«...Как же это сложно».
Ын А со вздохом отложила ножницы. Стрижка Ю Сина была закончена.
— Ну вот, готово.
Ын А с удовлетворением слегка взъерошила его волосы.
— Неплохо. Так гораздо лучше.
— Спасибо.
Ю Син слегка склонил голову, даже не взглянув в зеркало. Но Ын А была уверена, что он останется доволен. Короткая стрижка шла ему гораздо больше, чем она ожидала.
Когда он поднял голову, его отчетливые черты лица сразу бросились в глаза. Глаза, которые раньше казались немного унылыми, после стрижки стали выглядеть притягательно, словно за ними скрывалась какая-то история, а точеная линия челюсти стала еще заметнее.
Ын А не смогла сдержать искреннего восхищения:
— А ты очень красив.
— Вот как.
— Что, никогда такого не слышал? Думаю, тебе часто это говорят.
— Я редко показывал свое лицо.
«Ну, это верно», — кивнула Ын А.
Она стряхнула ткань, обернутую вокруг шеи Суль Ю Сина, и собиралась начать уборку, но он остановил её, сказав, что сделает это сам. Наблюдая за тем, как Суль Ю Син собирает свои состриженные волосы и выбрасывает их в урну, Ын А спросила:
— У тебя есть семья?
— Нет.
— Можно спросить, что случилось?
Суль Ю Син ответил, орудуя маленьким липким валиком для чистки пола, который смотрелся комично в его огромных руках:
— Я сирота.
В этом не было ничего особенного. Для Этерпи быть брошенным — обычное дело. Скорее, странным было то, что кого-то, как брата Ын А, не бросили.
Однако, вопреки мыслям Ю Сина, Ын А ответила с явным сочувствием:
— Тебе, должно быть, пришлось нелегко.
— Не так уж и тяжело. Ведь я ничего не желал.
Суль Ю Син высыпал волосы в мусорное ведро и выпрямился. Из-за его высокого роста он почти касался потолка, загораживая свет лампы.
— Этерпи страдают из-за того, что сравнивают себя с людьми Высшего типа. Наблюдая за тем, как комфортно, счастливо и весело живут те люди, они начинают мечтать о тепле, которое им недоступно — вот от этого им и становится тяжело. Если изначально ничего не желать, то и страдать не о чем. В конце концов, мы отличаемся от обычных людей.
На его открывшемся лице не отразилось ни единой эмоции. Ни гнева, ни смирения, ни печали. Суль Ю Син просто констатировал факты. Он решил, что лучше ничего не желать, и так и поступал.
Но Ын А отчетливо почувствовала черту, которую он провел между ними.
«...Он заметил, что я пытаюсь сблизиться?»
Возможно, Суль Ю Син просто высказал свои мысли. А возможно, она сама приняла это слишком близко к сердцу.
Но как бы она ни думала, казалось, Суль Ю Син говорит ей: «Вы, стоящая передо мной, тоже относитесь к Высшему типу, с которым мне не суждено сблизиться».
— Тогда я пойду.
— А, да...
Суль Ю Син вежливо поклонился и вышел. Ын А, глядя на закрытую за ним дверь, тихо пробормотала:
— С Этерпи... и правда всё так непросто.
Оставшись дома одна, Ын А легла на наполовину расстеленную постель.
— Хотелось бы подружиться с ним на всякий случай... Эх.
В прошлом Ын А редко пыталась сблизиться с людьми первой. Поэтому она совершенно не понимала, как к нему подступиться.
Вздохнув, Ын А перевернулась на бок. На глаза попался телефон.
За окном было темно. Наступила полночь — время, когда все засыпают. Хорошо бы тоже уснуть, но у Ын А было важное дело.
«С этого момента нужно засечь время и следить за состоянием организма».
Работая на подработке, Ын А страдала от невыносимой боли. Но в тот момент, когда она коснулась Суль Ю Сина, боль начала исчезать прямо от места контакта. Страдания, которые не снимались никакими лекарствами, исчезли без следа, словно по волшебству.
«Как ни крути, это странно. Говорят, состояние улучшилось, но боли стало больше. Настолько, что даже лекарства не помогают. Но стоило мне коснуться Суль Ю Сина, как всё прошло».
Даже сейчас, когда он ушел, она была в порядке. Хотя и не принимала обезболивающее.
«Для начала нужно убедиться, верны ли мои догадки».
Ын А не спала и следила за временем. Каждый час она записывала своё состояние в телефон.
Она планировала выяснить, через сколько часов после разлуки с ним самочувствие начнет ухудшаться. И если, как она и думала, ей станет совсем плохо, она собиралась ненавязчиво связаться с Суль Ю Сином и коснуться его. При этом действовать нужно было так, чтобы он ничего не заподозрил.
Конечно, вечно скрывать это вряд ли получится. Но она намерена скрывать это как можно дольше.
«Отлично. Буду решать проблемы постепенно, одну за другой».
С этой решимостью Ын А начала тщательно записывать состояние своего тела.
Однако, в отличие от прошлого раза, не прошло и 24 часов, как пришла сильная боль. Ын А, решив потерпеть еще немного, выпила лекарство и использовала все возможные способы, чтобы уменьшить страдания. Но эффект был уже не тот.
В конце концов Ын А проглотила столько таблеток, сколько смогла, и прижалась лбом к полу. Накатило забытье — то ли сон, то ли обморок. Перед глазами всё поплыло.
Динь-дон.
Раздался звонок в дверь.
Сознание, словно погруженное в воду, медленно всплыло на поверхность. Ын А тупо моргнула. Зрение было затуманено, будто через пелену.
«Когда... я заснула?..»
Она была в таком замешательстве, что не понимала, что произошло.
Может, из-за злоупотребления лекарствами?
Она не знала точно, но определенно чувствовала, что сейчас её состояние — хуже некуда.
Динь-дон.
Снова раздался звонок.
Ын А с трудом подняла тяжелое тело. Голова кружилась. Пустой желудок горел, а всё тело ломило, будто её долго избивали.
Но настойчивый звон заставил её, волоча ноги, поплестись к прихожей. Впервые она была благодарна за то, что живет в маленькой квартире-студии.
Щелк.
Ын А с трудом открыла дверь. Перед глазами мелькнула знакомая толстовка. Она подняла голову и увидела лицо человека, с которым рассталась меньше суток назад.
— О... Ю Син. Что... случилось?
Даже эта короткая фраза далась ей с трудом — дыхание сбилось. Увидев её, Суль Ю Син сильно нахмурился.
— Что это вообще...
Ын А не понимала его реакции. Он ведь и так знал, что она неизлечимо больная. Он уже видел, как она падает в обморок, так что причин для удивления быть не должно.
— Вы видели моё сообщение?
— Сообщение?.. Не знаю... Когда... прислал?
— Пять дней назад.
Пять дней?
Ын А никак не могла этого осознать. Она закрыла глаза примерно через 24 часа после того, как рассталась с Суль Ю Сином.
Она не знала, сколько проспала, но ей не казалось, что прошло так много времени.
— Ох... Давай сначала... войдешь?
Ын А с трудом проговорила, что ей тяжело стоять и разговаривать из-за плохого самочувствия. Суль Ю Син, всё еще хмурясь, кивнул.
Как только она вошла в комнату, то сразу рухнула на постель. Было не до приличий.
Суль Ю Син окинул взглядом комнату и спросил:
— Вы что, потеряли сознание сразу после моего ухода?
— А... нет. Около суток... я еще была в сознании.
— В таком случае... — Суль Ю Син прикинул даты и произнес: — Значит, вы были без сознания целых пять дней.
Ын А медленно моргнула. Ей было трудно поверить в его слова.
— Что?..
— Я написал вам на следующий же день после нашей встречи. Ин Чжин Хо связался со мной и сказал, что хочет встретиться снова. Но вы несколько дней не отвечали на звонки...
Суль Ю Син посмотрел сверху вниз на изможденную Ын А, добавив, что пришел проведать её, не подозревая о такой ситуации.
«Вот оно что. Он пришел, потому что я долго не отвечала».
Только тогда Ын А осознала, что действительно пролежала в обмороке пять дней.
— Можно ли вам оставаться дома в таком состоянии? Кажется, вам нужна госпитализация.
— С больницей покончено.
Ын А тихо вздохнула и прикрыла глаза тыльной состояной ладони.
— Тошнит уже... от этого места...
Возможно, из-за боли, но в её голосе прозвучало слишком много накопившихся эмоций.
Она вспомнила прошлое, когда перед самой смертью месяцами лежала на больничной койке. Боль не утихала, какие бы лекарства ей ни вводили. Одиночество в больничной палате губило её душу так же, как болезнь — тело.
— Тогда...
В этот момент большая теплая рука осторожно сжала руку Ын А.
— Хотя бы подержу вас за руку.
— ...?
Ын А удивленно моргнула, не сразу поняв смысл этого внезапного жеста.
Хотя она знала Суль Ю Сина не так долго, после нескольких встреч она примерно поняла его характер. Он не казался человеком, склонным к таким нежным проявлениям чувств.
Заметив её недоуменный взгляд, Ю Син произнес, словно оправдываясь:
— ...Я вспомнил, как в прошлый раз вы сказали, что вам становится легче, когда вас держат за руку.
«Я разве говорила такое?»
Она попыталась вспомнить и воскресила в памяти момент, когда Суль Ю Син вез её в больницу, поддерживая.
— А, неужели... в больнице?..
— Да. Вы даже что-то бормотали о том, чтобы я не отпускал вашу руку.
Ын А мысленно охнула и тяжело вздохнула. В то же время она окончательно убедилась: даже находясь в беспамятстве, она отчаянно цеплялась за контакт с ним. Инстинктивно чувствовала, что это облегчит её боль.
Она ощутила, как по телу от тепла его руки медленно разливается покой. Это было куда эффективнее любого наркотического обезболивающего.
«...Мои догадки подтвердились».
Она до последнего надеялась, что ошибается.
— На самом деле, — Ын А смущенно опустила глаза, — мне просто нравится физический контакт. Когда я касаюсь кого-то... мне странным образом становится лучше.
Пока не время. Когда-нибудь он узнает правду, но сейчас она решила прикрыть всё это ложью.
«Раскрыть правду... нужно тогда, когда наши отношения станут глубже».
В идеале — стать близкими друзьями. А если Ю Син даже полюбит её — будет еще лучше.
Тогда он не потребует платы за свою помощь.
Обновлено: 10.04.2026