Лин Суня переехала в спальню Фу Жунюя.
Он больше не позволял мне даже переступать ее порог.
Каждый раз, проходя мимо приоткрытой двери, я слышала звуки, от которых у любого загорались бы щеки.
Даже когда антикварные часы в конце коридора били полночь, их занятия все еще не прекращались.
Чтобы справиться с этим, я намеренно использовала карту Фу Жунюя, чтобы купить наушники за 9 999 юаней.
Они работали прекрасно, позволяя мне спать спокойно.
Когда Фу Жунюя не было дома, Лин Суня надевала платья с открытыми плечами и нарочито красовалась передо мной.
Она хотела, чтобы я видела следы на ее шее.
Она желала похвастаться, что завоевала и сердце, и тело Фу Жунюя.
Мне претило такое ее поведение.
Потому что приходилось играть роль - показывать либо печаль, либо душевную боль, либо полное отчаяние.
Чтобы избегать Лин Суня, я стала часто выходить из дома.
Конечно, настоящей целью прогулок было запустить следующий этап сюжета.
Меня должны были похитить.
Наконец, в десятый раз отправившись в туалет из-за болей в животе после кофе, я дождалась похитителей.
Меня похитили.
Похитители привезли меня на заброшенный склад и завязали глаза.
Я услышала, как шаги постепенно удаляются, но вскоре возвращаются.
Что-то холодное прижалось к моему уху.
Из трубки раздался раздраженный голос Фу Жунюя:
− Говори.
Я изо всех сил старалась звучать испуганно:
− Фу Жунюй! М-меня похитили!
− Да что ты говоришь? Наверное, похитители прямо рядом, да? Эта женщина теперь ваша, делайте с ней что хотите.
Раздались гудки, Фу Жунюй повесил трубку.
***
− Разве вы не невеста президента Фу, мисс Ши?
Голос, искаженный преобразователем, прозвучал с любопытством.
Я сохраняла спокойствие и попыталась объяснить:
− У Фу Жунюя уже есть новая пассия. Если вы надеетесь использовать меня как рычаг давления - это бесполезно.
− У него новая пассия. Должно быть, вам очень больно?
«Почему этот похититель пытался со мной беседовать?».
Вспомнив, какую роль я должна играть в этом романе о жестокой любви, я произнесла:
− Конечно, мне больно. Я столько лет любила его, я...
− Не смей вспоминать других мужчин в моем присутствии!, - разъяренно перебил меня похититель.
В следующее мгновение меня резко притянули в объятия.
Крепкие руки сжали так сильно, будто хотели сломать ребра.
− Братец-похититель, вы меня задушите...
Ощущение было такое, словно зверь терзает добычу.
«Погодите-ка, почему похититель насильно целует меня? Этого же нет в сценарии!».
Внезапно повязка с глаз исчезла.
Я еще не успела привыкнуть к свету, как…
− Наконец-то нашел тебя.
Раздался голос, который я знала слишком хорошо.
Хозяин голоса схватил мое лицо, его глаза полыхали угрожающей тьмой. Большой палец провел по уголку моих губ.
− Давно не виделись, моя Ян Ян.
− Как мне теперь тебя называть? Невесткой?
Я и представить не могла, что встречу Жун Цзина в другом мире.
Его янтарные глаза были точно такими же, как в воспоминаниях, хотя теперь сочетались с вызывающе белыми волосами.
Очень немейнстримный образ.
«Стоп, почему он назвал меня невесткой?».
Система завизжала у меня в голове:
[Хозяин! Сюжет изменился! Срочно проверь новую сюжетную линию!].
В этот момент дверь склада с грохотом распахнулась.
Фу Жунюй, облаченный во все черное, наконец-то прибылхоть и с опозданием.
***
Ревущий ветер чуть не заставил мое сердце остановиться.
Если Фу Жунюй сделает еще десять шагов, его взгляд перемахнет через контейнеры и увидит, как Жун Цзин и я стоим в двусмысленных объятиях.
Он приближался.
Я тревожно уставилась на Жун Цзина.
Жун Цзин наклонился, отводя прядь волос от моего уха, с насмешливой ухмылкой:
− Не хочешь, чтобы он нас увидел? Может, тогда просто убить его?
Спасибо, но убийство = потеря очков.
Я энергично замотала головой:
− Мы живем в правовом обществе, нельзя просто так убивать людей.
Его холодные пальцы скользнули по моей шее.
Темные, бурлящие глаза приковали меня к месту.
Я вдруг поняла, что его действительно волнует.
С покорным вздохом я призналась:
− Фу Жунюй мне не нравится, даже капли, но у меня есть причины так поступать.
Произнеся это, я забеспокоилась, а вдруг он не поверит? Моя репутация правдивого человека была, мягко говоря, небезупречной.
Поэтому я встала на цыпочки и прижалась губами к его губам:
− Помоги мне, Ваше Высочество. Отпусти его. А между нами... разберемся как хочешь.
Раньше, когда я просила его таким образом, он готов был достать для меня луну с неба.
Как и ожидалось, Жун Цзин обхватил мою голову и ответил на поцелуй. На мгновение показалось, будто сюжет замер.
Это был его способ сказать «да»!
Он был! Полностью! В моей власти!
Система вдруг встряла:
[Хватит целоваться, вас сейчас поймают].
Жун Цзин покорно поправил мой воротник и вышел вперед.
Я спряталась в тени за контейнером, наблюдая, как он и Фу Жунюй стоят лицом к лицу, руки в карманах, вид невозмутимый.
Он выглядел круто, уверенно и абсолютно властно.
Фу Жунюй, напротив, излучал ледяную ярость.
Когда он заговорил, тон его звучал так, будто весь мир должен ему пять миллиардов:
− Почему ты не остался в Нью-Йорке? Зачем вернулся?
Обновлено: 03.02.2026