Новость о том, что заведующий отделением лично идёт на обход, заставила даже таких опытных ординаторов, как Пэн Юнь и Цянь Лян, почувствовать, как по спине пробегают мурашки. Они тут же засуетились, подавая знаки своим стажёрам привести себя в порядок и приготовиться к встрече с «Большим боссом».
В иерархии больницы они были лишь младшими ординаторами — низшим звеном пищевой цепи. Над ними стояли лечащие врачи, заместители заведующего и, наконец, сам заведующий.
Вэй Гоцян славился не только своим профессионализмом, но и крутым нравом. Он был строг, придирчив и беспощаден к ошибкам. Если он находил недочёт, то устраивал разнос, не взирая на лица — доставалось даже заместителям заведующего.
Однако никто не смел возразить ему, потому что его авторитет держался на железобетонном фундаменте реальных достижений.
Вэй Гоцян, главный врач, научный руководитель магистрантов, заведующий отделением ожоговой и пластической хирургии Первой городской больницы Хэчэна. В прошлом — приглашённый учёный в Ожоговом госпитале Шрайнерс при Техасском медицинском центре.
Эксперт Национальной премии в области науки и техники, член постоянного комитета отделения ожоговой хирургии Китайской медицинской ассоциации.
Заместитель председателя отделения ожоговой хирургии провинции Чжэцзян, член экспертной группы по медицинской экспертизе.
Постоянный член редколлегии «Китайского журнала ожогов» и журнала «Травма и восстановление». Эксперт, получающий специальную правительственную стипендию провинции Чжэцзян, признанный талант высокого уровня.
Его резюме было ослепительным. Он был титаном как в науке, так и в клинической практике, известным на всю провинцию.
Поэтому каждый его обход превращался в испытание на прочность. От заместителей до ординаторов — все трепетали.
Что уж говорить о стажёрах, интернах и студентах. Им оставалось лишь плестись в хвосте процессии, стараясь не дышать слишком громко и слиться со стенами.
Цянь Лян поспешно оттеснил Цинь Лана в сторону, подальше от линии огня. Даже дерзкая Пэн Юнь притихла и послушно заняла место во втором ряду. Перед лицом Вэй Гоцяна даже такая восходящая звезда, как она, чувствовала себя школьницей, идущей по тонкому льду. Давление его ауры было колоссальным.
Для них он был недосягаемой вершиной, живой легендой провинции.
Цинь Лан же сохранял спокойствие. В своих симуляциях он уже не раз слышал это имя и читал о достижениях Вэй Гоцяна. Но там это был лишь текст. Сейчас ему было искренне любопытно увидеть этого человека вживую.
Вскоре в коридоре послышался энергичный топот множества ног.
Двери распахнулись, и в палату стремительно вошёл мужчина лет пятидесяти. Он был высок, с прямой, как струна, спиной. На его квадратном, волевом лице залегли глубокие морщины, а за стёклами очков в серебряной оправе светились глаза, полные интеллекта и властности. От него исходила аура незыблемой горы.
Это и был Вэй Гоцян.
За ним, стараясь не отставать, следовали лечащие врачи У Юту и Ю Дажэнь, а замыкали шествие другие ординаторы со своими «свитами» из стажёров.
Вэй Гоцян шёл быстро, на ходу бросая вопросы и выслушивая доклады подчинённых. Его стиль общения был резким и эффективным — ничего лишнего, только суть. Вся процессия излучала атмосферу торжественной серьёзности, от которой перехватывало дыхание.
Когда «королевская свита» приблизилась, Цянь Лян и Пэн Юнь вместе со своими группами осторожно влились в общий поток, ожидая своей очереди на допрос.
Наблюдая за Вэй Гоцяном, Цинь Лан заметил интересную деталь: с подчинёнными заведующий был суров, как разгневанный буддийский страж, но стоило ему обратиться к пациенту, как он превращался в милосердного бодхисатву.
Он говорил с больными кратко, но ёмко, мгновенно проникая в суть их проблем и разрешая сомнения, которые мучили младших врачей неделями. За несколько минут он расставил все точки над «i» в спорных случаях, накопившихся за последние дни.
Наконец, процессия достигла кульминационной точки — койки номер 13, где лежал Ван Цян.
Вэй Гоцян не стал тратить время на приветствия. Он просто протянул руку.
Цянь Лян, среагировав мгновенно, выхватил у Цинь Лана папку с историей болезни и вложил её в раскрытую ладонь начальника.
Вэй Гоцян погрузился в чтение. В палате повисла тишина. Изучив документы, он подошёл к пациенту, внимательно осмотрел рану, задал Ван Цяну несколько подробных вопросов и погрузился в раздумья.
Напряжение в воздухе можно было резать ножом. Младшие врачи затаили дыхание. Сердце Цянь Ляна, ответственного за эту койку, колотилось так, что, казалось, вот-вот выпрыгнет из груди.
— Этот случай крайне показателен, — наконец прервал молчание Вэй Гоцян. — Открытый перелом большеберцовой и малоберцовой костей, тип I по Густило, осложнённый токсическим воздействием. Несмотря на стандартную обработку и курс антибиотиков, инфекция сохраняется, лихорадка не спадает.
Он обвёл взглядом своих подчинённых.
— Я хочу услышать ваши мысли. Все по очереди.
Очевидно, у него уже было готовое решение, и теперь он использовал этот случай как экзамен для персонала.
Двое лечащих врачей — У Юту и Ю Дажэнь — первыми взяли папку. Они изучили анализы, осмотрели рану, но на их лицах читалась растерянность. Случай был нетипичным.
Затем папка перешла к ординаторам. Те понимали не больше, чем Цянь Лян или Пэн Юнь. Что они могли увидеть там, где спасовали старшие товарищи?
— Ну же? — поторопил их Вэй Гоцян спустя десять минут, и его взгляд, острый как у сокола, пронзил строй врачей.
Лечащим врачам пришлось брать слово. Они, запинаясь, предложили стандартные консервативные схемы лечения — по сути, то же самое, что ранее озвучила Пэн Юнь. Безопасно, по протоколу, но, как показала практика, неэффективно.
Лицо Вэй Гоцяна оставалось непроницаемым. Ни одобрения, ни гнева.
Он перевёл взгляд на ординаторов. Поскольку койку вёл Цянь Лян, очередь дошла до него первым.
Под тяжёлым взглядом заведующего у Цянь Ляна подогнулись колени. Он инстинктивно опустил голову, боясь встретиться с начальством глазами. Его собственные мысли ничем не отличались от того, что уже сказали старшие коллеги, но он понимал: если бы этот ответ устраивал Вэй Гоцяна, тот бы не стал спрашивать дальше.
В панике, когда мозг отказывался работать, Цянь Лян решился на отчаянный шаг. Он вспомнил теорию Цинь Лана.
— Эм... — начал он неуверенно. — Я думаю, что здесь может потребоваться расширенная хирургическая обработка. Возможно, стоит изменить подход к антибиотикотерапии.
Он лишь кратко пересказал суть идеи, не вдаваясь в детали и обоснования, которые приводил Цинь Лан.
Реакция лечащих врачей была предсказуемой — такой же скепсис, как и у Пэн Юнь ранее.
— Сяо Цянь, идея, конечно, оригинальная, — мягко, но с ноткой порицания заметил У Юту. — Но ты отдаёшь себе отчёт в рисках? Расширенная обработка — это большая травма. Без результатов бакпосева действовать так радикально — это авантюра. Слишком агрессивно.
Остальные ординаторы закивали, соглашаясь. Идея казалась им безумной.
Цянь Лян окончательно сник. «Может, и правда глупость сморозил? — подумал он. — Послушал стажёра и выставил себя дураком перед всем отделением».
Он ведь не обладал фундаментальными знаниями Пэн Юнь, он просто повторил чужие слова.
Пока коллеги критиковали идею, в глазах Вэй Гоцяна мелькнула искра интереса. Но он по-прежнему сохранял маску безразличия.
— Цянь Лян, — его голос стал жёстче, — ты действительно считаешь, что расширенная обработка и смена антибиотиков решат проблему?
Загнанный в угол прямым вопросом, Цянь Лян вспомнил уверенный тон Цинь Лана. Терять было уже нечего.
— Да, — выдавил он, хотя голос его дрожал.
— Хорошо, — продолжил допрос Вэй Гоцян. — Раз ты дошёл до этой мысли, ты должен был продумать детали. Как именно ты планируешь проводить эту расширенную обработку? Одного иссечения тканей здесь недостаточно. Какая вспомогательная техника нужна?
Это был нокаут. Цянь Лян поплыл. Он не знал ответа.
— Заведующий Вэй... — пролепетал он, окончательно теряя лицо. — Честно говоря... это не моя идея. Мы обсуждали пациента до вашего прихода, и это предложение выдвинул стажёр, Цинь Лан. Он как раз собирался объяснить детали, когда вы вошли.
Цянь Лян бросил на Цинь Лана взгляд, полный мольбы о помощи.
В палате поднялся шум.
Ординатор городской больницы признаётся, что не имеет своего мнения и просто повторяет слова стажёра из поликлиники? Это было неслыханно.
Лечащие врачи и другие ординаторы смотрели на Цянь Ляна как на умалишённого. Это же обход заведующего! Как можно так позориться?
У Юту, который считал себя наставником Цянь Ляна, покраснел от стыда за ученика.
— Цянь Лян! Ты в своём уме? — прошипел он. — Как ты можешь на полном серьёзе транслировать фантазии неопытного стажёра?!
Он уже хотел оттащить Цянь Ляна назад и приказать Пэн Юнь спасать положение, но тут раздался громовой голос Вэй Гоцяна, перекрывший шум:
— Фантазии?!
Заведующий обвёл взглядом притихшую толпу и неожиданно улыбнулся.
— А я нахожу эти «фантазии» весьма здравыми. Мысли этого маленького доктора полностью совпадают с моими!
• • •
Обновлено: 02.02.2026