Глава 6 — Глава 6

— Что-то по тебе не видно паники. — Я... наверное, просто в шоке. Оцепенел. Юй Цзя прищурилась. — А кем ты работал в реальном мире? Точно иллюстратором? Она с самого начала чувствовала: этот парень — тёмная лошадка. Вчера она уже мысленно похоронила его, а он не только выжил, но и теперь смотрит на кровавое месиво так, будто это пролитый томатный сук. — Просто художник, — пожал плечами Цинь Юй. О потере памяти он решил умолчать. Меньше знают — крепче спят. Юй Цзя кивнула, но по её глазам было видно: не поверила ни на грош. В Бронзовом Мире ложь о профессии — это норма выживания. Время поджимало. Подавив отвращение, она присела на корточки рядом с останками, пытаясь найти хоть что-то. Но, кроме того, что Лю Фэна порубили топором или тесаком, понять было ничего невозможно. В этот момент Сунь Цайлянь, которую только что вывернуло наизнанку желчью, вдруг выпрямилась и ткнула в Цинь Юя толстым пальцем. — Эй! Это ведь ты его угробил, да?! — заверещала она. Цинь Юй удивлённо приподнял бровь: — Чего? Ты бредишь? — Я брежу?! — Сунь Цайлянь упёрла руки в боки, и её объёмная грудь угрожающе колыхнулась. — Вчера призрак охотился за тобой! Сдохнуть должен был ты! Почему же тогда здесь валяется Лю Фэн?! Ответ один: ты подставил его! Сделал из него живой щит, чтобы спасти свою шкуру! Линь Бочао тут же подхватил эту идею: — Сестрица Сунь права! Иначе почему умер Лю Фэн? — Он схватил Цянь До за рукав и с торжествующим видом затряс его: — Я же говорил! Говорил, что от этого типа надо держаться подальше! А ты не верил! Если бы я вчера не выгнал его из нашей комнаты, на месте этого фарша лежали бы мы с тобой! Цянь До растерянно моргал: — Да н-не может быть... Братец Цинь не такой... — Что ты понимаешь, малявка?! — рявкнула Сунь Цайлянь. — Я нутром чую гниль! Народ, слушай меня! Надо его связать! Скрутим его, и пусть сидит взаперти. Тогда призрак точно пойдёт к нему, и мы будем в безопасности! — В точку! — Линь Бочао возбуждённо взмахнул кулаком. — Хватайте его! Навались! И... тишина. Линь Бочао посмотрел на Сунь Цайлянь. Сунь Цайлянь посмотрела на Линь Бочао. Оба яростно сигнализировали друг другу глазами: «Ну давай, нападай первым!» Поняв, что партнёр такой же трус, они мысленно обматерили друг друга и с надеждой уставились на остальных. Тан Сяолань сползла по камням в обморочном состоянии. Цянь До смотрел на Цинь Юя с наивной верой: «Он не плохой». Юй Цзя, видя, к чему всё идёт, поспешила вмешаться: — Прекратите истерику! В Мире самое страшное — это разлад. Старожилы рассказывали, как целые группы погибали только потому, что начинали грызть друг друга! Пока крикуны мялись, Цинь Юй решил, что с него хватит. Он сделал два широких шага и схватил тщедушного Линь Бочао за шкирку, как нашкодившего котёнка. — Э! Т-ты чего творишь?! Линь Бочао дрыгал ногами в воздухе, но вырваться из железной хватки не мог. БАМ! Цинь Юй впечатал его спиной в камни и сжал пальцы на горле. — Ты, кусок дерьма, решил меня скрутить? — Голос Цинь Юя был тихим, но от него веяло могильным холодом. — Откуда столько смелости? Вчерашнее выселение он мог понять — страх, инстинкт самосохранения, они чужие друг другу люди. Но попытка натравить на него толпу и связать — это уже объявление войны. А воевать Цинь Юй умел. Он прекрасно понимал: дай слабину сейчас, и эти шакалы действительно разорвут его, чтобы спастись самим. Линь Бочао, задыхаясь, всмотрелся в глаза мучителя. И похолодел. Радужка Цинь Юя была странного, светло-янтарного цвета. Точно такие глаза были у демона из того старого сериала про ад! Весь его боевой запал испарился. — Я... я ошибся! Отпусти! Я больше не буду! — захныкал он. Цинь Юй разжал пальцы. Линь Бочао сполз вниз, хватая ртом воздух. Цинь Юй брезгливо вытер руку о дорогой пиджак поверженного врага и медленно перевёл взгляд на Сунь Цайлянь. Его глаза, холодные и янтарные, впились в её мясистое лицо. — Тебе повезло, что я не бью женщин без крайней необходимости. Но если ещё раз откроешь рот, чтобы нести чушь, — удача от тебя отвернётся. Сунь Цайлянь вздрогнула всем телом. Её женская интуиция, которая обычно помогала ей скандалить в магазинах, сейчас вопила об опасности. Этот парень — не забитый клерк из компании мужа, которого можно унижать безнаказанно. И не бедняк, которому можно швырнуть деньги в лицо. Если разозлить этого Цинь Юя, он просто убьёт её. И никто его здесь не остановит. Впервые в жизни она ощутила бессилие своих денег и своего крика. Щёки её затряслись от ярости и унижения, но она прикусила язык. — А-а! Тело... Тело исчезло! Тан Сяолань, которая только начала приходить в себя, снова взвизгнула, указывая на пустое место. Кровавые ошмётки Лю Фэна растворились в воздухе, не оставив и следа. Юй Цзя подхватила её под локоть: — Я же говорила. Тела здесь не остаются надолго. — Доброе утро, дорогие гости! Вы сегодня ранние пташки! Из-за угла, со стороны западного крыла, вышел Старина Тянь. На его лице играла всё та же неизменная, добродушная и оттого жуткая улыбка. — Завтрак уже на столе, прошу к трапезе! Он сунул руку в карман своего потрепанного френча и извлёк оттуда смартфон. — Кстати, кто-то из вас вчера забыл это в столовой. Чьё добро? Все шестеро машинально похлопали себя по карманам. — Мой на месте. — Не мой. Никто не признал телефон. Взгляд Юй Цзя упал на то место, где минуту назад лежали останки Лю Фэна. Пазл сложился. — Вот оно что... Цянь До дёрнул её за рукав: — Сестрица Юй, ты о чём? — Сначала поедим. Объясню, когда он уйдёт, — кивнула она на Старину Тяня. Когда они уселись за столы в столовой, а NPC скрылся на кухне, Юй Цзя понизила голос: — Теперь ясно, почему погиб Лю Фэн. Он оставил телефон здесь. Обнаружил пропажу, когда уже стемнело. И вместо того, чтобы сидеть тихо, этот идиот попёрся его искать, нарушив главное правило. Действительно. Юй Цзя предупреждала. Старина Тянь предупреждал. «Темнота — смерть». Но Лю Фэн решил проверить это на своей шкуре. И заплатил жизнью за кусок пластика. Цянь До облегчённо выдохнул: — Ну вот! Я же говорил, что братец Цинь тут ни при чём! Лю Фэн сам виноват, нарушил правила. Линь Бочао мрачно ковырял вилкой в тарелке. «Как это ни при чём?» — думал он. — «Наверняка этот придурок Лю Фэн рассуждал так же, как я: раз призрак охотится за Цинь Юем, то остальные в безопасности. Вот и поперся смело. Получается, Цинь Юй всё равно косвенно виноват. Призрак шёл за ним, а по дороге наткнулся на дурака. Раз дурак сам прыгнул под топор — грех не рубануть».