Глава 49 — Глава 48 Бэтмен война банд

— Давай быстрее, пока никто не пришёл, — прошипел один из бандитов, крадучись вдоль стены уходящей в подвал. — Я же тебе сказал, мы первые, кто успел сюда дойти.— хмыкнул второй. — Твой коллега сказал, что Чёрную Маску всё это время заменял какой-то псих. Значит настоящий мертв. Это правда? — Да, да. Он именно так сказал, но потом связь оборвалась. Выстрелы, крики… — Хреново. Ладно, давай вперед. Если там и есть что-то ценное, оно там. — Он махнул рукой к лестнице вниз. Подвал встретил их гнилым воздухом и скрежетом цепей. В дальнем углу, прикованный к стене, сидел человек. Лицо его было измученным, грязным, но чёрная маска была всё ещё на месте. — Ну наконец-то, ублюдки. Вы пришли, — прохрипел он. — Сколько же можно было ждать?! — Босс?.. Вы… вы Чёрная Маска?.. — один из бандитов моргнул, ошеломлённый. — Мы думали… мы думали, что вы уже коньки отбросили. А то тут такой псих ходил, будто вы… — Заткнись и освободи меня, — прорычал тот. — Немедленно. Один из них бросился к замку, распиливая цепь. Освободившийся человек в маске тяжело встал, растирая затёкшие руки. — Мы не знали… простите. Значит вы все это время были здесь? Почему вы всё ещё в маске? — В этой маске я родился, — процедил он. — Это не просто пластик. Это традиция. Она приварена к моей коже я сам это сделал. Только так можно узнать настоящего меня. Он протянул руку: — Пушку. Сейчас же. Они молча передали ему пистолет. Через секунду, когда оба отвернулись, прогремел выстрел. Один упал, как мешок. — Б-босс?! — второй еле повернулся, но упал на колени, схватившись за живот. — Почему…? За что…? — Вы не должны знать, — спокойно произнёс он. — Никто не должен знать о моём позоре. Что я был прикован, как собака. Простите. Таков уж бизнес. Он одел новый чистый костюм, проверил патроны в пистолете. Затем резко вскинул голову. — Но теперь всё изменится. Роман Сайонис, он же Чёрная Маска, знал, что делать дальше. Этот ублюдочный клоун не мог молчать он был слишком болтлив. Пока играл в него, он рассказывал всё — от планов до маршрутов. Он более менее понимал в каком сейчас положении его банда. Роман вышел на улицу и собрал тех, кто ещё остался верен старым связям. Он не стал оправдываться. Он не говорил, что был пленником. Он лишь сказал: — Старая мафия засиделась. Пора сменить хозяина. Его голос был холоден, но в нём звучала сталь. Он видел в этом новую возможность. Клоун пока подождет. — Мы поднимаемся наверх. Мы сносим всё к чёрту. А потом… потом мы доберёмся до того, кто смеялся в моей маске. Он поднял пистолет в небо, и все, кто слышал, поняли — Готэм снова дрожит. Только на этот раз — от гнева того, кто вернулся. *** — Вы всех убили? — голос был холоден, как лёд, и в нём не было ни намёка на интерес. Двое мужчин стояли посреди разгромленного особняка. Один из них, в грязной куртке и с автоматом наперевес, кивнул: — Всех. Взрослых, охрану, даже кухарку. Остались только дети. И София Фальконе… но она в психушке, до неё пока не добраться. Второй мужчина сделал шаг вперёд. Его фигура была грузной, в коротком фраке с меховой отделкой. Лицо — с характерным длинным носом и жестокой ухмылкой. Он не нуждался в представлении. Освальд Кобблпот. Пингвин. Он молча прошёл через гостиную, пнув ногой разбитую вазу, и остановился у окна. Перед его глазами всплыли слова, сказанные Кармайном Фальконе месяц назад, когда тот публично унизил его: «Ты обычный пингвин, простой трус помалкивай и не мешай» Эти слова пульсировали в его памяти. Он знал, что не забудет. Он знал, что не простит. Он нашёл союзника — одного из родственников Кармайна, у которого тоже были счёты с семейством. Предательство внутри рода. План вынашивался недолго: резня в день, когда Кармайн покинет дом на собрание Сиониса. Всё прошло как по нотам. Фальконе больше нет. — Слабаки, — процедил Освальд, глядя на тех, кто стоял перед ним. — Даже с детьми разобраться не можете. Он вытащил пистолеты из-под пиджака. И не колебался ни секунды. Два выстрела. Два коротких, хлёстких звука. И больше не осталось никого. — Вот так. Быстро. Без истерики, — бросил он и повернулся к своим людям. Те смотрели в пол, кто-то дрожал. — Теперь у вас новый босс. Новый крестный отец. — Он подошёл ближе. — Запомните это лицо. Я здесь надолго. Пингвин вытер ствол от пороха, убрал пистолет и направился к двери. Его шаги звучали как отмеренные удары нового порядка. *** Джокер стоял залитый тусклым светом пробитых прожекторов, и медленно зааплодировал. — Молодец, молодец… — усмехнулся он. — Я потрясён. Своей чёртовой силой воли ты смог разнести всех моих ребят. А ведь я мог сбежать… ещё на первых минутах. Но что в этом было бы? Где поэзия? Где театр? Нет, я ждал тебя, Бэтс. Потому что эта сцена требует нас двоих. Я должен лично тебя убить! Бэтмен стоял напротив. Израненный. Плащ порван, броня в царапинах и кровавых пятнах. Он молчал. Лицо — как маска камня. — Ты ведь понимаешь, — продолжал Джокер, — это не просто драка. Это — борьба между созданием и создателем. Ты — мой создатель, мой скульптор. Ты меня создал. Бэтмен шагнул вперёд. Его голос сорвался не от усталости, а от ярости: — Я тебя создал?! Это ты меня создал! — закричал он. — Ты убил их! И он бросился на Джокера, как взрыв ярости. Джокер засмеялся, уклоняясь, и в тот момент, когда кулак Бэтмена уже был у лица, он ловко развернулся и вонзил нож в бок. Бэтмен скорчился от боли, упал на одно колено. Джокер вытащил лом из груды мусора и со всей силы ударил по его голове. Бэтмен упал. — Неважно, кого я убивал, — смеялся Джокер, — важно, чтобы это было весело! И он продолжал бить. Один, два, три удара… Бэтмен почти терял сознание, но собрал остатки силы, рывком поднялся и… Вытащил флакон Венома. — О, нет-нет, — зашипел Джокер, нажав на цветок на груди. Брызги кислоты ударили по перчатке Бэтмена. Он резко сорвал её, кожа едва не обожжена. Он бросился на Джокера, повалил его, сбил его своей головой на пол маска Бэтмена треснула, затем начал бить кулаками по лицу клоуна. Джокер захлёбывался смехом и кровью. — За всех… — выдохнул Бэтмен. — За их смерть, я убью тебя! Джокер, смеясь, достал нож из его ребра и снова начал колоть его, слабея на каждом движении. Но силы уже покидали его. Он отпустил оружие. — Давай, — прохрипел он. — Убей меня. Ха-ха-ха! Стань, как я. Услышав эти слова Бэтмен занёс кулак… и застыл. Перед глазами пронеслись как старые так и новые лица— Джим Гордон. Альфред. Селина. Юноша в цирке так сильно напоминающий его. Он опустил руку. И выдохнул. — Ты правильно поступил, — раздался голос. Бэтмен повернулся. — Джим… Как давно ты здесь? — Только что подошёл, — ответил Гордон. — Я надеялся, что ты не такой, как все эти маньяки. И я оказался прав. — Останься здесь. Я… вызову помощь. Гордон получил сигнал из рации немного отвлекся, обернувшись назад он не увидел Бэтмена. — Надеюсь, это у него не войдёт в привычку, — пробормотал комиссар. Бэтмен, избитый, залитый кровью, шатаясь, добрался до Бэтпещеры. Он активировал коммутатор и прохрипел: — Альфред… Помоги мне. Голос его сорвался. На мгновение мир вокруг него погрузился в тишину, а затем мрак.