Том 1 Глава 43 — Найти виновных (часть 13)

Глава 42. Найти виновных (часть 13) Ужасное происшествие, произошедшее в пятницу в школе, стало связующим звеном для ряда ситуаций. Во-первых, нельзя не сказать о том, что в средствах информации появилось множество громкий заявлений и предположений, а «желтая пресса», которая, наверное, будет процветать вечно в разных своих проявлениях, позволяла себе с уверенностью жирного кашалота прямо говорить своё видение, выдавая его за правду. Так, наверное, самым скандальным стала публикация на довольно крупном ресурсе. Она получила «гордое» название «РУКА СЕСТРЫ ГЛАВЫ КЛАНА КУДО — НЕПЛОХАЯ КОМПЕНСАЦИЯ, КОТОРУЮ ВЗЫМЕЛА СЕМЬЯ МОРГАН». Для удобства в заголовке решили обойтись без имен: не потому, что «конфиденциальность», а потому, что для малознающего человека (а таких хватает) так будет куда понятнее «кто кому кто, что и почему», что лишь прибавит тяги ознакомиться со всей остальной информацией под ним (заголовком). И тонны-тонны другого схожего ширпотреба, который не стоит даже упоминания. Во-вторых, в течение того же дня разные фракции устроили свои совещания как внутренние, так и между собой.   Клан Кудо. «Семейный сбор» случился сразу, как только седовласый старик вернулся домой с раненными Сакурой, Роем и Дзиро, которым в данный момент уже оказывали экстренную медицинскую помощь. В целом, их жизни ничего не угрожало, но даже так, по меркам клана, плевок оказался знатным и оставил сильное послевкусие, которого стерпеть они не могли. Присутствовали шестеро человек: Глава клана, он же брат Сакуры Кудо, — Шиничи Кудо, который был старше неё чуть больше, чем на двадцать лет. Жена главы клана —Айяно Кудо. Мать Сакуры Кудо и главы клана — Митсуко Кудо. (Отец скончался, передав пост сыну.) Иоши Кудо — практически второй после нынешнего главы, но не имеющий какого-либо официального звания, седовласый старик — брат покойного отца Шиничи и Сакуры Кудо, то бишь их дядюшка. И несколько особо доверенных лиц, которые проконтролируют, чтобы необходимая часть из сказанного сегодня, дошла остальным членам семьи, ответвлениям от неё и их союзникам. Совещание шло уже какое-то время. — …таким образом, их жизни ничего не угрожает. Наши врачи уверяют, — закончил этими утешительными словами свой пересказ произошедшего седовласый старик — Иоши Кудо. — Интересно, как бы всё было, если бы мы не скрыли, что Рой — ваш сын, — он посмотрел на главу клана Шиничи, а затем на его жену Айяно, которые с самого его появления имели убийственно-безразличные лица. Создавалось ощущение, что узнай они сейчас кто виновник произошедшего и попади он к ним в руки, объединив усилия и став одним «сатаной», они бы пытали его так жестоко и так долго, что только смерть могла бы спасти бедолагу. При этом их нельзя было назвать «очень плохими людьми». Виной проявления такого хладнокровия были задетые высокомерие и родительские инстинкты. Нельзя не сказать, что Сакуру Кудо они любили, как дочь. Поэтому, несмотря на то, что формально она была теткой для их сыны Роя, по отношениям они больше походили на брата и сестру (да и по возрасту), но проявляли это только в тесном семейном кругу, на людях — ни-ни. — Главное, что всё обошлось и они живы, — встряла Митсуко Кудо— мать Сакуры, бабушка Роя. Она была тем, кто испытывал наибольшие переживания, и при этом была самым спокойным среди всех присутствующих. Эта женщина, которая была женой бывшего главы и матерью теперешнего, повидала многое на своём веку. Она похоронила мужа и нескольких других своих детей и, вероятно, была самая подкованная, самая опытная из всех сейчас присутствующих. Даже дядюшка Иоши не мог так трезво мыслить и скрывать свои истинные чувства, как она. — Что Вы думаете обо всё этом, Мама? — Странно, что никого из детей не убили, учитывая, что большую часть охранявших их членов нашего клана преспокойно отправили на тот свет. Возможность у убийцы была. Этого я не пойму. Это додумывать вам, — она обратилась ко всем присутствующим. — Кроме того, наши люди не балерины — никогда не подумала бы, что один человек так спокойно всё провернет… — Вероятно, у него были сообщники? — вставила невестка. — Даже если и так, Айяно, в целом картины это не меняет — напал и одолел тот убийца всех в одиночку… Я ведь верно поняла?.. — она посмотрела на седовласого старика — Всё именно так, моя Госпожа, — ответил тот. — …А значит, — продолжила она свою мысль, — он невероятно силен. Вряд ли, конечно, официальный Мировой Волшебник (я ещё не встречала ни одного, который бы отяготил себя какими-то детьми), но всё же. — Может ли тогда этот лже-праведник Ганц Йохансон быть к этому причастным?! «Вовремя» его не было в школе, — спросила Айяно Кудо. — Вполне, может, — ответил дядюшка Иоши. — Раньше он мог и не такое устроить — тот ещё Звер. — Дядя, вы ведь знаете — и ты тоже Айяно, — то было давно, — сказал глава клана, — к тому же, мы всё проверили: его командировка была запланирована давно, да и поехал он лишь потому, что его уговаривали. Больно он почитаем в мире. Сейчас мы более чем уверены, что к этому имеет отношение семья Морган. Они начали собирать всех своих отпрысков в главном доме и готовятся «защищаться», прямо доказывая свою причастность. Нас поддержат другие члены Всемонгольского Союза: за нами правда и мы до них доберёмся! — Ты уверен? — Более чем, Мама. — Тогда всё остальное оставляю на вас. Я пойду к детям. Митсуко Кудо сейчас не сильно волновало, как их клан будет отвечать на эту явную провокацию — для этого есть её сын и его помощники. Сама же она пошла к любимой дочери и внуку. Раньше она не могла позволить себе такой роскоши, как нынче не может позволить её невестка (дела семейные на первом месте), которая провожала мать грустным взглядом. Пожилую женщину, пока она шла, одолевал страх. И хоть практически восстановить руку её дочери (вырастить заново и затем трансплантировать) было вполне реальным, на это потребуется немало времени и страданий. Это не просто нарастить кожу или мышцы. Дядюшка Иоши не был столь жестоким, чтобы принести остатки руки своей племянницы её матери, но рассказать об этом в подробностях ему пришлось. Митсуко Кудо направилась в медицинский центр, который был расположен на территории их семейного особняка. Раненные были уже в сознании, но старая женщина первым делом направилась исключительно к дочери. Она зашла в её палату. Вид заплаканной, напуганной и сильно подавленной дочери ранил её сердце. — Милая моя, всё будет хорошо, — сказала она плача, присев рядом и крепко прижав оставшуюся руку своего чада к себе. — Да, мамочка… — они уже обе рыдали. Прошло какое-то время, прежде чем они немного успокоились. — С этого дня, я всегда буду рядом с тобой. Тебя быстро поставят на ноги. — Спасибо. — Ты такая грустная, моё дитя, — увидев это лицо, эти глаза, мать еле сдержалась, чтобы снова не заплакать. — Обещаю, всё снова станет на свои места. — Мама… Теперь вы меня точно не отпустите в школу?.. — Ни за что, дорогая! — Ясно… — Не огорчайся! Мы обязательно пригласим твоих друзей проведать тебя. Я знаю, что тебе здесь очень одиноко. Даже Рой не может проводить с тобой столько времени, как когда-то раньше. — Думаю, «он» не придёт, — и девушка, с чувством глубокого одиночества, зарыдала пуще прежнего. — Ты снова говоришь о нём? Даже в такой момент? Ты такая невинная и чистая… Я бы на твоём месте думала совершенно о других вещах… Но, увы (лучше бы это случилось со мной, — в этот раз мать не смогла сохранить спокойствие и снова пустила слезы), я не на твоём месте. Уверена, и «он» придёт, точно придёт. Разве можно не прийти к такой прелестной девочке?! — Он… он ненавидит меня, — еле слышно сказала девушка. — От ненависти к любви, дорогая моя, один шаг. — И всех вас тоже ненавидит. — Полюбит, куда денется? — ПОЖАЛУЙСТА, не трогайте его… — Я подумаю, любимое, любимое дитя моё.