Я дико извиняюсь, что так долго не писал, у меня были ссоры и сочи, поэтому я не мог писать, времени просто не было, пришлось много подготавливаться к ним.
Цзы Хо вернулся в свою комнату, но не мог отвлечься от мыслей. У него не было стихии — лишь пустота. Тем не менее, учитель Лян Цинь видел в нём потенциал, но какой? Что именно имел в виду наставник?
На следующий день после уроков Лян Цинь позвал Цзы Хо.
— Пойди со мной, я отвезу тебя к одному человеку. Если он тебя примет, ты сможешь многому у него научиться, несмотря на отсутствие стихийной ци.
Не понимая, куда его ведут, Цзы Хо почувствовал, как земля уходит из-под ног, и в следующий миг увидел лишь искажённые линии и через 5 секунд осознал, что находится в другом месте.
— Что? Как я тут оказался? Вокруг себя Цзы Хо видел лишь не особо большую, но и не маленькую комнату. Мебели здесь не было, только стены, потолок и пол, и в центре сидел старик лет так 80, сухощавый, с длиной полуметровой бородой, тонкими ногами и руками. Но когда он увидел его глаза, то ему захотелось встать на колени — там была такая сила, что Цзы Хо чуть ли не устоял, но появившееся окно системы убрало все негативные эффекты.
[ПРЕДУПРЕЖДЕНИЕ!!]
Получено ментальное давление, система защищает вас, но советует немедленно покинуть место.
— Цинь коготы превёл. Властный голос раздался в помещении.
— Учитель, этот ученик такой же, как и вы, и я подумал, он будет вам интересен, — поклонившись, ответил Лян Цинь.
Старик внимательно смотрел на Цзы Хо, словно пытался заглянуть прямо в его сущность. Мгновение тишины казалось вечностью, и даже воздух в комнате будто сжался.
— Да, я не чувствую какую-либо стихийную ци. Ты точной без стихийный.
— Да, я не чувствую какую-либо стихийную ци. Ты точно безстихийный.
Слова прозвучали спокойно. Без презрения. Без сомнений.
Старик продолжал смотреть на меня. Его взгляд был тяжёлым, словно пытался пройти сквозь тело. Воздух в комнате стал плотнее. Я почувствовал, как давление медленно нарастает.
Это была не ци.
Это была воля.
Ноги дрогнули. Дыхание стало глубоким и тяжёлым. Мышцы напряглись сами собой, будто тело инстинктивно искало опору.
Я стоял.
Перед глазами на миг всплыло окно системы, но я не отвлёкся. Если бы я сейчас сел — больше бы не поднялся.
— Большинство безстихийных падают сразу, — сказал старик. — Ты — нет.
Он сделал шаг вперёд.
Давление усилилось. Сердце билось глухо, медленно. Ци внутри меня двигалась ровно, не вырываясь наружу — она держала тело изнутри.
Я не сопротивлялся.
Я выдерживал.
— Ты понимаешь, что я делаю? — спросил он.
— Вы… давите, — ответил я.
— Верно. Не техникой. И не ци. Я давлю собой.
На мгновение показалось, будто передо мной стоит гора — неподвижная, холодная, неоспоримая.
— Учитель… — начал Лян Цинь.
Старик поднял руку.
Давление исчезло.
Я едва не упал, но удержался. В груди стало пусто, словно убрали подпорку.
Старик сел обратно.
— Ты без стихии, — сказал он. — Но не пустой.
Я поднял голову.
— В тебе есть ци. Чистая. И упрямая.
Он взглянул на Лян Циня.
— Ты правильно его привёл.
— Учитель, вы примете его? — спросил тот.
— Нет.
Сердце сжалось.
— Пока нет, — добавил старик. — Я беру учеников за результат.
Он указал на меня.
— Полгода. Я буду ломать твоё тело и восприятие. Без техник. Без стихии. Если сломаешься — исчезнешь. Если выдержишь — подумаю.
Я поклонился.
— Я выдержу.
Старик задержал взгляд.
— Посмотрим, — сказал старик. — Завтра начнём.
Он щёлкнул пальцами.
Мир дрогнул и словно потянулся в сторону. Пространство вытянулось, цвета поблекли, а потом всё резко встало на место.
Под ногами была земля.
Влажная. Неровная.
Я вдохнул и почувствовал запах сырости, мха и старых деревьев. Над головой сомкнулись тёмные кроны, сквозь которые едва пробивался свет.
Я стоял на небольшой поляне.
Передо мной находился домик.
Небольшой, сложенный из потемневшего дерева, с покосившейся крышей и закрытой дверью. Ни формаций, ни охраны, ни признаков людей.
Только лес.
— Здесь ты будешь жить, — раздался голос старейшины. Он звучал спокойно, будто находился совсем рядом, хотя я его не видел. — В глубине леса. Подальше от глаз секты.
Я медленно обернулся, но вокруг были лишь деревья.
— В академию ты возвращаться не будешь, — продолжил голос. — Для них ты просто исчезнешь из поля зрения.
Ветер шелестел листвой. Где-то вдалеке треснула ветка.
— Полгода, — сказал Старейшина. — Я буду приходить. Иногда часто. Иногда — редко.
Пауза.
— Если сломаешься — лес тебя переживёт.
— Если выдержишь — я признаю тебя.
Голос исчез.
Я остался один.
Я подошёл к домику и положил ладонь на шершавую древесину. Она была холодной, но настоящей.
Вот значит как…
Без стихии.
Без академии.
Без зрителей.
Я оглянулся на лес.
Он был тихим, но не мёртвым. Я чувствовал это кожей.
Я глубоко вдохнул.
— Полгода, — тихо сказал я. — Этого хватит.
Я открыл дверь и шагнул внутрь.
И тренировка началась ещё до того, как старейшина вернулся.
Я осмотрел домик. Он был небольшой, но крепкий — стены из темного дерева, потолок низкий, с едва заметными трещинами, а пол скрипел под каждым шагом. В углу стояла узкая кровать с простым одеялом, но аккуратно уложенным. На другой стороне комнаты был маленький дравник — полки с сушёными травами и корнями, аккуратно подписанными мелом, словно старейшина заранее готовил всё для ученика.
«Хм… похоже, старейшина живёт здесь давно», — пробежало у меня в голове. Я аккуратно подошёл к маленькому огороду, растущему прямо у стен домика. Земля была рыхлой, травы ухоженными, а корнеплоды собраны, но что-то ещё оставалось для будущих нужд. «Неплохо… даже в глубине леса он поддерживает порядок», — подумал я, ощупывая землю и чувствуя свежесть трав.
В углу комнаты стояла небольшая печь. Уже начинало смеркаться, а ночной лес был холодным, и я почувствовал, как мороз пробирается сквозь щели стен. Разведя огонь, я почувствовал, как тепло постепенно наполняет дом, а тёмные углы комнаты медленно исчезают. В воздухе пахло смолой, дровами и сушёными травами.
На кухонном столике я заметил старую посуду, несколько банок с сушёным мясом и зерном. Старейшина оставил немного еды на первое время. «Хорошо, хотя бы голодать не придётся», — подумал я, проверяя содержимое банок. Чуть поодаль стоял небольшой каменный амбар, где были запасные инструменты и пару старых, но острых ножей. Всё казалось подготовленным для долгого пребывания ученика.
Мой взгляд упал на комод в углу комнаты. В верхнем ящике я обнаружил три книги. Я осторожно открыл первую и сразу понял: техника передвижения, но уровень… человеческий, жёлтый.
«Хм… для новичков», — пробормотал я, перелистывая страницы. — «Понятно, что они научат базовым движениям, но ничего особенного. Я должен буду адаптировать это под себя».
Вторая книга была о техниках атаки, та же история — жёлтый ранг. «Техника для тех, кто только начинает практику, — усмехнулся я. — Даже на этом уровне можно что-то выжать, но… это слишком просто». Я провёл пальцем по страницам, представляя, как настоящая сила могла бы выглядеть в реальном бою. Эти упражнения скорее для разогрева, чем для настоящей борьбы.
Третья книга учила ускоренному поглощению ци — снова жёлтый ранг, уровень человеческий. Я закрыл её с лёгкой усмешкой: «Базовая методика… На первое время сойдёт, чтобы тело привыкло к энергии. Но настоящая сила — совсем другое».
Ночь уже окутала лес, и холод пробирался сквозь стены маленького домика. Я подкинул дров в печь, тепло постепенно разлилось по комнате. На столе осталась немного еды, которую оставил старейшина — на первое время голодать не придётся.
«Ну что ж, — подумал я, устроившись на кровати, — книги слабые, но хотя бы с чего-то нужно начинать». Я разложил их перед собой и внимательно осмотрел. Базовые методы движения, атаки и поглощения ци… Они слишком просты для меня, но позволят подготовить тело к чему-то большему.
Через окно я наблюдал лес: ветер шуршал листвой, редкие звуки ночных зверей доносились до дома. «Здесь никто не потревожит, — размышлял я. — В глубине леса можно работать в спокойствии. Главное — не останавливаться».
Я закрыл глаза, ощущая тепло печи, и мысленно повторял: «Сначала базовые упражнения, а потом… если тело выдержит, думаю смогу прорватся на фторую стадию в технеке девяти врат погибили». Ночь шла своим чередом, а я понимал: путь только начинается, и даже слабые книги станут первым кирпичиком в строительстве моей силы.
Обновлено: 22.01.2026