Четверо наставников сидели нахмурившись. Лишь когда в наушниках раздался торопливый голос режиссера, они переглянулись и, наконец, взялись за ручки.
— А теперь просим представителей прессы оценить выступление Чжан Синьи, — объявил ведущий, когда все четверо положили свои таблички на стол оценками вниз.
Журналисты долго не колебались и быстро выставили свои баллы.
— И наконец, уважаемые зрители!
Услышав команду ведущего, Чэнь Юй без малейших колебаний ввел «20» и нажал «Подтвердить».
Сидевшая рядом Хэ Сяолу вновь удивленно на него посмотрела. Шань Мэнмэн, которая ему так понравилась, получила от него всего восемнадцать баллов. Почему на этот раз он сразу поставил максимум? Она отчетливо помнила, что, кроме этих двух девушек, лишь Лэй Цзямин из «Tengfei Media» удостоился от него шестнадцати, а остальные болтались где-то в промежутке от десяти до четырнадцати. Неужели все дело в том, что ему по душе лишь инфантильные милашки?
Так и не найдя ответа, Хэ Сяолу покачала головой и тоже поставила «20».
— Три! Два! Один! Голосование окончено! Давайте же узнаем итоговую оценку Чжан Синьи!
— Начнем с рейтинга популярности. Уровень поддержки — 16%, что дает нам 20 баллов!
— Далее — оценка зрителей. Общая сумма — 17964, количество проголосовавших — 998. Итоговый результат — 18 баллов!
— Оценка представителей прессы. После вычета самого высокого балла (20) и самого низкого (15) итоговый результат составляет 18.2 балла!
— И наконец, просим наставников показать свои оценки!
9.2, 9.2, 9.3, 9.2!
— Давайте поздравим Чжан Синьи! Ее итоговая оценка — 93.1 балла!
Чжан Синьи ошеломленно уставилась на экран. Лишь когда зал взорвался оглушительными овациями, она пришла в себя.
— Спасибо… спасибо вам всем, — она снова низко поклонилась.
«Ни хрена себе, она обошла Шань Мэнмэн!»
«Раньше и в финале-то за 90 баллов никто не переваливал, а тут сразу двое в полуфинале!»
«Сказать, что этот сезон — сильнейший за всю историю, будет справедливо, да?»
«А это вообще не самый высокий балл за все время существования «Новой Звезды»?»
«Да нет же. В 2008-м, в финальную ночь, был один участник, помнится, он вроде 93.5 набрал?»
«Точно-точно, я тоже помню! Его звали Ся Цун, кажется. Только вот не знаю, почему он после победы почти сразу пропал с радаров».
«Ходили слухи, что он уже на момент конкурса был на уровне топового артиста».
«Да ладно, небось приукрашивают. Если был такой крутой, почему тогда исчез?»
«Да что вы, дети, понимаете? Эта сестричка еще с мобилы за него голосовала!»
— Чжан Синьи, сегодня ты преподнесла мне огромный сюрприз. Эта песня словно создана для тебя, она идеально раскрыла всю пронзительность твоего голоса. Я будто увидела свет, исходящий от тебя! — во время разбора первой, по обыкновению, слово взяла Кун Цзинчжи. Она и не пыталась скрыть своего восхищения. — На мой взгляд, это было самое безупречное выступление вечера. Если бы не тот факт, что тебе еще есть куда расти, я бы, не раздумывая, поставила тебе высший балл.
— Спасибо, учитель Кун Цзинчжи, — счастливо поклонилась Чжан Синьи.
— От этой песни у меня возникло ощущение, будто я стою на вершине горы и взираю на мир. Она написана великолепно, и твое исполнение ее ничуть не посрамило. Так держать. С нетерпением жду твоего выступления в финале.
— Спасибо, учитель Чжун Юнь.
— В первую очередь, поздравляю с выходом в финал. Обладать такой песней — мечта, которой позавидуют очень многие. И мои ожидания от тебя теперь тоже выросли. Надеюсь, в финале ты не сбавишь обороты и покажешь себя с еще лучшей стороны.
— Спасибо, господин Шао.
Видя нетерпение Ань Цзяншаня, трое наставников не стали затягивать свои комментарии, оставив время ему. И по статусу, и по авторитету он стоял неизмеримо выше, к тому же в музыкальных кругах его безмерно уважали как ветерана сцены.
— Нестандартная лирика, аранжировка с глубоким экзотическим колоритом… это просто поразительно, — руки Ань Цзяншаня, державшие микрофон, слегка дрожали, выдавая его внутреннее волнение. — Могу я узнать, какой маэстро создал это произведение? — с надеждой спросил он.
Чжан Синьи моргнула, украдкой бросила взгляд в сторону Чэнь Юя и ответила:
— Это маэстро Ло Янь.
— Ло Янь? — Ань Цзяншань нахмурился, роясь в памяти. Где-то он уже слышал это имя…
— Вы имеете в виду того продюсера, чья песня два месяца назад заняла первое место в чарте новинок? — господин Шао тоже удивленно вскинул брови и взял микрофон.
— Да, — улыбнувшись, кивнула Чжан Синьи.
При словах господина Шао лицо Ань Цзяншаня просветлело. Теперь понятно! Так это тот самый молодой человек, которого так нахваливал старина Вэй!
— Неудивительно, что он способен писать такие выдающиеся вещи, — удовлетворенно кивнул Ань Цзяншань. — Твое выступление мне комментировать уже нечего. Что же до самой песни… — он сделал паузу, — то я тем более не вправе ее судить.
От этих слов не только зрители в зале и у экранов, но и трое других наставников застыли в изумлении. Легенда музыкальной индустрии, живой классик, говорит, что не вправе судить песню?
Но не успели они опомниться, как следующая фраза Ань Цзяншаня повергла в шок всех, за исключением Чэнь Юя.
— Даже через пять, десять, а то и двадцать лет это произведение будет достойно того, чтобы его слушать, изучать и восхищаться им.
Сказав это, Ань Цзяншань положил микрофон на стол.
В зале повисла странная, звенящая тишина.
Что значат его слова? Пять, десять, двадцать лет? Он намекает на то, что у этой песни есть потенциал стать классикой?
«Старина Ань дал такую высокую оценку?!»
«Все, после трансляции иду переслушивать».
«Да ладно, не такая уж она и крутая. Песни нашего братика лучше».
«Заткнись уже со своим братиком, достали! Если он такой крутой, почему даже 90 баллов набрать не смог?»
«Короче, Чжан Синьи — огонь, и этот Ло Янь тоже. Точка».
«Проходил мимо. Я фанат Ло Яня с десятилетним стажем».
«Фан-клуб Ван Чжилуна тоже здесь».
После вердикта Ань Цзяншаня интернет взорвался.
Тема «„Аврора“ — будущая классика?» разлетелась по всем каналам. Рейтинги «Новой Звезды» взлетели до небес. И пусть самое интересное уже прошло, это ничуть не мешало толпам зевак присоединиться к обсуждению.
Не только интернет — после звенящей тишины зал тоже взорвался гулом голосов.
Кто-то отнесся к этому скептически, но многие приняли слова мэтра за чистую монету. Ань Цзяншань никогда не был из тех, кто любит эпатаж и дешевые сенсации. Напротив, он всегда дорожил своей репутацией, иначе не прекратил бы выпускать новые работы за несколько лет до пенсии. Сказать такое он мог, лишь тщательно все обдумав.
Чжан Синьи и Ло Янь вот-вот взлетят на самую вершину. Эта мысль пронеслась в головах у многих.
Обновлено: 19.02.2026