С этого момента у Димаса в логе висел только один приоритетный квест: «Месть за отца». Статус: Активен.
Он хотел немедленно выдвигаться, чтобы зачистить локацию и добраться до босса — Бен-Ахмы. Но Геральт был тертым калачом. Ведьмак не агрил мобов без подготовки и никогда не лез в данж, не изучив паттерны босса.
Геральт тоже планировал пустить кровь ублюдку, убившему капитана Жерара, но ждал идеального тайминга. Он собирал слухи по корчмам и оазисам, вычислял спавн-точки банды и количество их «миньонов».
Ведьмак не собирался вести туда толпу крикливых кочевников, которые только распугают добычу. Он хотел сработать чисто: стелс, бомбы, один точный удар в сердце. И он был чертовски зол на старого Абдаллу за то, что тот триггернул этот квест у пацана. Геральт знал, что у Димаса (точнее, у тела Анри) шило в заднице, и боялся, что мелкий попробует заспидранить эту миссию и сдохнет.
Через пару дней, когда они патрулировали пустошь, выискивая следы архигрифона, Димас подъехал ближе.
— Мастер Геральт, вопрос по лору.
— Валяй, — буркнул ведьмак, не сводя глаз с барханов.
— Мекдес — это далеко? Высокоуровневая зона?
— Далеко. И мобы там жирные.
— За день на маунте доберемся?
— Ишь чего захотел. Туда дня три пилить, и половину пути — пешком по скалам, ведя лошадь в поводу. Плюс, там территория «Крыс Пустыни».
— Пф-ф. Я не дам себя ганкнуть. У меня прокачана реакция.
— Ты рассуждаешь как идиот, который не читал бестиарий, — Геральт сплюнул. — У людей Бен-Ахмы есть дозорные. Они используют магию или маскировку, сливаются с камнями. Как только твой маркер появится на миникарте, ты труп. Они зайдут в спину, перережут сухожилия и оставят подыхать на солнце. Это не благородные рыцари из Туссента, это падальщики. Они не дерутся честно.
— Почему их не выпилят местные власти?
— Пытались. Эмир посылал карательные отряды. Но каждый раз бандиты исчезали, словно растворялись. Они вылезают из нор только чтобы ограбить караван или вырезать патруль.
— Но если убить босса? Если снять Бен-Ахму?
Геральт прищурился:
— Может быть, это развалит их фракцию… Но нужно ждать.
— Значит, вы решили его зафармить? Соло?
— Он умрет от моего меча. Это личное.
— Или от моей сабли! — горячо воскликнул Димас. — Я пойду с вами в пати. Бен-Ахма не опаснее мантикоры.
— Мантикора, парень, прет в лоб. А Бен-Ахма — это как катакан в невидимости. Он будет ждать, пока ты расслабишься, и ударит в почку отравленным кинжалом.
— Но должен же быть способ его выманить? Эксплойт какой-нибудь?
— Есть способ… Я думаю над этим.
Димас хотел расспросить о тактике, но Геральт внезапно спешился. К нему подвели Плотву.
— Вы куда? — напрягся Димас.
— Нужно проверить одного травника в Ауине. Говорят, у него есть редкие ингредиенты для масел. Я скоро.
Проверка на ложь: ПРОВАЛ.
Димас прищурился. В голосе ведьмака звучала фальшь.
Димас провожал взглядом удаляющуюся фигуру.
Внимание! Детали окружения.
К седлу Плотвы был приторочен не только стальной меч, но и сумка с алхимией, которая характерно звякала. Обычно, отправляясь «за травками», ведьмак не брал с собой полный боекомплект бомб «Самум» и «Картечь».
Это был фаст-трэвел на войну. Геральт поехал на разведку. Или на убийство.
Димас попытался выбить инфу у NPC в лагере, но те либо молчали, либо реально ничего не знали.
Он вернулся в палатку. Там, на опорном столбе, висела отцовская сабля. Димас открыл сундук и достал офицерский крест.
Он долго смотрел на потускневший металл. И тут случилось то, что часто бывало с попаданцами — память реципиента накрыла его флешбеком.
Перед глазами поплыло. Это были не его воспоминания, а память маленького Анри.
Кат-сцена:
Отец, капитан Жерар, получает этот крест. Судан (или его аналог в Зеррикании). Жара, пыль, кровь. Капитан с пятнадцатью бойцами удерживает высоту против орды диких гулей и некрофагов, которых натравили местные шаманы.
Потом — мирное время. Отец учит его держать деревянный меч. Люсьен, мелкая и смешная, играет с куклой. Отец рассказывает о завоеваниях, о тактике, показывает карты.
Димас почувствовал чужую боль как свою. Боль потери. Счастливое детство, разрушенное в один миг.
Вечер, когда все рухнуло.
В бунгало врывается гумьер Бен-Арак. Его одежда пропитана кровью, лицо серое от пыли и шока.
— Отец ранен, — врет он, отводя глаза. — Скоро вернется.
Но шли дни. Таймер тикал. Надежда умирала.
Они поняли, что стали сиротами, только когда приехал Геральт. Ведьмак не умел утешать. Он просто стоял, пахнущий кровью и лошадиным потом, и смотрел на них своими жуткими глазами, в которых читалась бесконечная усталость. По его щеке, небритой и грязной, текла скупая мужская слеза — редчайший баг для ведьмака.
— Теперь я за вас отвечаю, — сказал он тогда.
И сдержал слово. Люсьен отправили в школу при храме, а Димаса/Анри он забрал в этот ад, чтобы сделать из него выживальщика.
Димас мотнул головой, отгоняя наваждение.
— Я не просто отыгрываю роль, — прошептал он. — Я реально хочу выпотрошить этого ублюдка.
Здесь, в обществе суровых мужиков и монстров, он стал своим. Местные дали ему ачивку — прозвище «Ибн» (Сын).
И он докажет, что достоин этого звания. Если Геральт думает, что может забрать весь опыт себе и оставить его в сейв-зоне, он ошибается.
Квест обновлен: Следовать за Белым Волком.
Награда за провал: Смерть наставника.
Обновлено: 23.01.2026