Что если рядом с Одиннадцать в лаборатории Хоукинса растили ещё одного «подопытного» — мальчика, способного подчинять разум и забирать чужую боль одним касанием? Двенадцать отказывается убивать по приказу «папы»: эксперименты так и не смогли выбить из него одно — умение любить. Но одна ночь отнимает единственного человека, звавшего его сыном, — и гаснет последняя причина сдерживать силу, которой боятся даже создатели. Хватит ли связи с Одиннадцать, чтобы не дать ему стать монстром, каким его лепили с рождения?

Что если рядом с Одиннадцать в лаборатории Хоукинса растили ещё одного «подопытного» — мальчика, способного подчинять разум и забирать чужую боль одним касанием? Двенадцать отказывается убивать по приказу «папы»: эксперименты так и не смогли выбить из него одно — умение любить. Но одна ночь отнимает единственного человека, звавшего его сыном, — и гаснет последняя причина сдерживать силу, которой боятся даже создатели. Хватит ли связи с Одиннадцать, чтобы не дать ему стать монстром, каким его лепили с рождения?