— Су Цзу, Су Цзу, проснись…
Словно после затянувшегося кошмара, над самым ухом настойчиво зазвучал чей-то голос. С трудом, в полузабытьи, он поднял голову. В затуманенном взоре перед ним маячил чей-то синий силуэт.
— Су Цзу, да вставай же быстрей, сейчас урок физкультуры начнется. — Синяя фигура, казалось, начала терять терпение и легонько толкнула его в плечо.
Расфокусированный взгляд постепенно прояснился и замер на человеке перед ним. Су Цзу застыл в оцепенении.
Перед ним стоял круглолицый подросток с довольно смуглой кожей. Редкие, чуть желтоватые волосы прилипли ко лбу, а из-за пухлоты тела синяя школьная форма на нем сидела вплотную, делая его похожим на колобок.
Лицо казалось чужим и в то же время до боли знакомым.
— Пэн… Пэн Чэн? — Подсознательно сорвалось у него с губ.
Этот парень был его лучшим другом в средней школе. Су Цзу помнил их последнюю встречу – это было зимой, в тот год, когда с ним случилась беда. Пэн Чэн тогда уже обзавелся солидным брюшком и, узнав о трагедии, пришел его навестить.
Они тогда почти не разговаривали. Пэн Чэн просто молча оставил у кровати две тысячи юаней, а потом уехал с женой и ребенком в другой город.
И в это же мгновение Су Цзу осознал, где находится: это был старый, обшарпанный класс.
Он огляделся. Стены были выкрашены в серый цвет, с потолка свисали четыре длинные люминесцентные лампы. Прямо перед ним, над доской, красовался ярко-красный лозунг: «Учись прилежно, совершенствуйся каждый день». Под ним располагалась классная доска, метра два в длину и чуть больше метра в ширину, на которой еще виднелись плохо стертые следы мела. Перед доской стояла деревянная трибуна коричневого цвета высотой в полчеловека, местами с облупившейся краской.
В небольшом помещении были плотно расставлены десятки парт и стульев, отчего и без того тесное пространство казалось совсем забитым.
«Это мой школьный класс?!» – он не мог понять, сон это или реальность.
— Су Цзу, ты что, совсем заспался? Живо на урок физкультуры!
Круглолицый парень снова толкнул его и, видя, что тот пришел в себя, потянул его за руку, заставляя подняться с места. «Хватит витать в облаках. Сегодня урок у старины Ао, опоздаешь – влетит по первое число».
— Урок физкультуры? Старина Ао?
Су Цзу был в замешательстве. Эти слова звучали непривычно, но вызывали какие-то смутные ассоциации.
Бах!
Поддавшись рывку друга, он не удержал равновесие и задел ногой длинную деревянную скамью. Тяжелая доска на четырех ножках была твердой и массивной. Су Цзу качнуло, он слегка пошатнулся, но машинально оперся руками о парту и выровнялся.
Постойте!
Я стою?
Су Цзу широко распахнул глаза. На секунду его тело словно одеревенело. Он медленно опустил голову и увидел выцветшие синие школьные штаны и пару белых кед Warrior с обтрепанными краями.
Память возвращала его в далекое прошлое. Сине-белая школьная форма была у него всего в двух экземплярах, и он носил их по очереди годами.
А эти кеды Warrior мать купила ему в подарок, когда он только поступил в среднюю школу. Они жили в деревне, и пока он не начал работать, семья едва сводила концы с концами. Плату за первый год обучения в триста юаней им пришлось занимать. В тот год мать, боясь, что над сыном будут смеяться из-за старых зеленых армейских кед, два дня собирала чай на плантациях, чтобы купить ему эту обувь.
Все школьные годы он берег их как зеницу ока. Поскольку кеды были белыми, после каждой стирки он обкладывал их белой бумагой при сушке, чтобы ткань не пожелтела.
Воспоминания об обуви промелькнули мгновенно, и его внимание переключилось на ноги.
Он твердо стоял на земле. Это не имело ничего общего с теми кошмарными воспоминаниями последних лет, когда, сколько бы усилий он ни прилагал, какие бы стимулы ни использовал – конечности оставались абсолютно бесчувственными.
Те три года мучительных кошмаров, борьбы на больничной койке и в инвалидном кресле… После такой боли и отчаяния понимаешь, что нет ничего важнее здорового тела.
Сколько ночей он провел в бесплодных вздохах, будучи парализованным ниже пояса. Кто не терял этого, тот никогда не поймет.
А сейчас, даже не глядя, он ясно чувствовал, что ноги вернулись. Он мог легко согнуть ступню, пошевелить пальцами и даже почувствовать, как при малейшем усилии напрягается каждая мышца на бедрах и икрах. Это было невероятно естественно.
Глядя на знакомую и одновременно забытую обстановку, чувствуя прилив кипучей жизненной силы и, казалось, бесконечной энергии, он замер на месте и вдруг расплылся в широкой улыбке.
«Я вернулся. Вернулся в то время, когда мне было пятнадцать и я учился в третьем классе средней школы».
Переселение душ? Перерождение?
В самые тяжелые дни своей жизни, пытаясь забыться и сбежать от реальности, он перечитал уйму сетевых романов, пересмотрел множество фильмов, где герои возвращались в прошлое. И теперь это на самом деле случилось с ним.
— Ты что, белены объелся, Су Цзу? Чего лыбишься как дурачок? Пошли быстрее!
Стоящий рядом круглолицый парень с недоумением смотрел на своего закадычного друга, который просто стоял и глупо улыбался, то и дело ощупывая свои ноги и подпрыгивая на месте.
— Ладно, делай что хочешь.
Пэн Чэн покачал головой и, переваливаясь своим пухлым телом, быстро выскочил из класса.
Когда Су Цзу пришел в себя, в классе уже никого не было. Он на автомате последовал за остальными.
Снаружи солнце било в глаза ослепительным светом. Длинные цветочные клумбы, шершавые, щербатые цементные дорожки.
Су Цзу встал под сенью деревьев у клумбы. Небо было пронзительно-голубым, косые лучи солнца освещали здания и зелень вокруг. На дорожках то и дело мелькали группки шумящих подростков.
«Это моя школа. Средняя школа Янсинь».
Дзынь-дзынь-дзынь!
Раздался резкий звук электрического звонка. Ученики, до этого лениво слонявшиеся по округе, словно утки, которых загоняют в гнездо, бросились по своим кабинетам.
— Урок физкультуры, значит?
Спустя несколько минут после звонка Су Цзу вспомнил, о чем твердил Пэн Чэн. Отыскав в пожелтевших воспоминаниях нужный маршрут, он направился к выходу.
Средняя школа Янсинь была обычной сельской государственной школой в уезде Усин. Здесь было всего три параллели средних классов, где реализовывалась программа обязательного девятилетнего образования. Чтобы учиться дальше в старшей школе, нужно было ехать в уездный город Усин.
В начале двухтысячных условия в сельских школах оставляли желать лучшего. Уезд Усин сам по себе считался одним из беднейших в провинции, несмотря на общее развитие прибрежных регионов. В прошлой жизни Су Цзу помнил, что даже спустя десять лет после его выпуска там почти ничего не изменилось, разве что построили еще один учебный корпус.
В школе Янсинь было две спортивные площадки. Одна – баскетбольная площадка с цементным покрытием между общежитиями, где проводились общие собрания или показывали кино. Другая – большой стадион, представлявший собой огороженный забором кусок пустыря у реки рядом с территорией школы.
Су Цзу шел по коридору мимо рядов классов, миновал две ржавые железные ворота, и перед ним открылся простор.
Взору предстала огромная песчаная площадка, от которой под ярким солнцем даже немного рябило в глазах. Вдалеке виднелась высокая речная дамба, а вдоль забора тянулись различные турники и брусья.
Едва ступив на площадку, Су Цзу издалека увидел строй учеников. Впереди всех стоял рослый парень, который проводил разминку, показывая упражнения.
Рядом с ним стоял крепкий мужчина с густой щетиной и папкой в руках. Черная футболка плотно обтягивала его бугристые мышцы.
— Су Цзу пришел!
Кто-то из парней в строю заметил его и выкрикнул на весь стадион.
В одно мгновение более пятидесяти пар глаз уставились на него.
Су Цзу оставался спокоен. Он подумал, что прежний он наверняка бы смутился под таким пристальным вниманием. Однако за те десять с лишним лет, что он провел в скитаниях, занимаясь продажами, выступлениями и лекциями, его психика стала непоколебимой. Что ему взгляды кучки школьников, если он мог полчаса без шпаргалки вещать перед залом в тысячу человек?
Строй из пятидесяти с лишним человек делился на четыре шеренги: впереди две девичьи, сзади – мужские. В задних рядах Су Цзу сразу приметил округлую фигуру Пэн Чэна, который строил ему рожи и подмигивал с ехидным видом. Другие ребята тоже посмеивались, предвкушая недоброе для него.
Глядя на эти юные лица, Су Цзу понимал, что имен большинства уже не помнит – прошло почти двадцать лет. Лица казались знакомыми, но вспомнить, как кого зовут, он мог лишь в редких случаях.
Тот, кто вел разминку, кажется, Го Вэньсюй – староста по физкультуре. Добродушный здоровяк, вроде бы они вместе ездили на уездную спартакиаду.
Бородач – это учитель физкультуры Ао Динпин. Он тренировал Су Цзу в прыжках в высоту и беге. На вид грубый мужик, но голос у него был странно тонким, из-за чего большинство парней за глаза звали его просто стариной Ао.
— Учитель… учитель Ао… я опоздал, — произнес Су Цзу, подойдя к нему. Он еще не до конца освоился, поэтому слова давались с трудом.
— Сначала два круга бегом, потом будем разговаривать, — Ао Динпин искоса взглянул на него, убрал папку за спину и ответил с напускным безразличием, высоко задрав подбородок.
— Э-э…
Су Цзу на мгновение опешил. Получить такой отлуп сразу… При его жизненном опыте это не было неловко, но вид этого бородатого крепыша с такой «обиженной» миной вызвал у него лишь внутреннюю усмешку.
— Ха-ха-ха! Су Цзу, ну что, доспался в классе?
Ученики 3-го класса (3), услышав слова учителя, взорвались хохотом. Мальчишки злорадствовали, а девочки прикрывали рты, хихикая в кулак.
— Учитель Ао, четырехсот метров мало, надо хотя бы тысячу!
— Су Цзу у нас бегун, если мало пробежит, даже не разогреется!
Глядя на подначивающих его одноклассников, Су Цзу не чувствовал обиды. Напротив, он ощутил ностальгию по этой беззаботной юности. В конце концов, в душе-то он был тридцатилетним дядькой.
«Давненько не виделись, школьные товарищи».
Наказание бегом за опоздание было фирменной фишкой уроков Ао Динпина. В сельских школах дисциплина у многих хромала, к тому же в те годы процветал культ видеокассет про «молодых и опасных». Ученики сбивались в стайки, связывались с уличным хулиганьем, так что прогулы и опоздания на физкультуру были обычным делом.
У Ао Динпина на это был один ответ – бег.
Су Цзу понимал: хоть это и считалось наказанием, с точки зрения учителя физкультуры для подростка пара-тройка кругов без ограничения по времени – это всего лишь хорошая разминка.
Су Цзу нагнулся, затянул шнурки и вышел на гаревую дорожку. Под его ногами послышался отчетливый шорох мелкой крошки.
В школьные годы его спортивные результаты были весьма недурны: второе место в спринте на стометровку, первое в прыжках в высоту, участие в уездной спартакиаде с призовым местом. Позже, в старшей школе, из-за плохой успеваемости по другим предметам он даже думал стать учеником со спортивной специализацией, но семья выступила против.
Стадион в школе Янсинь был засыпан угольным шлаком – для сельской школы 2001 года это был предел мечтаний.
Сам стадион был немаленьким, так как его отгородили от прибрежного пустыря. Но из-за нехватки средств на нем было всего две дорожки. Одна – прямая стодвадцатиметровая, пересекающая стадион, из которых метров семьдесят были засыпаны гарью, а остальное – твердая земля. Вторая дорожка была более-менее приличной – двухсотметровый круг, по которому сейчас и бежал Су Цзу.
Он бежал не спеша, наслаждаясь забытым чувством молодого и здорового тела. В груди разливалось трудноописуемое ликование.
И вот, когда он преодолел примерно один круг, прямо перед глазами внезапно вспыхнул символ «+0,1% очков потенциала», а следом возникла полупрозрачная рамка интерфейса.
Обновлено: 23.01.2026