Пообедав и вымыв посуду, я посмотрела на часы. Пора было собираться в школу на вечерние занятия.
Поскольку было слишком холодно, на неделе я жила в школьном общежитии. Это экономило время на дорогу и позволяло поспать утром подольше.
Папа помогал мне собирать вещи и наставлял:
— В школе обязательно ешь нормально, не голодай. Если в столовой не будет ничего вкусного, звони, я привезу. Опять похолодало, может, взять еще один комплект термобелья? И грелку не забудь…
Он уже собирался засунуть в сумку плед, чтобы я укрывала ноги, но я поспешно застегнула молнию.
— Пап, хватит! Не пихай больше, я и так это все не донесу. Лучше положи мне чего-нибудь перекусить.
— Уже положил, — ответил он. — Вон там, на диване. Не забудь взять, когда будешь уходить.
Пока мамы не было рядом, я придвинулась к нему и прошептала:
— Пап, дай еще немного карманных денег, а?
Папа улыбнулся и перевел мне немного денег.
— Пятьсот хватит?
Я закивала, как цыпленок, и приняла перевод.
— Более чем! Спасибо, папочка!
Хотя на моей карточке для столовой денег было предостаточно, у девочек всегда находились траты: резинки, заколки, журналы, книги. Да и после вечерних занятий, когда столовая уже закрыта, иногда хотелось посидеть с друзьями и перекусить, так что немного наличных в кармане не помешает.
Школа находилась всего в паре кварталов от нашего дома. Папа взял мою сумку, собираясь меня проводить, но я его остановила:
— Тут не так уж и много, я сама донесу. Ты же собирался приготовить что-то для семьи Янь Ло? Не забудь.
— Не волнуйся, не забыл, — ответил папа. — Куриные наггетсы и креветки уже маринуются в холодильнике, успею пожарить, когда вернусь. Когда ты поступишь в университет и начнешь работать, я буду видеть тебя еще реже. Только сейчас и могу поговорить с тобой подольше.
От этих слов у меня защемило в груди.
— Хорошо.
Мы подошли к двери. Мама тоже вышла нас проводить. Она передала папе пакет с едой и бросила мне свою вечную, неизменную фразу:
— В школе веди себя хорошо и учись.
— Угу, я пошла.
Мама лишь равнодушно махнула рукой.
Едва мы вышли на улицу, папа начал свою воспитательную беседу.
Он видел, что я все еще обижена на маму, и принялся терпеливо и участливо объяснять, как ей было нелегко растить нас с сестрой, сколько бытовых мелочей лежало на ее плечах, а тут еще и климакс — неудивительно, что характер испортился.
— Мама строга с тобой на словах, но на самом деле она желает тебе только добра, — продолжал он. — Когда сама станешь родителем, поймешь. Конечно, иногда она бывает резка, я ей об этом скажу. Но и ты не пререкайся с ней постоянно. В семье нужно быть терпимее друг к другу…
— Угу… — пробормотала я.
Кроме того, что мама явно предпочитала сестру, ничего особенно ужасного она мне не делала. Ладно, не буду злиться. Постоянно злиться тоже утомительно.
Папа похлопал меня по плечу и уже собирался взять за руку, чтобы перевести через дорогу, как рядом с нами резко остановилась машина.
Опустилось стекло. За рулем сидел Цзюй Янь. Он повернул голову и поздоровался:
— Здравствуйте, дядя. Привет, Лянь Хэ.
Стоило мне его увидеть, как я инстинктивно шагнула за спину отца.
Нет. Я просто не могла на него смотреть.
Папа заметил мое движение, но, видимо, списал это на стеснение и не придал значения.
— О, а ты как здесь? — удивленно спросил он у Цзюй Яня. — Что-то забыл у нас?
— Нет, я просто был по делам неподалеку, — ответил тот. — Лянь Хэ идет в школу? Я ее подвезу.
— Да не стоит, не стоит, — замахал руками папа. — Школа тут недалеко, пара шагов. Занимайся своими делами.
Его машина перегородила дорогу, и водитель сзади нетерпеливо засигналил.
Под назойливые гудки Цзюй Янь и не думал сдвинуться с места. Он невозмутимо смотрел на отца.
— Ничего страшного. Мне по пути.
Видя его настойчивость, папе ничего не оставалось, как открыть заднюю дверь машины.
— Ну, раз так, то спасибо тебе.
Он положил мою сумку на сиденье и подтолкнул меня.
— Пусть Цзюй Янь тебя подвезет.
Обновлено: 23.01.2026