**Глава 10. Зависть и куры**
Видя, как ликуют его товарищи, Чжао Шаньхэ мастерски подыгрывал им.
— Ну я же говорил! Раз поперло — так всем сразу. Сегодня у нас троих точно золотой день по судьбе!
— А ведь верно Шаньхэ сказал! — Бао-гэ не мог стереть с лица блаженную улыбку. — Если бы не он со своим самородком, я бы уже давно сдался и профукал такое богатство.
Они тут же начали сравнивать добычу.
— У меня грамма два будет, — прикинул Бао. — У тебя, Афэн, все три. А Шаньхэ вначале вытащил махину граммов на пять. Итого — десять граммов золота на троих! Это же почти девять тысяч юаней. Не зря сегодня спины гнули, ох не зря!
— Бао-гэ, — голос Шаньфэна дрожал от волнения. — Да этот мой малюсенький кусочек стоит больше, чем месячная зарплата на птицефабрике! Всё, решено: старательство — вот наше будущее!
— А то! — Бао-гэ так задрал нос, будто сорвал джекпот в лотерее. — Подумаешь — в телефоне посидеть, трубку выкурить, на природу полюбоваться... Ходишь себе, попикиваешь, а в кармане — тысячи. Вот это я понимаю — правильный бизнес!
Чжао Шаньхэ, глядя на них, довольно улыбался. Да, он «потерял» несколько тысяч, отдав свои находки, но в команде по-другому нельзя — нельзя грести всё под себя. Зато теперь у него были преданные соратники с горящими глазами, а их радость и драйв стоили дороже любых денег. Тем более, что со своим «читом» он еще не раз сорвет банк.
Азарт — штука заразительная. Под самый вечер Шаньхэ, ориентируясь на подсказки Системы, выкопал в куче отработанной породы еще одну трехграммовую золотую крупицу. Но на этот раз он промолчал. Хватит на сегодня откровений.
Итог дня был ошеломляющим: его личный доход составил не меньше двадцати тысяч юаней. Чжао Шаньхэ уже начал прикидывать, на что потратить богатство. «Надо бы машину прикупить», — подумал он. Подержанный фургончик или «Wuling» — самое то для старателя. Но была одна загвоздка: прав-то у него нет! Если бы не это, он, возможно, и не был бы так щедр к Бао и брату.
Бао-гэ и Шаньфэн под занавес тоже нашли по серебряной дробине. Стемнело. Это был их самый долгий рабочий день, но и самый веселый. С полными карманами и легким сердцем они на мотоцикле отправились в обратный путь.
У въезда в деревню они наткнулись на местных кумушек и мужиков, которые, пощелкивая семечки, коротали время у лавки.
— О, Бао вернулся! Что так поздно? Небось, опять мешок золота везете? — подначил кто-то из толпы.
Бао-гэ моментально напустил на себя тоскливый вид:
— Да какое там золото, тетушка... Одно расстройство. Провозились дотемна, а толку — ноль. Весь день впустую.
— Да ладно заливать! — не поверила женщина. — Вон, Яя, дочка Шаньфэна, только что за водкой прибегала. Сказала, отец сегодня веселый, золото нашел, велел стол накрывать и Бао с Шаньхэ в гости звать!
Бао-гэ застыл, бросив на Шаньфэна испепеляющий взгляд. Тот, бедняга, аж покраснел, но сообразил быстро:
— Да это я просто решил ребят поблагодарить, ужин устроить! А Яя... ну, ребенок же, услышала звон, да не знает, где он. Напридумывала с три короба. Всё, мы поехали, проголодались как волки!
Мотоцикл взревел и скрылся в темноте, направляясь к дому Шаньфэна.
— Точно золото нашли, — уверенно заявила одна из старух. — С чего бы это жене Шаньфэна, такой прижимистой бабе, песни петь да курицу в котле тушить?
— Эти трое из рода Чжао — те еще лисы, — проворчал кто-то в толпе. — Приехали затемно... Если бы пустые были, я бы голову на отсечение дал, что ничего не нашли. А тут — явно куш сорвали.
Среди собравшихся был и Сунь Чжэни, отец Сунь Пина. Он хмуро наблюдал за этой сценой, после чего сплюнул, раздавил окурок каблуком и быстрым шагом направился домой — «обрадовать» сына.
Дома он застал Сунь Пина, который едва дышал от усталости. При виде сына гнев захлестнул старика.
— Гляньте на него, вымотался как ишак! Копает он свой шлак железный... Совсем мозгов нет? Неделю уже там торчишь, осунулся весь, а в кармане хоть бы грош звякнул! Мне перед соседями стыдно за твою тупость!
— Батя, да я сам видел, как Чжао Шаньхэ там золото вытащил! — огрызнулся сын. — Значит, и еще есть! Я тоже хочу денег заработать!
— Да с твоей-то куриной соображалкой? У тебя сила есть, а ума — ни капли. Тебе хоть готовую дыру дай — ты и там ничего не найдешь! Осел ты упрямый, а не старатель!
Разразившись тирадой отборной ругани, Сунь Чжэни немного остыл и сменил тон на вкрадчивый:
— Я сейчас у лавки был. Видел этих троих — Бао и братьев Чжао.
— Бао-гэ? Только вернулись?
Отец наградил его тяжелым взглядом.
— Вернулись поздно, потому что с добычей! Жена Шаньфэна там на радостях кур режет, видать, знатный кусок урвали. Ты же вроде за Бао хвостом ходил? Чего это ты в эти дни от них отбился?
— Да я почем знал? — промямлил Сунь Пин. — Как на Пятом народу навалило, они ушли. Сунь Бо говорил, они на Шестой Колодец подались, в пустошь эту. Сунь Бо там несколько дней пахал и ничего не нашел, вот я и решил время не тратить...
— Вот потому ты и нищий духом! — рявкнул отец. — А они опять с золотом! Говорят, кто-то из них снова на десять тысяч нарыл. А ты сиди дальше в своем шлаке. Все мозги прокурил, только и можешь, что за другими подглядывать. Скоро они машины купят да дома отстроят, а ты так и будешь за ними объедки подбирать!
Обновлено: 16.02.2026