— Я же сказала: со-блю-дай-те о-че-редь!
Цинь Яо ещё не успела договорить последнее слово, чеканя каждый слог, как три массивные тени взмыли в воздух. Они описали над головами толпы идеальные параболы, словно тряпичные куклы, брошенные рукой великана.
Раздались три глухих, тяжёлых удара о землю: «Бум! Бум! Бум!»
Шуньцзы, который только начал поднимать кулак для драки, замер и с отвисшей челюстью обернулся назад.
Трое наглецов, которые ещё мгновение назад загораживали ему обзор, теперь валялись в самом хвосте очереди. Они лежали неподвижно, глядя в небо остекленевшими глазами, явно не понимая, как именно они преодолели это расстояние по воздуху.
Над площадкой повисла мёртвая тишина. Прошло три секунды, прежде чем оцепенение спало, и тишину разорвали дикие вопли боли. Троица скрючилась на земле, хватаясь за животы и бока. Им казалось, что все их внутренности перемешались, а кости превратились в порошок.
Шуньцзы перевёл взгляд с пустого места перед собой на стонущих в пыли мужчин, а затем медленно повернул голову к Цинь Яо. Она стояла рядом, скрестив руки на груди, спокойная и невозмутимая.
Парню показалось, что ему в глотку затолкали ком ваты. Он открыл рот, пытаясь что-то сказать, но не смог выдавить ни звука, лишь покраснел от натуги.
Цинь Яо даже не удостоила поверженных врагов взглядом. Остальные соискатели, стоявшие в очереди, растерянно озирались, не в силах постичь произошедшее. Всё случилось слишком быстро. Скорость её движений выходила за рамки человеческого восприятия.
Только трое на земле знали правду. Превозмогая адскую боль, они, поддерживая друг друга, кое-как поднялись на ноги. Дрожащими пальцами они указали на женщину, чья спина была прямой, как сосна, и набрали в грудь воздуха, чтобы разразиться проклятиями.
В этот момент Цинь Яо слегка повернула голову. Её холодный, равнодушный взгляд скользнул в их сторону — даже не на них, а куда-то сквозь, на жёлтую пыль у их ног.
Но этого хватило.
Ледяной холод пронзил их от пяток до макушки, заставив зубы выбить дробь.
Порыв горного ветра пронёсся над площадкой, и вместе с ним на троицу обрушилась волна убийственной ауры, острой и реальной, как стальной клинок. Дыхание перехватило.
Ветер трепал полы её простой синей одежды, а высокий конский хвост бился в воздухе, словно чёрное пламя. В этот миг она казалась им не женщиной, а демоном из преисподней, готовым в любую секунду обнажить невидимый меч и снести им головы.
Их психологическая защита рухнула мгновенно.
Забыв о гневе и угрозах, не смея больше произнести ни слова и даже взглянуть в её сторону, трое здоровяков развернулись и, спотыкаясь, бросились наутёк. Они бежали в лес, охваченные паническим ужасом, словно за ними гналась сама смерть.
Мужики, пришедшие наниматься к помещику Дину, проводили взглядами убегающих и только тут начали осознавать: этих троих вышвырнула та самая женщина, что стоит первой.
— Не... Невестка, ты... — Шуньцзы наконец обрёл дар речи, но тут же начал заикаться от волнения.
Цинь Яо мягко улыбнулась ему, успокаивая, а затем обвела взглядом десяток мужчин, стоящих позади.
— Я считаю так: неважно, мужчина ты или женщина. Если у тебя есть способности, ты имеешь право на честную конкуренцию, — её голос звучал ровно и твёрдо. — Я встала затемно, чтобы прийти сюда первой, поэтому я стою в начале. Те, кто пришёл позже, должны соблюдать порядок и вставать в конец. Это справедливо.
Ее слова были одновременно объяснением и предупреждением. Любой, кто захочет влезть без очереди, повторит судьбу той троицы.
Толпа дружно закивала, выражая полное согласие.
К счастью, прибывающие позже люди оказались куда благоразумнее, и подобных инцидентов больше не возникало.
Рваная, хаотичная толпа сама собой выстроилась в аккуратную шеренгу. Разумеется, Цинь Яо и Шуньцзы по-прежнему возглавляли её.
Когда небо на востоке окрасилось алым заревом рассвета, тяжёлые ворота поместья Дин наконец распахнулись.
На пороге появился мужчина средних лет в шёлковом халате и четырёхугольной шапочке, сопровождаемый человеком, похожим на управляющего.
— Кто это тут шумел у моих ворот? — строго спросил хозяин, едва переступив порог.
— Это помещик Дин, — шепнул Шуньцзы.
Цинь Яо кивнула. Она привыкла отвечать за свои поступки, поэтому сделала шаг вперёд и слегка поклонилась.
Помещик Дин нахмурился, оглядывая её с ног до головы.
— Ты?
Управляющий рядом с ним тоже выглядел удивлённым и поспешил вмешаться:
— Женщина, мы нанимаем работников для тяжёлого труда за пределами усадьбы. Кухарки нам не нужны.
— Я пришла наниматься на тяжёлую работу, — спокойно ответила Цинь Яо. — И да, я женщина. Это очевидный факт. Нужно ли нам тратить время на его многократное подтверждение?
Она не переодевалась в мужское платье и не скрывала лица. Постоянное удивление и переспрашивание начинали действовать ей на нервы.
Управляющий поперхнулся воздухом. Он видел, как эта женщина расправилась с тремя амбалами, не моргнув глазом, но стоило ему открыть рот, как он сам нарвался на грубость. Он благоразумно решил заткнуться и вопросительно посмотрел на хозяина.
Помещик Дин на самом деле стоял за воротами уже давно и через щель наблюдал за всей сценой. Он видел, как Цинь Яо швырнула людей, словно пушинки. Его глаза тогда едва не вылезли из орбит — никогда в жизни он не встречал женщины с такой чудовищной силой.
Управляющий даже шепнул ему тогда, что если бы не её пол, её можно было бы взять в личную охрану. Впрочем, не факт, что она бы согласилась.
— Я собираюсь построить школу для детей нашего клана, — произнёс помещик Дин, глядя прямо на Цинь Яо. — Мне нужно десять лесорубов. Работа заключается в валке леса и переноске брёвен. Ты умеешь валить лес?
Это было финальное собеседование. Чтобы получить работу, нужно было отвечать утвердительно, даже если не имеешь ни малейшего понятия о предмете.
— Умею, — уверенно заявила Цинь Яо.
И тут же, не давая никому опомниться, вытянула вперёд Шуньцзы:
— А он умеет ещё лучше меня. Мастер топора и пилы!
Внутренний голос Шуньцзы завопил: «Спасите! Караул!»
Какой, к демонам, лесоруб?! Он в жизни не валил строевой лес! Это не хворост собирать. Если срубить дерево неправильно, оно рухнет тебе на голову и превратит в лепёшку!
Цинь Яо бросила на него выразительный взгляд, в котором читалось: «Держи лицо!». Шуньцзы судорожно сглотнул, подавил панику и закивал головой, как китайский болванчик, подтверждая слова «невестки».
Помещик Дин с подозрением посмотрел на эту странную парочку.
— А вы двое... кем друг другу приходитесь? — осторожно спросил он.
— Это названый брат моего мужа, — не моргнув глазом, выдала заготовленную легенду Цинь Яо. — Мой супруг внезапно заболел и не смог прийти, поэтому я решила попытать счастья вместо него.
Услышав, что у неё есть муж, помещик Дин заметно расслабился. Наличие супруга делало ситуацию менее скандальной и более понятной. Он кивнул управляющему, давая знак записать их.
Шуньцзы едва не запрыгал от радости. Он отвесил помещику глубокий поклон и поспешил за управляющим во двор для регистрации.
Процедура была простой: записали имена, место жительства и выдали каждому деревянную табличку — пропуск работника.
— Начало работы в час Дракона (семь утра), конец — в конце часа Обезьяны (пять вечера), — монотонно бубнил управляющий. — Перед началом смены отмечаетесь в усадьбе, получаете завтрак, затем идёте с бригадиром на место. В полдень вам принесут обед. Питание двухразовое, плюс десять вэней в день. Если всё устраивает, ставьте отпечаток пальца.
Мозг Цинь Яо автоматически перевёл древнее расписание в современный формат: с 7:00 до 17:00, десятичасовой рабочий день, полный пансион.
— Сколько времени на обед? — деловито уточнила она.
Управляющий посмотрел на неё как на диковинку. Впервые батрак интересовался продолжительностью перерыва. Обычно все работали столько, сколько скажет бригадир.
— Пятнадцать минут, — всё же ответил он.
Четверть часа. Этого едва хватит, чтобы проглотить еду, не говоря уж о том, чтобы сходить в туалет.
Десять часов тяжёлого физического труда. Условия так себе, но выбирать не приходилось. Цинь Яо закатала рукав и прижала большой палец к бумаге с контрактом.
Получив деревянные бирки, они отошли в центр двора ждать остальных.
— Десять вэней в день! И кормят дважды! — восторженно шептал Шуньцзы, прижимая к груди заветную дощечку.
Кажется, он напрочь забыл о том, что ни он, ни она не имеют ни малейшего представления о том, как валить вековые деревья.
Цинь Яо лишь хмыкнула. Она ожидала увидеть внутри усадьбы роскошь, но обстановка оказалась довольно скромной, напоминающей старые пекинские сыхэюани. Впрочем, по сравнению с их деревенскими хибарами это был настоящий дворец.
Эйфория Шуньцзы длилась ровно до того момента, пока бригадир Дин У не привел их в кедровый лес и не вручил ему огромную двуручную пилу.
Только тогда, сжимая в руках холодный металл, он с ужасом осознал, во что ввязался.
Обновлено: 15.02.2026