Лишь когда тёплые пальцы коснулись его запястья, звуки внешнего мира хлынули в уши бурным потоком.
— Не стой столбом. Наши догадки были неверны, нужно убираться отсюда как можно скорее, — Чуньюй Шэн повернул запястье и вложил ему в руку увесистый кинжал. — Иди к двери, Юй Ту тебя прикроет.
Кадык Чжуан Шосина дёрнулся. Он хотел что-то ответить, но понял, что потерял дар речи, и лишь молча кивнул.
Но Чуньюй Шэну было уже не до него. Развернувшись, он широким взмахом меча отбросил наступающих тварей, разрубив их пополам и оставив после себя лишь пронзительный вой.
Тут же из соседних комнат донеслись такие же леденящие душу крики. Похоже, остальные тоже очнулись от внезапного нападения.
Сердце Чжуан Шосина колотилось как бешеное, ноги словно приросли к полу. Но, поймав на себе мимолётный взгляд сражающегося Чуньюй Шэна, он заставил себя успокоиться и, дрожа, сделал шаг вперёд.
Клинок, Рассеивающий Иллюзии S-класса в руках Чуньюй Шэна был способен развеять любую ложь. Мощными, размашистыми ударами он быстро прорубил брешь в кольце окруживших его призраков.
За пределами этого узкого коридора, который он проложил, метались тени и раздавались жуткие вопли, но ни одна тварь не могла прорваться внутрь.
Чжуан Шосин крепче сжал в руках кинжал и, изо всех сил борясь с головокружением, шаг за шагом двинулся к выходу. Когда до двери оставался всего один шаг, он уже мог разглядеть развевающиеся белые рукава Юй Ту, стоявшего на страже.
Он уже было вздохнул с облегчением, как вдруг сверху на него спикировала худая, иссохшая тень, свисавшая с потолочной балки. С хищной ухмылкой она протянула когти, целясь ему в лицо.
Дыхание Чжуан Шосина перехватило. Инстинктивно он взмахнул кинжалом и вонзил его прямо в глазницу твари. Кинжал, шедший в комплекте с Клинком, Рассеивающим Иллюзии, унаследовал его свойства. Тело призрака начало медленно таять, но в предсмертной агонии его когти всё же успели полоснуть по лицу Чжуан Шосина.
Щеку обожгла резкая боль. Он невольно ахнул, но, не обращая внимания на рану, в три шага выскочил из комнаты.
Юй Ту подхватил его удлинившейся даосской метёлкой и затащил в наскоро начерченный защитный круг. Внутри, помимо него, уже находились Чжоу Кунчжи, отбивавший ритм на барабане, и Фэн Ин, которая одной рукой отбивалась копьём от подступающих теней, а другой разбрызгивала святую воду из чаши.
Настоящие бесовские пляски.
Хотя каждый из них выкладывался на полную, чтобы отогнать нечисть, этот проклятый дом, пропитанный аурой Бо Миня, продолжал извергать всё новых и новых призраков.
О том, что творилось внутри, можно было только догадываться, но и снаружи дела обстояли неважно. Лоб Чжоу Кунчжи покрылся испариной, а его движения становились всё более дёргаными.
Чаша Фэн Ин, до этого неиссякаемый источник святой воды, с каждым разом выдавала всё меньше и меньше.
По Юй Ту пока не было заметно усталости, но защитный круг, который он поддерживал, неумолимо сжимался, и скоро в нём едва ли останется место, чтобы стоять.
Не говоря уже о комнате, которую он покинул. Трудно было представить, какому давлению подвергался оставшийся там Чуньюй Шэн.
Чжуан Шосин лихорадочно соображал. Чего больше всего боятся призраки? Если верить народным преданиям, то огня или молний.
Если так, то это он мог бы устроить.
Оставалось лишь придумать, как заманить десятки тысяч призраков со всего дома в одно место.
Стиснув зубы, Чжуан Шосин крепче сжал кинжал и, не обращая внимания на витающие в воздухе искажённые тени, шагнул за пределы круга.
— Ты с ума сошёл?! — крикнула Фэн Ин, из последних сил опираясь на копьё. — Возвращайся, живо!
Но её крик утонул в вое призраков.
Чжуан Шосин с трудом продвигался вперёд. Когда его окружали тени, он наугад махал кинжалом и, к своему удивлению, умудрился прикончить нескольких тварей, пытавшихся напасть на него исподтишка. Так он добрался до Юй Ту.
— Сяо Чжуан, не подходи! — рука Юй Ту, державшая метёлку, уже слегка подрагивала. Увидев его, ему пришлось отвлечься на защиту. — В этой комнате аура Бо Миня самая сильная, большинство призраков лезут сюда!
Тут он заметил, в каком состоянии был Чжуан Шосин, и потерял дар речи. Прорываясь сюда, тот покрыл все открытые участки кожи царапинами и укусами, но на его лице не дрогнул ни один мускул, словно он ничего не чувствовал.
— Я... войду... потом, — с трудом выдавил он, произнося слова по слогам, — вы... как можно быстрее... уходите отсюда.
Юй Ту не понимал, зачем ему возвращаться в это пекло после того, как он с таким трудом выбрался, но он был обязан ему жизнью, поэтому без колебаний кивнул.
— Хорошо.
Взмахнув метёлкой в последний раз, чтобы расчистить ему путь, он начал медленно отступать к защитному кругу во дворе.
Без его сдерживающей силы призраки, и без того рвавшиеся в дом, хлынули внутрь ещё более плотным потоком. Комнату вот-вот должно было разорвать на части.
Сквозь чёрную массу теней Чжуан Шосин, стоявший у входа и позволявший тварям терзать себя, на секунду встретился взглядом с израненным Чуньюй Шэном.
Слов не было.
В следующий миг из тела Чуньюй Шэна вырвались бесчисленные тонкие нити, временно отбросив окружавших его призраков. В то же время Чжуан Шосин стремительно достал из инвентаря два предмета.
Время словно замерло. Все призраки в доме застыли, и их взгляды устремились на два белёсых осколка в его руке.
И когда поток теней с рёвом устремился на него, Чжуан Шосин швырнул оба осколка ядра Демона-бабочки вглубь комнаты. В тот же миг сильная рука обвила его талию, и они вырвались из этого ада за мгновение до того, как их поглотила тьма.
Но Чуньюй Шэн не собирался останавливаться. На одном дыхании он пронёсся до середины двора, где неподалёку их ждали Юй Ту и остальные.
— Стой! — преодолев приступ тошноты, Чжуан Шосин схватился за руку на своей талии и хрипло крикнул.
Чуньюй Шэн посмотрел на него сверху вниз, резко развернулся и замер на месте.
Не имея времени на объяснения, Чжуан Шосин проглотил красное драже. По телу разлилось тепло, и его восприятие природных стихий обострилось.
Это было острое драже из набора «Драже с приколами», позволявшее на короткое время управлять одной из стихий.
В его поле зрения плясали в основном элементы воды, дерева и земли, реже — металла и огня, но это было не то, что ему нужно.
Чжуан Шосин поднял голову и, затаив дыхание, стал вглядываться в небо. Когда он уже начал терять терпение, перед его глазами промелькнула особенно беспокойная частица.
Вот оно!
Обновлено: 22.01.2026