— [Падающая Звезда]!
Каменный монолит, толщиной с вековое дерево, вырвался из-под земли прямо перед ним, принимая удар на себя. Гигантские клешни с чудовищной силой врезались в камень, яд зашипел, разъедая в нем глубокую дыру, но столб был достаточно толстым, чтобы выдержать и удар, и кислоту.
«Его атака выше моей защиты, обмениваться ударами в открытую — верное самоубийство. Это был лучший и единственно верный контрудар, который я мог придумать в этой ситуации».
После такой мощной, размашистой атаки у паука неизбежно возникнет крохотное «окно» уязвимости, пока он придет в себя. Эллиот немедленно использовал его. Ещё одна [Падающая Звезда]! На этот раз каменный столб вырос не перед ним, а прямо под мягким, незащищенным брюхом Железноклешневого Паука, с силой подбрасывая его высоко в воздух!
Несмотря на грозный вид и крепкий панцирь, брюхо любого паука было его слабым местом.
И пока элитный монстр беспомощно кувыркался в воздухе, не в силах защититься или атаковать, Эллиот активировал свой другой навык.
— [Каменный Взрыв]!
Два оглушительных взрыва, один за другим, сотрясли пещеру. Каменный столб, защищавший Эллиота, и тот, что подбросил паука в воздух, взорвались практически одновременно.
«Да, я неизбежно получу урон от собственного навыка. Но пауки по своей природе куда более хрупкие создания, чем драконы. Моё магическое сопротивление и общая прочность несравнимо выше. Даже попав под один и тот же взрыв, я пострадаю значительно меньше. Это приемлемый размен».
-233, -61! (урон, полученный Пауком)
-13, -49! (урон, полученный Эллиотом)
Цифры, вспыхнувшие в воздухе, подтвердили его холодный расчет. Первая группа — сокрушительный урон по врагу, вторая — терпимый урон по нему самому. Так как [Ядро Земли] ещё действовало, первый взрыв, от его собственного щита, нанёс ему всего 13 единиц урона. Второй, от столба под пауком, пришёлся уже по незащищённому телу.
«Отлично. При таком обмене ударами паук гарантированно падёт первым!» — с холодным облегчением подумал Эллиот. — «В этом и есть главное преимущество моей расы. Высокая защита означает, что даже в ситуации взаимного уничтожения, в размене ударами, враг всегда потеряет больше здоровья, чем я. Слава богам, что я — Земляной Дракон. Будь я любым другим монстром, такой размен был бы для меня абсолютно фатальным».
Одна эта быстрая и эффективная комбинация отняла у паука почти 300 очков здоровья. Даже с его внушительной тысячей ОЗ, он не выдержит много таких атак. «Жаль, конечно, что мой шанс критического удара на ранних этапах так низок. Если бы это был крит, удвоивший урон, я мог бы снести ему половину здоровья за один раз. Ну что ж, придется просто медленно и методично его изматывать».
В стороне…
Кумоко, прижавшись к стене, наблюдала за столкновением двух титанов. Визуальное воздействие было невероятным, словно она смотрела трёхмерный блокбастер с полным погружением — напряженно, зрелищно и абсолютно завораживающе. И в то же время её охватило острое, как укол ядовитого жала, чувство беспомощности и горького, унизительного разочарования.
«Я… я слишком слаба. Бесполезна. Я даже не гожусь для того, чтобы ввязаться в эту драку. Один шальной удар от любого из этих гигантов — и от меня даже мокрого места не останется. Я просто зритель».
Внутри неё закипало глухое, бессильное негодование.
«Я нашла себе такого могучего союзника, как Земляной Дракон, но по-прежнему способна лишь убегать и прятаться, как последний трус. Это жалко! Невыносимо жалко! Всё, на что я способна — это карабкаться по стенам, чтобы выжить. Я просто… слишком слаба».
«Что я буду делать, если мы столкнемся с монстром, которого даже он, Большой Брат, не сможет победить? Что тогда?»
«Неужели я так и буду вечно бегать и прятаться в тени его силы? Рано или поздно, в этом проклятом лабиринте, мы встретим врага, которого нам не одолеть. И что тогда? Я буду просто смотреть, как Большой Брат сражается за свою и мою жизнь, пока я, дрожа от страха, прячусь в какой-нибудь темной щели?»
«Нет! Хватит! Я не хочу этого! Я не хочу больше быть обузой, балластом, бесполезным прицепом!»
«Я должна стать сильнее! Сильнее, чем сейчас! Такой же сильной, как он! Чтобы сражаться рядом с ним, а не за его спиной!»
Кумоко дала себе безмолвную, но твердую, как алмаз, клятву. Она не хотела вечно полагаться на его защиту. Она тоже хотела сражаться. Жить с достоинством!
…
Тем временем битва подходила к своей кровавой развязке.
И тут же проявилась обратная сторона низкого уровня и частого использования мощных навыков. У Эллиота закончилась мана. Его синяя полоска, еще недавно полная, теперь была пуста и безжизненна. Без навыков зельеварения или медитации его мана восстанавливалась мучительно медленно, по капле.
К счастью, после нескольких сокрушительных серий атак здоровье Железноклешневого Паука было на критически низком уровне. Он едва держался на своих дрожащих лапах, а его панцирь был покрыт трещинами и дымящимися ранами. Его можно было добить и обычными атаками.
Эллиот в последний раз использовал остатки маны, чтобы обновить свое [Ядро Земли], и, издав низкий, гортанный рык, ринулся в лобовую, самоубийственную атаку.
Столкновение двух массивных тел сотрясало землю. Для таких гигантов уклонение было бессмысленным и неэффективным. Это была чистая, первобытная схватка грубой силы, где всё решали характеристики, запас прочности и воля к победе. И это была стихия Эллиота!
Яд паука был силён; затягивать бой было нельзя. Ему нужно было закончить это здесь и сейчас.
Каждая атака теперь была простой и прямолинейной. Никаких изысков, никакой магии. Лишь удар когтями, укус, таран всем телом.
-129! (урон Эллиота)
-45, -38! (урон Паука + периодический урон от яда)
Базовая атака Железноклешневого Паука по-прежнему накладывала эффект яда, нанося два экземпляра урона. Но даже в сумме этот урон был значительно меньше, чем от одного удара Эллиота. Размен был в его пользу.
Наконец, после очередного обмена ударами, когда Эллиот вонзил свои когти глубоко в трещину на панцире паука, ОЗ элитного монстра достигли нуля. С последним, полным муки и обиды визгом, который эхом пронесся по пещере, он неохотно рухнул к ногам Эллиота, поднимая облако пыли. Сам дракон тоже был изрядно потрёпан — у него оставалось чуть больше сотни очков здоровья, а часть его каменной чешуи была разъедена ядом.
[Побеждён Элитный Монстр 8-го уровня (Убийство с превышением уровня), ОПЫТ +18000]
[Вы Повысили Уровень!]
[Вы Повысили Уровень!]
[Достижение Разблокировано: Истребитель Элиты! Получен Титул: [Истребитель Элиты]! Выберите 1 Награду в виде Навыка!]
[Истребитель Элиты]: Наносит на 10% больше урона Элитным Монстрам. Получает на 10% меньше урона от Элитных Монстров.
Системные уведомления звенели в его сознании одно за другим, принося с собой волну тепла от повышения уровня, которая заживляла раны и восстанавливала силы. Эллиот удовлетворенно кивнул. Он не только мгновенно поднялся на два уровня (теперь он был 4-го), но и получил чрезвычайно ценный титул.
«В этом мире титулы — одна из лучших и самых редких наград. Их эффекты пассивны и суммируются, давая вечные бонусы к характеристикам или уникальные способности. Это напомнило ему, как в оригинальной истории Кумоко получила титул [Пожиратель Родичей], а позже и куда более могущественные, вроде [Правителя Гордыни]. Некоторые из них, как титулы Семи Смертных Грехов, были до смешного, до абсурда мощными. Так что, чем больше титулов, тем лучше. Этот мне точно пригодится в будущем, ведь этот лабиринт кишит элитой».
Он получил два уровня, 500 очков навыков (по 250 за каждый уровень) и бесплатный навык на выбор! Совсем неплохой улов за одну тяжелую битву. (Остаток ОН: 0 + 500 = 500)
---------------------------------------------
Глава 11
— Братец! Ты как, в порядке?!
Едва стих грохот битвы, сменившись гулкой, почти оглушающей тишиной, Кумоко, неловко цепляясь лапками, сползла со стены. Воздух был тяжелым и плотным, пах озоном, раскаленным камнем и едкой кровью монстра. Совесть царапнула когтями, оставив глубокую, кровоточащую рану на ее самооценке: она чувствовала себя виноватой, жалкой, почти бесполезной. Все сражение она просидела в стороне, наблюдая за смертельным балетом, не в силах даже пошевелиться. «Я так боялась помешать, — лихорадочно оправдывалась она перед собой, — боялась, что мое неуклюжее, паническое вмешательство лишь собьет его смертоносный танец и принесет больше вреда, чем пользы».
Эллиот не удостоил ее ответом. Он лишь молча, с пугающей методичностью, совершил гулкий, требующий внимания шлепок своим громадным когтем по остывающей хитиновой туше паука-великана. Панцирь, еще недавно казавшийся несокрушимым, глухо треснул. А затем дракон устремил на Кумоко тяжелый, выжидающий взгляд своих древних, нечеловеческих глаз, в глубине которых плескался холодный, как лед, разум.
«Титул [Истребитель Элиты] у меня. Теперь ее черед. Эта маленькая паучиха должна стать сильнее, и как можно скорее. Если она поглотит этого Железноклешневого Паука… своего дальнего, выродившегося сородича… то получит титул [Пожиратель Родичей]. Это ключ. Ключ к силе, которую невозможно получить обычным путем. Чистая выгода. Она станет сильнее, а значит, и ценнее для меня в грядущих битвах».
Кумоко смущенно переступила с лапки на лапку, виновато опустив голову и вжимаясь в холодный камень. Сама мысль о том, чтобы есть… это, вызывала у нее тошноту.
— Но… братец… я же совсем не голодна. Я только что… э-э-э… перекусила…
Эллиот повторил жест, на этот раз настойчивее, с такой силой вдавив коготь в панцирь, что по нему пошли новые трещины. В его немигающем взгляде застыл недвусмысленный, ледяной приказ, не терпящий ни возражений, ни промедления. Это был взгляд хищника, взгляд хозяина, взгляд того, кто уже все решил.
— Ладно-ладно, все поняла! — пискнула она, чувствуя, как ее собственная воля тает под этим давлением. — Не пропадать же добру, верно? Второму обеду — быть!
Прагматизм и въевшаяся за время выживания в Лабиринте привычка не упускать ни единого шанса взяли верх над брезгливостью и остатками человеческой морали. Движимая благородным порывом не дать пропасть ни грамму ценного белка, Кумоко с отчаянной решимостью, зажмурившись, вгрызлась в гигантскую тушу.
— Фу-у-у… какая же дрянь… Будто ржавых гвоздей нажевалась… — давясь и морщась от омерзительного металлического привкуса, который, казалось, разъедал ее ротовой аппарат, Кумоко заставляла себя отрывать кусок за куском. Текстура была еще хуже: нечто среднее между жесткой резиной и холодным, комковатым желе. К счастью, перерождение в монстра-паука одарило ее феноменально стойкой пищеварительной системой. Поедание ядовитой элитной твари, казалось, не причиняло ей ни малейшего физического вреда, лишь ментальные страдания.
Когда последний омерзительный кусок был проглочен, а сама Кумоко раздулась, точно воздушный шарик, готовый вот-вот лопнуть, в ее сознании прозвенело долгожданное, почти музыкальное уведомление Системы. Оно пришло не как звук, а как вибрация, прошедшая по всему ее существу, как вспышка ледяного синего света за закрытыми веками.
[Условие выполнено. Получен титул: [Пожиратель Родичей]!]
[На основе эффекта титула получены навыки: [Табу Ур. 1], [Еретическая Магия Ур. 1]!]
«Пожиратель Родичей…» — от одного названия по лапкам пробежал холодок, а желудок свело спазмом, не имевшим ничего общего с пищеварением. Кумоко в ужасе, смешанном с благоговением, уставилась на Эллиота. Она тут же вспомнила его странные, брошенные вскользь речи об охоте на другого Земляного Дракона. Теперь все части головоломки, все обрывки фраз и недомолвки встали на свои места. Осознание ударило, как обухом по голове. Он с самого начала знал! Знал, как заполучить эти запретные, могущественные, еретические навыки! Он всё подстроил! Это не было случайностью, это был хладнокровный расчет.
«Ого… Братец… он не просто чудовищно силен. Он дьявольски умен и расчетлив! Он играет в игру, правил которой я даже не знаю…»
Эллиот уловил вспышку понимания и животного страха в ее глазах и удовлетворенно хмыкнул про себя. «Отлично. Она поняла. Страх — хорошее подспорье для уважения. Все идет по плану. А теперь пора убираться отсюда. Мы привлекли слишком много внимания. Запах крови и эманации элитного монстра разносятся по Лабиринту на мили».
Ш-ш-ш-ш…
Еще один странный, незнакомый звук, не похожий на рык монстров или скрип камня, гулким эхом прокатился по пещере. И тут же у входа в их убежище, совсем рядом, полыхнул слепящий, неестественно яркий свет. По стенам пещеры, пожирая ее собственную, любовно сплетенную паутину, заплясали злые оранжевые языки. Огонь с хищным треском перекидывался с нити на нить, стремительно отрезая им путь к отступлению и наполняя воздух запахом гари.
«Ее паутина еще не обладает [Сопротивлением Огню], горит, как порох. Уязвимость, которую надо будет устранить в первую очередь. Еще одно доказательство того, что она слишком слаба».
— Огонь!
— Что?! Откуда?! Что происходит?! — запаниковала Кумоко, инстинктивно пятясь вглубь пещеры.
Выглянув сквозь прогоревшую дыру в огненной завесе, Кумоко замерла. Там, в неверном, пляшущем свете факелов, стояли… люди. Несколько человеческих силуэтов в кожаной и металлической броне.
«Никогда нельзя недооценивать людей в этом мире. Их базовые характеристики смехотворны по сравнению с даже средним монстром, но они компенсируют это умом, тактикой, инструментами. И главное — они почти никогда не действуют в одиночку, предпочитая слаженные, смертоносные группы. Стая гиен, способная завалить льва».
— Люди… Авантюристы? — ахнула Кумоко. Она и представить не могла, что встретит их здесь, в самых глубоких и опасных ярусах Великого Лабиринта Элро, куда, по слухам, рисковали спускаться лишь самые отчаянные герои.
«Уходить. Немедленно!» — мысленный приказ Эллиота прозвучал как удар гонга, отрезвляя и выдергивая из паники. Он-то знал, зачем они здесь. В его памяти, в его знании о грядущем, эти авантюристы пришли за редчайшим сокровищем — яйцом Земляного Дракона. А дракон внутри этого яйца… был одним из бывших одноклассников Кумоко. Еще один переселенец.
…
Выражение каменной морды Эллиота стало еще мрачнее, превратившись в непроницаемую маску. «Люди, особенно опытные авантюристы, быстрее моей нынешней формы. Их ловкость и выносливость позволяют им передвигаться по этим туннелям с пугающей скоростью. Бежать в открытую — плохая затея. Нужно перехитрить их, использовать их же цель против них».
Он сосредоточился, прокручивая в голове хроники будущего, которые были его главным оружием. «Они ищут совершенно конкретное яйцо. И оно невероятно важно. Дракон, что дремлет в нем, — это Мирей Шинохара, одна из одноклассниц Кумоко. Ей, как и нам, не повезло оказаться в этом мире, но повезло с телом могучего Земляного Дракона, одного из аристократов этой экосистемы».
«В отличие от моего или, тем более, нелепого, почти оскорбительного старта Кумоко в теле слабейшего паука, Мирей вытянула самый счастливый билет. Используя уникальную способность [Нирвана Тяжелого Камня], она обрела человеческий облик на смехотворно раннем, 15-м уровне. Кумоко, для сравнения, пришлось страдать, сражаться и пожирать все, что движется, до 50-го».
«Мирей, будущая «Дева Земляного Дракона», была, по сути, главной любимицей фортуны среди всех переселенцев. Родившись здесь, в Лабиринте, она попала в руки не монстров, а этих самых людей. Они преподнесли ее королевскому двору как бесценный дар, и она без малейших усилий и лишений воссоединилась с другими одноклассниками. Судьба буквально расстелила перед ней ковровую дорожку, усыпанную розами, в то время как мы ползли по битому стеклу».
«Более того… позже она совершит немыслимое — эволюционирует из Земляного Дракона в Светлого, совершив уникальный межвидовой скачок. Это событие само по себе легендарно. Она сохранит свою прекрасную человеческую форму, получит заоблачные характеристики и, как вишенка на торте, будет владеть навыками обеих драконьих линий — несокрушимой защитой Земли и божественной мощью Света».
«Ее итоговая мощь станет сравнима с силой легендарного Арабы, древнего стража этих подземелий. Она станет одной из ключевых фигур на стороне людей, их сияющим знаменем, превзойдя даже их учителя, ставшего чистокровным эльфом».
Эллиот мысленно оскалился. Допустить, чтобы столь ценный актив, столь мощная фигура, способная изменить баланс сил в мире, попала в руки людей так просто и так рано? Нет. Эллиот этого не допустит.
«Соблазн сожрать ее яйцо и самому получить [Пожирателя Родичей] вместе с колоссальным количеством опыта велик, но стратегически это неверно. Это тактический выигрыш, но стратегический провал. Я не могу позволить людям заполучить ее. Она слишком ценный ресурс, чтобы отдавать его потенциальному врагу. Они сделают из нее оружие, направленное против тех, кого сочтут угрозой. Против меня».
«Чужая душа — потемки, а человеческая — вдвойне. В этом мире люди уже не раз доказывали свое коварство и способность манипулировать. Они окружат ее заботой, убедят в своей правоте, и она, не знавшая настоящих лишений, легко примет их сторону. Нет, он не отдаст ее им. Она станет моим ферзем, а не их».
Обновлено: 19.01.2026