Сто лет назад он был человеком — теперь он безымянный червь на дне моря магмы, где закон один: сожри или будь сожран. Под жуткой личиной прячется холодный расчёт из прошлой жизни — он помнит миры, где боги не знают старости, и твёрдо намерен однажды стать одним из них. Человечность стёрлась вместе со старым телом: здесь сильный не извиняется, а просто ест. Каждая проглоченная тварь — на глазах у более матёрых сородичей — приближает его к новой форме и новой силе. Сколько чудовищ ему предстоит пожрать, чтобы из личинки дорасти до бога?

Сто лет назад он был человеком — теперь он безымянный червь на дне моря магмы, где закон один: сожри или будь сожран. Под жуткой личиной прячется холодный расчёт из прошлой жизни — он помнит миры, где боги не знают старости, и твёрдо намерен однажды стать одним из них. Человечность стёрлась вместе со старым телом: здесь сильный не извиняется, а просто ест. Каждая проглоченная тварь — на глазах у более матёрых сородичей — приближает его к новой форме и новой силе. Сколько чудовищ ему предстоит пожрать, чтобы из личинки дорасти до бога?