— Ты проснулся, — раздался голос.
Сквозь ледяной ветер просочилось тепло, вытягивая Саске из забытья. Он растерянно огляделся: они были в пещере. Уют исходил от горевшего рядом костра, а разбудившим его человеком оказался старший товарищ – Кадзума.
— После Цукуёми всегда паршиво, но на сей раз техника длилась недолго, — пояснил Кадзума Куро причину головной боли Саске.
В оригинальном сюжете Итачи ни разу не бил по Саске в полную силу. Достаточно вспомнить Какаши, чтобы понять истинную мощь этой техники. Бедняга Какаши, обладая трехтомойным Шаринганом, самонадеянно выступил против Мангекё Шарингана и в итоге пережил семьдесят два часа непрерывных пыток, после которых долго не мог подняться с больничной койки.
Если уж джонин так пострадал, то что говорить о генине Саске? Итачи определенно поддавался, иначе парень бы просто не выдержал, и цели старшего брата не были бы достигнуты.
— Тот ублюдок! — Саске мгновенно пришел в себя. Он резко вскочил, собираясь вновь броситься в погоню за Итачи.
Но едва поднявшись, он рухнул обратно – ноги стали ватными, и парень едва не завалился прямо в огонь.
— Угомонись. Даже если ты его встретишь, он прихлопнет тебя в мгновение ока.
— Не смей произносить его имя! — Шаринган Саске вспыхнул в полную силу, перенося всю ярость на Кадзуму.
— Эх, — Кадзума Куро тяжело вздохнул. — Ты ничего не понял об Итачи.
— Не понял?! Повтори, что ты сказал?! — Если бы Саске сейчас мог использовать Чидори, он бы без колебаний вонзил его в грудь этого наглеца.
— По-твоему, Итачи силен? — Кадзума Куро ответил на собственный вопрос прежде, чем Саске успел взорваться. — Да, он силен. Но тогда ему было всего тринадцать лет.
— Весь клан Учиха… все мертвы. За одну-единственную ночь. Истреблены под корень, и в живых оставили только тебя. — Кадзума насмешливо улыбнулся. — И кто ты такой, по-твоему? Ради чего тебя пощадили?
Полагаясь на Волю Наблюдения, Кадзума легко уклонился от пущенного изо всех сил сюрикена.
— Хватит ломать комедию. Твоя чакра в полном беспорядке. Если хочешь поквитаться, сначала залечи раны. А пока сиди и слушай, что я скажу.
Заметив, что Саске всё еще выглядит так, будто готов вцепиться в глотку, но активных действий больше не предпринимает, Кадзума Куро присел у костра. Он ворошил угли веткой, и пляшущие языки пламени окрашивали его лицо в багровый цвет. На миг показалось, будто время повернуло вспять – к той самой ночи.
— Во-первых, прикинь сам: сотни соплеменников стоят перед тринадцатилетним пацаном и ждут смерти. Сколько времени уйдет на то, чтобы зарезать их всех? Это раз.
— Во-вторых: взрослые, дети, старики – весь клан. Какую цель нужно преследовать, чтобы вырезать столько людей? Неужели Итачи сделал это просто ради сомнительного удовольствия?
— И в-третьих, самое важное. — Кадзума пристально посмотрел в застывшее лицо Саске. — Почему ты до сих пор жив?
На лице Саске отразилось нежелание принимать очевидные ответы, но Кадзума лишь усмехнулся и продолжил травить душу.
— В то время клан Учиха был Военной Полицией Конохи. Там служили десятки джонинов. И ты веришь, что все они без единого звука погибли от рук одного Итачи? — Кадзума продолжал гнуть свою линию.
Подобные сомнения терзали Саске бесчисленное множество ночей, но как он мог оправдать Итачи, если сам видел сцену резни?
— Ты уже второй раз выживаешь после встречи с ним. Не обольщайся: Итачи оставил тебя в живых не для того, чтобы ты развлекал его своей местью. Он просто не хочет твоей смерти. — Слова Кадзумы снова привели Саске в ярость, но тот был готов и легко уклонился от выпада.
— Не спеши, — загадочно улыбнулся Кадзума Куро. — Если хочешь узнать правду, слушай.
— Ты… — руки Саске, на которые он опирался, окончательно ослабли. Он уткнулся лицом в землю и закрыл глаза, молча ожидая так называемой «правды».
— Если вкратце, это был провальный государственный переворот. Итачи лишь выполнял задание кое-кого сверху.
— Клан Учиха готовил восстание. В Конохе об этом прознали. Итачи, будучи членом АНБУ, стал частью плана. Он выбирал между деревней и кланом – и выбрал деревню. Так и случилась та ночь. Вот только действовал он не один, и заговор был куда сложнее.
— Проще говоря, твоя месть не должна быть направлена на Итачи. По крайней мере, не только на него.
— Кто это был?! — Саске ухватился за суть. Вопрос, над которым он бился годами, наконец получил конкретный ответ.
— Данзо Шимура, — с улыбкой произнес Кадзума имя кукловода. — Этот стервятник Данзо много лет пускал слюни на Шаринган. Переворот клана Учиха напрямую связан с ним. В уничтожении клана его вина составляет восемьдесят процентов, а на долю Итачи приходится от силы десять.
В словах Кадзумы была истина. У Шисуи был шанс изменить мнение соплеменников, но Данзо помешал ему. Трагедия разыгралась по расписанию, оставив юного Саске сиротой.
— Данзо… — Саске стиснул зубы так сильно, что из десен брызнула кровь. — Я пойду к Орочимару! Он поможет мне!
— Нет-нет-нет, ты всё путаешь, — продолжил Кадзума Куро свою игру. — Тебе не кажется странной смерть Хирузена Сарутоби? Заметил, как за последние пару дней репутация Данзо в деревне внезапно поползла вверх? Так вот, Сарутоби погубил именно Данзо! Пойдешь к Орочимару – окажешься в лапах пособника убийц своих близких!
— Что же мне тогда делать?
— Всё просто! Измени положение дел в деревне!
— До меня дошли слухи, что Пятым Хокаге почти наверняка станет не Данзо. А ведь стать Хокаге – его заветная мечта, и он от нее не отступится. Если хочешь отомстить, убийство Данзо – лишь малая часть…
— Скажи мне, если твою девушку уведет женатый мужик, что ты сделаешь? — Кадзума перешел на дьявольский шепот.
— Убью… убью его! — Не раздумывая, выпалил Саске.
— Ошибка! Это слишком примитивно, — Кадзума скорчил ехидную мину. — Если он увел твою девушку, ты уведи его жену!
— Уведи, а убить всегда успеешь. Представь лицо врага, когда ты стоишь перед ним, обнимая его жену. Можешь вообразить его рожу?
— Просто прирезать врага – это для дилетантов. То, что должен сделать ты…
— …Это стать Хокаге!
— Стать… Хокаге? — Пробормотал Саске, глядя на пляшущие от ветра искры костра.
— Именно! Ты должен стать Хокаге, изменить деревню, сделать так, чтобы трагедия прошлых лет никогда не повторилась! Ты принесешь в деревню любовь и мир! Ты пройдешься по головам, перешагнешь через Данзо и заставишь этого ублюдка сдохнуть в безвестности и депрессии, пока он будет смотреть на твой триумф!
Выдав эту тираду, Кадзума Куро искоса глянул на призадумавшегося Саске и решил подлить масла в огонь.
— Ты и сам видишь, как со мной обходятся в Конохе. АНБУ следят за мной день и ночь. Мне девять раз стирали память. Я настрадался не меньше твоего. С сыном героев деревня обходится как с мусором. Я думал о том, чтобы стать нукенином.
— Но какой в этом толк? Удел трусов!
— Нужно прижать верхушку и самим занять их места!
— Ты станешь Хокаге, а я – твоим советником.
— Мы подомнем под себя Коноху, покорим мир шиноби. Твоя жена станет моей невесткой, а моя жена… ради дела я вообще не женюсь!
— Вперед! Трудись ради завтрашнего дня! Мы украдем мечту Данзо и заставим его гнить от бессилия!
— Цзе-цзе-цзе-цзе… — на лице Кадзумы проступила злодейская ухмылка, и в этот миг в душе Саске что-то надломилось и переродилось.
— Кстати, когда будет время, выучи вот это, — Кадзума бросил ему свиток. — И не говори, что это от меня.
…
Внимание! Этот перевод, возможно, ещё не готов.
Его статус: идёт перевод
Обновлено: 20.02.2026