.
Пятнадцать миллионов? Да это же даром!
Фэн Юй едва не подпрыгнул от восторга. Перепродав это Харбинскому авиастроительному заводу, он выручит как минимум двадцать миллионов. А если у завода найдутся лишние средства, можно будет запросить и больше. В любом случае, такой товар на родине не залежится: откажется «Харбин Авиа» – выстроится очередь из других промышленных гигантов!
Выдержав паузу, Фэн Юй ответил с деланной неохотой:
─ Брат Ки, цена чуть выше, чем я рассчитывал. Заработать на этом почти не получится. Если и дальше пойдут такие расценки, боюсь, мне придется отказаться от заказов на тяжелое оборудование.
─ Фэн, мне тоже было нелегко это достать. Ты же понимаешь, насколько сложно вывезти технику, которую можно использовать в оборонке? Я иду на огромный риск. Честно говоря, не уверен, что смогу провернуть такое еще раз, ─ преувеличивал Кириленко, хотя в этот раз всё прошло на удивление гладко.
─ Брат Ки, ну что ты такой робкий? Неужели не видишь, что сейчас наступает золотое время не только для твоего отца, но и для тебя самого? ─ Фэн Юй про себя лишь вздохнул. Пока смелый объедается, робкий с голоду помирает – неужто такая простая истина ему невдомек?
─ М-м? В каком смысле? ─ Кириленко не понял намека. С отцом всё ясно – в мутной воде советских перемен он может выплыть наверх. Но при чем тут он сам? В политику он не собирался.
─ Посуди сам, брат Ки. Если Союз действительно распадется, это значит, что все заводы и всё имущество придется делить заново, так? Что на чьей территории осталось, того и собственность. Но ведь директора этих заводов не всегда местные уроженцы.
Кириленко опешил, а затем в его глазах вспыхнул азартный блеск:
─ Ты хочешь сказать, что многие захотят по-быстрому сбыть всё, что под руку попадется, ради наживы?
─ Именно. И я говорю не только об оборудовании. Уверен, найдутся умельцы, которые за бесценок и оружие продавать начнут!
─ Торговать оружием из-под полы? Это… это вообще возможно? ─ Кириленко снова был ошарашен смелостью суждений Фэн Юя.
«Возможно ли?» ─ усмехнулся про себя Фэн Юй. В будущем самым распространенным автоматом в мире станет советский АК-47, который в те годы будут распродавать буквально на вес.
Новые стволы на вес, да еще и патроны в придачу – вот насколько безумными станут эти люди. По сравнению с ними брат Ки – просто воплощение осторожности.
А ведь Фэн Юй еще планировал через него прикупить советские самолеты, ракеты и прочее добро. С таким трусишкой далеко не уедешь.
«Похоже, придется и дальше проводить с братом Ки разъяснительную работу…» ─ подытожил он свои мысли.
Обновлено: 19.02.2026