Уже не рано вступать в отношения
— Подойди сюда, - усмехнувшись сказал Чжан Юйцин, встретив растерянный взгляд девушки.
— Зачем? – неохотно шагнув чуть вперёд ответила Цинь Хань.
— Стой здесь и смотри.
Он снял маску и небрежно оперся о кованные перила, называя цену клиентке, находящейся внизу.
— Потом снимите плёнку и хорошенько промойте, желательно детским гелем для душа как в прошлый раз, - холодным тоном велел Юйцин.
— И снова нельзя есть шашлычки и принимать горячую ванну?
Девушка в футболке с коротким рукавом и обмотанным в пленку предплечьем, собиралась покидать салон. Цинь Хань редко встречала настолько красивых женщин: яркий макияж и густые ресницы, похожие на перья.
То есть получается…
Всё это время речь шла о татуировке?
Цинь Хань продолжала стоять, хлопая глазами.
— Сама как думаешь? – холодно произнес Чжан Юйцин. Пресмыкаться перед клиентами было не для него.
Женщина внизу фыркнула и отсканировала QR-код для оплаты.
— Я бы не стала делать тату у тебя, не будь ты лучшим в этом деле, но приветливости тебе явно не хватает, - указывая телефоном на Юйцина ответила клиентка.
Человек, которого только что назвали не приветливым, остался стоять с таким же безразличным ко всему выражением лица. Цинь Хань в это время продолжала рассматривать его профиль. Без маски он стал ещё более выделяющимся; даже не говоря ни слова, он излучал яркую, заносчивую ауру.
— К тебе сегодня пришла младшая сестра? – спросила клиентка, заметив присутствие Цинь Хань?
— Она не моя сестра.
— Значит, твоя девушка? – клиентка поднялась на пару ступенек и помахала рукой Цинь Хань, - твоя девушка выглядит такой юной, Цин-гэ.
— Она несовершеннолетняя, - ответил Юйцин.
Даже Цинь Хань, не отличавшаяся сообразительностью, сразу поняла, что он имел в виду, что она несовершеннолетняя, а не его девушка, но клиентка подумала иначе.
— Какое ж ты животное!
— Уходи, - Юйцин больше не хотел тратить на нее время и указал подбородком на дверь.
— Ладно, ладно, я пошла. Красавица, пока-пока!
Клиентка ушла, и в помещении воцарилась тишина. Из-за возникшего недопонимания выражение лица Цинь Хань стало настороженным, но Чжан Юйцин, не обратив на это внимание, пошел вниз искать фен и тапочки.
Цинь Хань взяла фен и заметила, что он нашёл для нее даже пару нераспакованных женских носков. Она высушила свою обувь в кладовке, переодела новые носки и, немного смущённо, встала в не очень просторном вестибюле внизу.
Юйцин что-то рисовал в скетчбуке. Солнечный свет лился сквозь окно, освещая его руки, отчего кончики пальцев казались полупрозрачными, словно из нефрита
— Большое спасибо, я позже верну носки, - переминаясь с ноги на ногу пробормотала Цинь Хань.
— Мне не нужны эти носки.
Солнечные лучки озаряли Чжан Юйцина. Он повернул голову и постучал карандашом по скетчбуку.
— Скажи мне, я хороший человек?
— Да! – энергично кивнула Цинь Хань.
Чжан Юйцин удовлетворенно улыбнулся.
Когда они были наверху, Цинь Хань тайком проверила в интернете – это действительно был просто тренажер для пилатеса, хоть и выглядел он неприлично. Девушке показалось, что её настороженное поведение было очень невежливым, поэтому ей хотелось извиниться, однако сказать об этом напрямую было неловко.
— Кровать для пилатеса наверху – твоя? – не придумав ничего лучше начала разговор Цинь Хань.
— Нет. Осталась от предыдущего владельца. Ею никто не пользуется.
— Понятно.
Чжан Юйцин уже не раз помог ей за последние пару дней, а ей даже нечего было подарить ему в знак благодарности. После того, как она посмотрела в интернете про кровать, она сразу же пошла искать, доставляют ли сюда баблт-ти или прохладительные напитки, но, к сожалению, единственный ресторан, доставляющий сюда, оказался забегаловкой с барбекю. Не могла же она в качестве благодарности заказать кучу барбекю?
К тому же, сейчас Цинь Хань была беднее Маленького Принца. По крайней мере, у Маленького Принца был баобаб и роза; у неё же был лишь какой-то некрасивый, но милый кактус. Если бы она только знала, что так случится, то купила бы у старушки кактус покрасивее и подарила бы его Чжан Юйцину, а старушка заодно бы подзаработала. Почему она об этом не подумала?
— Тогда можешь взять этот кактус…?
Цинь Хань произнесла это слабым тоном, словно её внезапно вызвал учитель на уроке. Она понимала, что её подарок – так себе, поэтому её голос становился всё тише и тише. Чжан Юйцин понял, что девушке будет неловко, если она ничего не оставит взамен.
— Не хочешь сама забирать, потому что он тебе не нравится? – поддразнивающе ответил он, крутя карандаш.
Цинь Хань тут же широко раскрыла глаза, словно хотела что-то объяснить, но не могла, чуть не топнув ногой от досады:
— Конечно, нет, я просто…!
— Я понимаю. Спасибо. На самом деле, твой маленький кактус мне очень нравится.
— Это я должна тебя благодарить.
В этот момент у Цинь Хань в сумке зазвонил телефон. Она достала его; это был незнакомый номер. Цинь Хань вежливо ответила:
— Здравствуйте? Кто это?
— Это я! Сюй Вэйжань! – услышала Цинь Хань голос Вэйжаня. В тихой обстановке его голос казался особенно громким.
— Откуда у тебя мой номер?
— Ху Кэюань дала мне его. Господи, я сначала неправильно его набрал. Я сначала позвонил на номер 176xxx12300 и там на меня наорали. Твой номер же 176xxx00123, верно? Его так легко запомнить, как я мог ошибиться? – пока он жаловался, голос становился все веселее, - Где ты? Я приеду за тобой. Предлагаю погулять сегодня днём!
Перед тем как прийти на улицу Яонань, Цинь Хань планировала поесть десерты с Кэюаюнь. Неужели Вэйжань снова пойдёт с ними?
— А где Кэюань?
— Я сначала заеду за тобой, а потом мы вместе поедем заберём Кэюань. Ты сейчас где?
— Улица Яонань.
Сюй Вэйжань на том конце назвал адрес водителю.
— Хорошо, жди меня. Буду там через десять минут.
— Хорошо.
— Тебе купить бабл-ти?
— Не нужно, спасибо.
— Может тогда взять свежевыжатый сок? Со льдом. Будешь?
— Правда не нужно, спасибо.
— Ладно, тогда поболтаем при встрече.
— Ага.
Цинь Хань повесила трубку и встретилась взглядом с Чжан Юйцином. Он, только что дразнивший её, с серьезным видом сел, положив голову на скетчбук.
— Подростковая любовь?
— Чего? – недоумённо ответила Цинь Хань.
— В каком ты классе? Тебе, наверное, лет 15, еще средняя школа.
Цинь Хань была в шоке. Это у кого подростковая любовь? У неё? А вопрос, в каком она классе, её совершенно добил. Она, между прочим, даже ростом уже 165 см!
— Я уже давно закончила среднюю школу!
— Ну тогда уже не рано вступать в отношения.
Уши Цинь Хань горели огнём. Она не ожидала, что ей придется отбиваться от его любопытства.
— Сюй Вэйжань – друг моей подруги, - объяснила Цинь Хань.
Чжан Юйцин усмехнулся, но ничего не сказал. Друг подруги? Он заботится о тебе больше, чем о твоей подруге.
Цинь Хань ждала Вэйжаня, стоя возле стола и случайно увидела лежащие на нем эскизы татуировок. Сверху лежал эскиз татуировки, которую делала только что ушедшая клиентка. На эскизе была изображена красивая девушка в наряде в катайском стиле. Её длинные волосы струились по старинному платью. Сначала Цинь Хань подумала, что это какой-то выдуманный персонаж из маньхуа, пока не увидела фотографию под эскизом. На фотографии была изображена девушка в традиционном наряде. Было заметно, что это профессиональная фотосессия, однако снимок был старым и нечётким, но даже так было видно, что девушка на нем очень красива. Эскиз татуировки был основан на этом фото.
На обратной стороне фотографии была подпись:
«Требования к дизайну: это фотография моей матери при жизни. Сделайте мне красивую татуировку на всю руку. В последнее время я часто возвращаюсь домой по ночам после дежурств, и хочу, чтобы мама сопровождала меня и придавала мне смелости».
Цинь Хань была удивлена. Она подержала фотографию в руках несколько секунд, не говоря ни слова. Раньше она считала татуировки бессмысленными, чем-то плохим, чем-то, что делают только хулиганы или нарушители порядка.
Но причина, по которой эта женщина сделала татуировку…
«Её мать».
Чжан Юйцин повернул голову, услышав её голос, и увидел фотографию в руке Цинь Хань. Он встал и подошёл к ней, прислонившись к краю стола, другой рукой взял фотографию и положил её обратно:
— Она погибла много лет назад в автокатастрофе.
Цинь Хань молча поджала губы.
Она всегда жила беззаботно.
Она выросла в счастливой семье, отличалась хорошим поведением и неизменно высокими оценками. Её никогда не критиковали учителя; она была из тех, кто никогда не сталкивались с неудачами.
До вчерашнего дня, самое беспомощное чувство, которое она когда-либо испытывала, было стоять под дождём под карнизом и издавать звуки, похожие на хрюканье свиньи, в сторону чьего-то окна.
Внезапно услышав о чужом несчастье, Цинь Хань почувствовала укол грусти.
Чжан Юйцин взглянул на неё; глаза девушки были опущены, она безучастно смотрела на фотографию.
— Плохо дело.
— Что? - Цинь Хань безучастно посмотрела на него.
Чжан Юйцин постучал по столу, приложила указательный палец к губам и жестом призвал к тишине.
Он улыбнулся и сказал:
— Это личные дела наших клиентов, обсуждать это нельзя. Запомни, это должно оставаться в секрете.
Цинь Хань отвлеклась и быстро кивнула, торжественно пообещав:
— Я никому не скажу!
В тату-салоне Чжан Юйцина не было кондиционера, только очень старый медленно крутящийся вентилятор.
Возможно, из-за духоты воздух казался еле теплым, даже немного горячим.
За окном стоял сверкающий черный «Мерседес». Из окна высунулся мальчик:
«Цинь Хань!»
Цинь Хань обернулась и увидела, как Сюй Вэйжань улыбаясь машет ей рукой.
Пора было уходить.
Цинь Хань сняла тапочки и аккуратно отложила их. Ее белые кроссовки были сухими, но сетка все еще была испачкана грязью, из-за чего они выглядели немного грязными.
Она подпрыгнула на одной ноге, чтобы поднять последний ботинок, затем взяла телефон:
— Чжан Юйцин, я пошла.
— Будь осторожна.
Цинь Хань взглянула на свою лодыжку; из-под туфель выглядывали розовые носки.
— Спасибо за носки.
— Цинь Хань, пойдем, заберем Ху Кэюань, - выглянул из-за двери автомобиля Сюй Вэйжань.
Цинь Хань в последний раз помахала Чжан Юйцину и вышла. Идя рядом с ней, Сюй Вэйжань внезапно обернулся и посмотрел на Чжан Юйцина. Тот лениво откинулся на спинку стула, заметив недружелюбный взгляд Сюй Вэйжаня, и слегка усмехнулся.
«Малявка».
Внимание! Этот перевод, возможно, ещё не готов.
Его статус: идёт перевод
Обновлено: 21.01.2026