История ведётся протоколами наблюдения за подопытным объектом под номером 911, содержащимся в закрытом исследовательском комплексе. На вид — гигантский антропоморфный котёнок в четыре раза крупнее обычного, песочной шерсти, с голубыми глазами. Отчёты фиксируют его взросление день за днём: стремительный рост, недетскую способность к обучению, нестандартные решения логических и математических задач, полное отсутствие реакции на воздействие загадочной субстанции, которую персонал называет эссенцией. С другими подопытными объект почти не общается — кроме двух, отличающихся от остальных тем, что не уносят игрушки с общей площадки в свои камеры. На сорок четвёртый день наблюдений происходит чрезвычайное происшествие, и сухой протокол обрывается на полуслове. Дальше события подхватывает уже не отчёт, а сам объект: в темноте разрушенного коридора, у собственной прежней камеры, рядом с телом того, кто вёл эти записи, 911 кладёт папку на пол и уходит вглубь руин — ощупывая трещины в стенах в поисках выхода наружу.

История ведётся протоколами наблюдения за подопытным объектом под номером 911, содержащимся в закрытом исследовательском комплексе. На вид — гигантский антропоморфный котёнок в четыре раза крупнее обычного, песочной шерсти, с голубыми глазами. Отчёты фиксируют его взросление день за днём: стремительный рост, недетскую способность к обучению, нестандартные решения логических и математических задач, полное отсутствие реакции на воздействие загадочной субстанции, которую персонал называет эссенцией. С другими подопытными объект почти не общается — кроме двух, отличающихся от остальных тем, что не уносят игрушки с общей площадки в свои камеры. На сорок четвёртый день наблюдений происходит чрезвычайное происшествие, и сухой протокол обрывается на полуслове. Дальше события подхватывает уже не отчёт, а сам объект: в темноте разрушенного коридора, у собственной прежней камеры, рядом с телом того, кто вёл эти записи, 911 кладёт папку на пол и уходит вглубь руин — ощупывая трещины в стенах в поисках выхода наружу.