Стены лаборатории были покрыты мягким серебристым светом, как будто сама структура помещения отказывалась быть резкой и агрессивной. Всё вокруг говорило о порядке и контроле — о характере человека, которому она принадлежала.
Доктор Дум стоял у бронированного окна, наблюдая за фигурой, лежащей на биостоле. Внутри, в стерильной комнате, под куполом с регулируемым кислородом и магическим барьером, спала она — клон Затаны.
Доктор Дарроу, сжав в руках планшет, приблизился.
— Она стабильна. Реакции мозга, магические структуры, всё в пределах нормы. Даже лучше, чем мы предполагали.
— Я хочу видеть её, — ответил Дум.
Дарроу запнулся на миг, затем поднял глаза.
— Вы… вы ведь всё ещё планируете отпустить меня потом, так?
— Я дам тебе свободу, — сказал Дум с отстранённым спокойствием. — Открой путь.
⸻
Металлическая дверь раздвинулась. Тишина царила в палате, прерываемая лишь слабым гудением жизнеобеспечения. Она уже открыла глаза. Веки дрожали, дыхание было сбивчивым, но она была в сознании. Тёмные волосы, черты лица — всё в ней было знакомо и в то же время чуждо.
— Где я? — прошептала она. — Что происходит?
— Ты в безопасности, — сказал Дум, входя.
Она напряглась, села. Её руки дрожали.
— Кто ты? Почему ты меня… — Она запнулась, вспоминая. Воспоминания налетели стремительно: сцены детства, сценические выступления, Затара… и резкий обрыв. — Нет… Это… неправильно. Я это… я — не я?
— Потому что ты — не она, — мягко произнёс Дум. — Ты — клон. Искусственное создание. Но не подделка. Ты — начало.
Она молчала. Взгляд был стеклянным.
— Это ложь, — прошептала она. — Я всё помню. Мою жизнь… отца… магию… всё.
— Эти воспоминания — часть твоей структуры, — объяснил он. — Я не просто воссоздал тело. Я попытался воссоздать душу. Ту её грань, которая будет способна понять меня, а не осуждать.
— Ты… Ты украл мою жизнь, — прошептала она. — Ты создал меня… для себя?
— Да. Но я не отношусь к тебе как к инструменту. Я вижу в тебе большее.
Ты — не Затана. Ты — отдельная личность. И ты можешь быть свободной. Настояще свободной — от её судьбы, от её ошибок, от всех рамок.
— И кем же ты меня видишь?
— Моей дочерью, — сказал он после короткой паузы. — Я дал тебе жизнь. Не случайно. Я не хочу, чтобы ты была тенью. Я хочу, чтобы ты была собой.
Она замолчала, потрясённая, не зная, как ответить. Но в её взгляде уже не было только страха. Там был вопрос. Начало сомнения. И, может быть, начало принятия.
— Я ещё не дал тебе имя, — добавил он. — Оно придёт. Оно будет тем, что отразит суть того, кем ты станешь.
Он медленно повернулся и направился к выходу.
— Постарайся отдохнуть. Завтра — день твоего рождения.
⸻
Доктор Дарроу ждал за дверью. Когда Дум вышел, он тут же заговорил:
— Господин… я… Прошу прощения за навязчивость, но… моя свобода. Вы ведь говорили…
— Пойдём, — коротко сказал Дум.
Они свернули в глухой коридор технического отсека. Там не было камер. Ни охраны. Только звук шагов и металлические стены.
Дарроу остановился.
— Вы… ведь не передумали?
— Нет, — ответил Дум. — Я держу слово.
Он медленно поднял латную руку, и пальцы сомкнулись на горле учёного.
Дарроу захрипел, глаза распахнулись в ужасе.
— Н-нет… Почему?
— Ты знаешь слишком много, — прошептал Дум. — Я не могу позволить себе лишних уязвимостей. Один слабый элемент — и всё рушится. Но я выполню обещание. Я дам тебе свободу. Свободу от этого мира. Ты, возможно, обретёшь её в посмертии.
Холодный металл сжимался. Дарроу бился, царапался, пытался вырваться. Всё было напрасно.
Через минуту он уже был мёртв.
Доктор Дум отпустил тело. Оно рухнуло на пол, беззвучно.
Он не обернулся. Лишь ушёл вперёд — к следующему шагу своей великой конструкции.
Обновлено: 19.01.2026