Глава 33 — Глава 33

Шох стоял один посреди поляны, и сотня жёлтых глаз смотрела на него в упор. Волки не торопились. Они чувствовали его силу — и боялись. Но ненависть была сильнее страха. Вожак, огромный седой зверь со шрамом через всю морду, шагнул вперёд и зарычал. Рык прокатился по лесу, и стая ринулась в атаку. Первая волна накрыла его, как цунами. Шох не отступал. Он шагнул навстречу. Кулак встретил первого волка в прыжке — череп хрустнул, тушу отбросило назад, сбивая следующих. Локоть вонзился в шею второго, колено с хрустом встретило третьего. Четвёртый вцепился в плечо — Шох рванул его, отбрасывая, но когти оставили глубокие борозды. Кровь потекла по руке. — Это только начало, — прошептал он. Волки лезли со всех сторон. Они кусали ноги, рвали одежду, пытались добраться до горла. Шох двигался как машина — удар, блок, уклон, ещё удар. Каждое движение приносило смерть, но их было слишком много. Пятеро, десятеро, пятнадцать... Он сбился со счёта. Клык вонзился в бедро — Шох взвыл от боли, но не остановился. Схватил волка за голову и свернул шею одним движением. Двое вцепились в спину — он упал на колено, но тут же вскочил, стряхивая их. Вокруг уже лежали десятки туш. Но волки всё лезли и лезли. Вожак наблюдал со стороны, не вмешиваясь. Он ждал. Шох чувствовал, как силы уходят. Раны кровоточили, дыхание сбилось, руки дрожали от усталости. Он убил уже больше половины стаи — но оставшиеся пятьдесят всё ещё были здесь. И они видели его слабость. — Ещё, — прохрипел он. — Давай ещё. Новая волна накрыла его. Он дрался уже не кулаками — он рвал зубами, бил головой, душил коленями. Техника исчезла, остался только звериный инстинкт выживания. Когти раздирали грудь, клыки впивались в ноги, но он не останавливался. Когда вокруг осталось меньше тридцати волков, вожак наконец двинулся. Он не бежал — он шёл. Медленно, величественно, как император, идущий на казнь. Его глаза горели ненавистью, из пасти капала слюна. Шох поднялся, пошатываясь. Левая рука висела плетью — вывих, а то и перелом. Из глубокой раны на боку хлестала кровь, заливая ноги. Лицо превратилось в кровавую маску. — Ну давай, — прохрипел он. — Покажи, на что ты способен. Вожак прыгнул. Это был не прыжок волка — это было падение небесной кары. Три метра мускулов, клыков и ненависти обрушились на Шоха. Он не стал уклоняться. Он шагнул навстречу. В последний момент упал на спину, пропуская тушу над собой, и в прыжке вонзил кулак в незащищённое брюхо. Когти вожака разодрали ему плечо до кости, но Шох не отпускал. Он рвал внутренности голыми руками, пока зверь не затих. Тяжёлая туша рухнула на него, придавливая к земле. Тишина. Шох лежал под телом вожака, глядя в небо сквозь кровавую пелену. Волки, оставшиеся в живых — десятка два — стояли по краям поляны и смотрели. Смотрели на своего мёртвого вожака. На человека, который убил его голыми руками. Они не выли. Они просто смотрели. Потом, один за другим, начали отступать в лес. Бесшумно, как тени. Когда последний волк исчез в чаще, Шох позволил себе закрыть глаза. "Я жив... кажется..." Он попытался пошевелиться, но тело не слушалось. Слишком много ран. Слишком много крови. Регенерация работала на пределе, затягивая самые опасные повреждения, но сил не осталось даже на то, чтобы сдвинуть с себя тушу. Он лежал в луже собственной крови, под телом мёртвого вожака, и смотрел на звёзды, которые начали зажигаться в темнеющем небе. "Сто семь, — вдруг пришла мысль. — Я убил сто семь волков. Плюс вожак — сто восемь". Система молчала. Видимо, считала. Он услышал шаги. Много шагов. Кто-то бежал к поляне. — Тан Сан! — голос Ван Шу. — Тан Сан, твою мать, где ты?! Шох хотел ответить, но из горла вырвался только хрип. — Тут! — заорал Чжэн Янь. — Он тут! Под вожаком! Чьи-то руки оттащили тушу. Над Шохом склонились перепуганные лица. — Живой? — выдохнул Эр Лан. — Брат Тан, ты живой?! — Вроде... да, — прохрипел Шох. — Но лучше бы я умер... — Молчи! — рявкнул Ван Шу. — Ли Те, неси его! Чжан Фэн, приготовь снадобья! Чжэн Янь, на страже! Быстро! Сильные руки подхватили его, прижимая к груди. Шох почувствовал, как его несут куда-то, слышал взволнованные голоса, чувствовал, как капают на лицо слёзы Эр Лана. Потом сознание померкло. --- Лагерь. Три часа спустя Шох открыл глаза. Он лежал в палатке, укутанный в одеяла. Раны почти затянулись — регенерация сделала своё дело, но слабость была чудовищной. Рядом сидел Эр Лан, красноглазый и опухший. — Брат Тан! — вскрикнул он, когда Шох пошевелился. — Ты очнулся! — Воды, — прохрипел Шох. Эр Лан метнулся за флягой. Вернулся, помог напиться. — Сколько я пролежал? — Три часа. Мы думали... мы думали, ты не... — Я жив, — перебил Шох. — Команда? — Все целы. Благодаря тебе. Шох закрыл глаза и вызвал панель системы. Монеты системы: 168 Он моргнул. Пересчитал. Сто семьдесят три. "Сто восемь убитых волков. Шестьдесят было. Получил сто шестьдесят восемь. Итого сто шестьдесять восемь". — Твою мать, — выдохнул он. — Что? — испугался Эр Лан. — Ничего. Рад, что жив. Эр Лан всхлипнул и уткнулся лицом в одеяло. Шох смотрел в потолок палатки и чувствовал, как губы растягиваются в улыбке. "Сто шестьдесять восемь монет. Я не просто накопил на растение. Я куплю его и ещё останется на что-то важное". Он закрыл глаза, позволяя усталости накрыть себя с головой. Впереди был Прилив. Но теперь у него было всё, чтобы встретить его во всеоружии.