Линь Дун холодно обвёл взглядом старейшин и, наконец, остановился на Великом Старейшине. Его тон был нарочито небрежным:
— Итак, Великий Старейшина, что же это за второе испытание?
Великий Старейшина, всё с тем же непроницаемым лицом, ответил:
— Второе испытание — принять вызов от всех своих ровесников и победить их.
Едва он произнёс эти слова, как на улице снова поднялся ропот.
— Чёрт, принять вызов от всех ровесников! Этот старейшина — настоящий змей!
— В молодом поколении семьи Линь полно талантов, воинов третьего ранга хоть отбавляй. Линь Сяодун только-только достиг этого уровня, он ещё не может использовать всю свою силу. Как он будет драться?
— Не говоря уже о том, что среди них есть сын Великого Старейшины, Линь Тао, который полгода назад уже достиг четвёртого ранга. Даже если Линь Дуну повезёт и он одолеет остальных, через Линь Тао ему точно не пройти.
— Великий Старейшина явно не собирается выполнять уговор. Если Линь Сяодун умён, он просто уйдёт. Иначе сегодня ему придётся несладко.
— Да, этот Линь Тао давно метит на место главы. Если Линь Дун примет его вызов, тот его покалечит.
Остальные старейшины, услышав слова Великого Старейшины, мысленно похвалили его за хитрость.
Что до молодых воинов, то они уже разминали кулаки, горя желанием вступить в бой.
Для них Линь Сяодун всегда был ничтожеством. И теперь, когда это ничтожество вдруг решило подняться с колен, они, конечно же, не могли этого допустить. Нужно было втоптать его в грязь, пока он не успел встать, втоптать так, чтобы он больше никогда не смог подняться!
Больше всех этого хотел, разумеется, Линь Тао.
Он уже шагнул было вперёд.
Но Великий Старейшина бросил на него строгий взгляд и тихо сказал:
— Куда торопишься? Посмотрим, что будет дальше.
Линь Тао с досадой отступил, сожалея, что не сможет первым растоптать этого бездаря. Впрочем, неважно. Главное, чтобы тот не стал главой, а уж потом у него будет куча возможностей унизить его.
Видя, что Великий Старейшина не пускает Линь Тао, остальные старейшины тоже удержали своих сыновей.
Только Шестой Старейшина, известный своим вспыльчивым нравом, подтолкнул своего сына:
— Линь Хуай, чего ждёшь? В бой!
Линь Хуай, унаследовавший характер отца, и так уже рвался в бой. После толчка он тут же выпрыгнул вперёд. Уперев одну руку в бок, а другой указав на Линь Дуна, он крикнул:
— Линь Сяодун, осмелишься сразиться со мной?
Линь Дун не ответил, лишь тихо пробормотал:
— Джарвис, проанализируй его силу.
Хоть броня и находилась в кольце, некоторые её функции, вроде сканирования и анализа, всё ещё работали.
— По данным, полученным от встроенной системы сканирования, — ответил Джарвис через мгновение, — сила Линь Хуая составляет 1500 цзинь. Он — воин третьего ранга.
Линь Дун кивнул. Похоже, за те полгода, что его не было, Линь Хуай стал сильнее. По воспоминаниям Линь Сяодуна, раньше его сила была чуть больше 1200 цзинь.
Видя, что Линь Дун молчит, Линь Хуай вспылил:
— Линь Сяодун, осмелишься сразиться? Если нет, то убирайся из семьи Линь!
Только тогда Линь Дун спокойно ответил:
— Всегда готов.
Великий Старейшина, видя, что Линь Дун согласился, еле заметно блеснул глазами.
— В кулачном бою всякое бывает. Жизнь и смерть — в руках небес. Начинайте!
Линь Дун бросил на него ледяной взгляд.
«Какой же этот старик злобный. Сказав "жизнь и смерть — в руках небес", он явно даёт Линь Хуаю добро на то, чтобы избить меня до смерти».
«Впрочем, посмотрим, кто кого».
Линь Хуай, услышав слова Великого Старейшины, прекрасно понял их смысл. С яростным криком он бросился на Линь Дуна.
— Подавление грубой силой! — взревел он, нанося удар в грудь.
Линь Дун, видя его атаку, сжал правый кулак и пошёл в лобовую.
Зрители, увидев это, мысленно ахнули.
Хоть Линь Сяодун и был воином третьего ранга, его сила составляла всего 1135 цзинь. А удар Линь Хуая был силой в 1500 цзинь. Пытаться с ним тягаться — чистое безрассудство. Исход боя, скорее всего, решится этим одним ударом.
Бам!
Раздался глухой звук, и одна из фигур отлетела назад.
«Ну вот, Линь Сяодуна отбросило...» — подумали все.
Но в следующий миг их осенило: «Нет, не в ту сторону! Отлетевший — это же... Линь Хуай!»
Эта мысль пронзила всех, и взгляды тут же устремились на упавшего.
Когда они разглядели его лицо, у них перехватило дыхание.
Как такое возможно?!
Отброшенным оказался Линь Хуай!
И, судя по всему, в ближайшее время он не поднимется.
Что за чертовщина? Сила Линь Сяодуна — 1135 цзинь. Как он мог отбросить Линь Хуая с его 1500 цзинь?
Действительно, подавление грубой силой. Вот только подавили, похоже, Линь Хуая.
В полном изумлении все перевели взгляды на центр площадки.
Там стоял Линь Сяодун и спокойно отряхивал рукава.
В этот миг до всех наконец дошло: Линь Сяодун скрывал свою истинную силу. Она была далеко не 1135 цзинь.
При этой мысли старейшины и молодые воины семьи Линь внутренне содрогнулись. «Этот Линь Сяодун припрятал козырь в рукаве».
А вот Великий Старейшина, наоборот, слегка расслабился: «Этот парень и вправду что-то скрывал».
Он повернулся к Пятому Старейшине:
— Пятый Старейшина.
Тот вздрогнул. Но раз уж Великий Старейшина приказал, ослушаться он не мог.
— Линь Мин, выходи, — сказал он своему сыну.
Линь Мин тоже вздрогнул.
Увидев, как отлетел Линь Хуай, он понял, что ему не справиться с Линь Сяодуном. Но раз уж Великий Старейшина приказал, выбора у него не было.
С кислой миной он вышел вперёд и, сложив руки, обратился к Линь Дуну:
— Брат Сяодун, будь милостив.
Через два вдоха Линь Мин тоже полетел назад.
Правда, ему повезло больше, он смог подняться.
Линь Дун не стал калечить ни Линь Дуна, ни Линь Хуая. В конце концов, когда он станет главой семьи, ему понадобятся эти люди. Если он сейчас всех их покалечит, то останется командиром без армии, что толку.
Его врагами были только двое — Великий Старейшина и его сын Линь Тао!
Насколько он знал, именно они сговорились и убили отца Линь Сяодуна.
После Линь Мина настал черёд сына Четвёртого Старейшины. Но и он не выдержал и одного удара. То же самое произошло и с сыновьями Третьего и Второго Старейшин — всех их Линь Дун отправил в полёт одним ударом.
К этому моменту все уже поняли, насколько силён Линь Дун.
И все поняли, что он больше не тот бездарный молодой господин. Он восходил!
Великий Старейшина смотрел на Линь Дуна с серьёзным лицом. Линь Тао же сверлил его взглядом, полным ненависти.
Только теперь Линь Дун наконец удостоил Линь Тао взглядом, но обратился к Великому Старейшине:
— Великий Старейшина, не желает ли Линь Тао бросить мне вызов?
В глазах Великого Старейшины мелькнул злой блеск. Он уже собирался что-то сказать, но Линь Тао уже выпрыгнул вперёд:
— Линь Сяодун, я сражусь с тобой!
Великий Старейшина хотел было его остановить, но было уже поздно.
Линь Дун посмотрел на Линь Тао:
— Великий Старейшина, если я не ошибаюсь, вы только что сказали, что в кулачном бою всякое бывает, и жизнь и смерть — в руках небес.
Услышав это, губы Великого Старейшины дрогнули. Он хотел было что-то возразить, но в итоге промолчал и лишь сказал Линь Тао:
— Бей в полную силу! Если не сможешь победить, немедленно отступай.
Эти слова должны были ободрить Линь Тао, но они лишь разозлили его.
Он — первый гений молодого поколения семьи Линь! А Линь Сяодун — кто он такой? Ничтожество! Как он мог проиграть этому бездарю?
— Линь Сяодун, — ткнул он пальцем в сторону Линь Дуна, — не думай, что раз победил нескольких воинов третьего ранга, то стал кем-то особенным. Я — воин четвёртого ранга! И повторю: в кулачном бою всякое бывает, жизнь и смерть — в руках небес! Нападай!
Обновлено: 23.01.2026