Глава 212 — Глава 105. ч.2.

Говорят, для учителя нет большей радости, чем способный ученик, и это была чистая правда. Кроме того... «И я кое-что получаю». И он говорил не о той банальной фразе, что, обучая, учишься сам. «Мне нравится, что эти ребята не избегают боя». Возможно, их задело поражение, которое они потерпели накануне, но рыцари сами подходили к Ли Хану и вызывали его на поединок. Иногда это были дуэли один на один, иногда — несколько против одного, но Ли Хан был рад любому раскладу. Невозможно развить боевые навыки, просто тренируя силу и отрабатывая техники в одиночку. Возможность постоянно сражаться, точнее, спарринговаться с разными противниками, была огромным шансом. Особенно если учесть, что и в прошлой, и в нынешней жизни за хорошего спарринг-партнёра приходилось платить, а эти сами напрашивались на бой. Он был им безмерно благодарен. Возможно, благодаря этому? За неделю, что Ли Хан почти каждый день бывал в поместье маркиза, его тело находилось в превосходной форме. Если бы кто-то другой участвовал в таких беспорядочных спаррингах, его тело было бы сплошным синяком и могло бы пострадать, но в этом мире, где существуют зелья, мало кто мог навредить себе, просто много тренируясь. В случае Ли Хана — тем более. «У всех интересные техники. Особенно эта Нить меча. Действительно заманчивая техника». Техника, позволяющая распространять Ки меча подобно нити... С точки зрения применения, её можно было использовать гораздо разнообразнее, чем Искусство Меча Цвета Сливы. «Цветком сливы я не могу управлять по своему желанию». В отличие от этого, Нитью меча можно было управлять свободно, по воле мечника. Однако, как бы ему ни хотелось этому научиться, подобные техники требовали исключительного таланта и одарённости, так что ему это было не по силам... «Быстро научиться не получится». Ли Хан с сожалением проглотил разочарование. — Почему у вас такое лицо, господин Ли Хан? — Лучше бы о своей внешности беспокоился, а не о моём лице. Вылитый мокрый кот. Бейл, шесть раз подряд потерпевший неудачу с Ильвидоганом, выбрался на берег в виде мокрой мыши. Он стряхнул с себя воду и криво усмехнулся. — Это оказалось довольно сложно. Как вообще можно устоять на травинке? — Я — ничто. Среди тех, кто это делал, был человек, который пересёк реку всего на одном камышовом листке. — Да что там за река... — К слову, это был не просто река, а Великий канал Ниневия. — ...Сказали бы уж лучше, что он море пересёк. Великий канал Ниневия. Огромная водная артерия, находящаяся под управлением дома Галахад. Говорят, что те, кто видит воды Ниневии впервые, сомневаются, не море ли это. Другими словами, река была настолько огромной, что её можно было принять за море. И пересечь такую реку на одном камышовом листке? — Этот человек что, эльф или Пользователь Ауры? — Не знаю, эльф он или Пользователь Ауры, но он просто монах, обычный монах. — Монах? ...Монах? Хм-м, может, Монах ранга Святого? Такие, возможно, и способны использовать подобное таинство... — ... Бейл совершал кощунственный поступок, превращая Бодхидхарму в священнослужителя, но Ли Хан не стал его поправлять. В королевстве, где почти все религии, кроме единственной — Света Сияния, — считались еретическими, упоминание буддизма сделало бы его самого еретиком. Не желая устраивать разборки с инквизиторами, Ли Хан молча позволил ему заблуждаться и решил сменить тему. — Кстати говоря, мне вот что интересно: эта ваша Нить меча, она случайно не... — Господин Ли Хан! Господин Ли Хан Тортл здесь? — ?.. Как только он собрался задать вопрос о Нити меча, его внезапно окликнул слуга из поместья маркиза. Ли Хан молча перевёл на него взгляд. Но Бейл опередил его. — Почему такой шум? Разве ты не знаешь, что это тренировочная площадка? — Ах, господин Бейл. П-прошу прощения. Просто дело очень срочное... — Срочное дело? — Да, там... — ...Хм-м? — Хе-хе, здравствуйте. — ?.. Королевская горничная. Служанка из королевского дворца лучезарно улыбнулась и поздоровалась с ним. Бейл на мгновение даже забыл, что собирался на неё накричать. Стоило ему увидеть горничную, Лейлу Винтер, как его гнев чудесным образом испарился. Оставив ошеломлённого Бейла, Ли Хан с удивлением посмотрел на неё. — Госпожа горничная? — Господин рыцарь~. При виде Лейлы Ли Хан моргнул. В это время она обычно дремала в гамаке у его хижины. Он хорошо знал, что в последнее время у неё вошло в привычку спать днём в прохладной тени, поэтому удивился, почему она отказалась от своего сна и пришла сюда. — Ничего особенного. Просто просили вам это передать! — ?.. Горничная протянула ему изящное письмо, запечатанное сургучом с впечатляющим оттиском в виде льва. Однако, увидев герб льва, точнее, Серебряного Льва, Ли Хан помрачнел. Что-то недоброе. «Хотелось бы сжечь...» Письмо пришло из рыцарского ордена, его прежнего места работы, что вызывало сильное беспокойство. Но сжечь его на глазах у всех он не мог, поэтому Ли Хан решил просто взять письмо у Лейлы. Он подумал, что может положить его в карман и разобраться с ним позже. Однако... — Ах, вам велели прочитать его сразу же после получения. Сказали, есть опасения, что вы можете его тайно сжечь. — Эта женщина и вправду!.. Словно читает его мысли. Был лишь один человек, способный на такое, и Ли Хан нахмурился. — ...Тцк. С выражением крайнего недовольства на лице Ли Хан развернул письмо и начал медленно читать. Пиршество слов, полное сложных витиеватых фраз. От одного только чтения голова шла кругом, но, внимательно вчитавшись, чтобы понять суть... — ...Что это за бред сивой кобылы?! Ли Хан скомкал письмо. [Приказываю Ли Хану Тортлу временно вернуться к исполнению обязанностей.] Таково было краткое содержание письма, и Ли Хан вскипел. Эта женщина что, издевается над ним, как над какой-то шавкой?! Сначала выгнала, а теперь приказывает вернуться?! Просто смешно. За кого она его принимает?! «На этот раз я этого так не оставлю!» Ли Хан принял решение. Сестра так сестра, но сегодня он устроит ей настоящую разборку. И как раз в тот момент, когда он решил привести в порядок топорик, мирно спавший у него за пазухой... — Ах, да. Господин рыцарь, принцесса велела передать вам ещё и это! — ... — Хе-хе, она сказала, что вам понравится. Похоже, это правда. — ...Госпожа горничная. — Да? — ...Такие вещи нужно отдавать в первую очередь. — Простите. — Нет-нет, всякое бывает! Аха-ха! Ли Хан раскатисто рассмеялся. И было отчего: при виде подарка, который горничная достала из-за пазухи, его кипящий гнев утих, словно его окатили холодной водой. — Амброзия. Амброзия, чей цвет стал ещё более сияющим, чем накануне, излучала золотистый свет. Это было сияние, способное растопить любой гнев.