Тогда Гунсунь втайне проклинал Жэнь Вэньцая за невероятную удачу и успокаивал себя тем, что парень находится лишь на пятом уровне первой стадии – мол, просто упрямый болван с плохими задатками.
Но сейчас эта иллюзия разлетелась в прах, оставив на лице старейшины жгучий след воображаемой пощечины.
«Разве это плохие задатки?»
Такая мощь меча, подобная палящему солнцу в зените, властная и неодолимая… она явно свидетельствовала о том, что юноша уже коснулся порога «конденсации намерения»!
Стоит понимать: большинство присутствующих здесь учеников даже не нащупали основы ауры меча, не говоря уже о том, чтобы сформировать столь осязаемый зачаток намерения меча.
Этот мальчишка оказался гением меча!
«Но всё же…», – Изумление в глазах старейшины сменилось сомнением. — «Это намерение… не слишком ли оно предвзятое?»
Обычно намерение меча бывает подобно степному пожару или журчащему потоку – оно может быть яростным или мягким.
Но от ауры Гу Чэнмина веяло… ненавистью к мечу.
Будто он ненавидел всех мечников под небесами.
— Странно… Слишком странно, — прошептал старейшина, хмурясь и строя догадки.
Неужели за ним стоит какая-то кровавая месть?
В истории секты Вэньцзянь такое случалось не раз.
Бывали ученики, чьи семьи вырезали или кого преследовали могущественные кланы, и в их сердцах прорастали семена ненависти.
Они тренировались не ради Пути и не ради бессмертия, а исключительно ради отмщения.
Такие ученики из-за своей одержимости часто обладали невероятно твердым сердцем и прогрессировали семимильными шагами.
Но этот путь был слишком горьким и опасным.
Как правило, они заканчивали в пучине греха и погибали, вызывая лишь сочувствие и вздохи сожаления у окружающих.
Глядя на спокойное, как зеркальная гладь воды, лицо Гу Чэнмина, старейшина Гунсунь почувствовал укол жалости.
«Эх, видимо, несчастное дитя. Сколько же несправедливости ему пришлось перенести, чтобы взрастить в себе столь лютую ненависть».
Отогнав лишние мысли, старейшина решил для себя, что обязательно изучит личное дело этого ученика. Если у того действительно есть неразрешенная обида, секта могла бы направить его на верный путь, чтобы такой славный росток не пал жертвой искажения врожденного духа.
Алое сияние медленно угасло, и проверка Пути меча подошла к концу.
В этом раунде не было четкого рейтингового списка.
В конце концов, Путь меча многогранен: кто-то силен в атаке, кто-то в защите, чьи-то мечи легки и стремительны, а чьи-то тяжелы и непоколебимы.
Тут нет абсолютного мерила, и сложно выставить количественную оценку, как в случае с даосским сердцем.
Но даже без цифр, по яркости ответа на «Заклинание отражения меча», у каждого в голове сложилось четкое представление о силе участников.
Оценка Гу Чэнмина не вызывала сомнений – высший первый ранг!
Конечно, на сей раз он не был единственным триумфатором.
Помимо него, еще несколько учеников из других подразделений проявили выдающийся талант, также получив высшую оценку.
…
Тем временем на трибуне обстановка стала весьма своеобразной.
Старейшины уже не могли усидеть на месте.
Если после первой проверки они еще могли утешать себя тем, что парень просто «узкий специалист», то результаты теста на Путь меча лишили их последнего оправдания.
Непоколебимое сердце и выдающаяся аура меча.
Да это же прирожденный меч ник!
Взгляды, которые старейшины бросали на Жэнь Вэньцая, были полны шока, неприкрытой зависти и досады.
Один краснолицый старейшина с силой грохнул чашку с чаем о стол и язвительно произнес:
— Старейшина Жэнь, ну это уже ни в какие ворота. Скрывать таланты тоже надо уметь, но так? Держать при себе такое сокровище три года и не давать ему ходу? Если бы его раньше отправили во внутренние врата на особое обучение, он бы уже наверняка достиг второй стадии!
Остальные старейшины тут же зашумели в поддержку.
Что за шутки? Неужели они позволят Жэнь Вэньцаю и дальше изображать из себя скромника, сорвав такой куш?
Жэнь Вэньцай неторопливо подул на чаинки, плавающие на поверхности, и притворно вздохнул:
— Собратья, младшие братья и сестры, прошу вас, успокойтесь. Не стоит так шуметь, — Жэнь Вэньцай добродушно замахал руками. — Чэнмин – ребенок по натуре скрытный, не любит выставлять себя напоказ. Старик вроде меня лишь желал закалить его дух, потому и заставил «осесть» на несколько лет. Что же до его перехода на другой пик…
Он негромко рассмеялся:
— Тут всё зависит от его собственного желания. Но я верю, что Чэнмин – добрый юноша, чтящий наставника и Дао, и он не станет так легко менять принадлежность к вратам.
Старейшины, глядя на самодовольное лицо Жэнь Вэньцая, скрежетали зубами от злости, но поделать ничего не могли.
В этот момент на высокий помост вернулся старейшина Гунсунь Чжи, отвечавший за проведение «Заклинания отражения меча».
Заметив его, старейшины тут же обступили его плотным кольцом, надеясь из первых уст узнать истинную силу той призрачной ауры меча, что явил Гун Чэнмин.
— Брат Гунсунь, ну что? Какова на самом деле аура меча этого мальчишки?
— Верно, выглядело всё величественно, но крепок ли его фундамент?
Однако на все вопросы Гунсунь Чжи отвечал со странным выражением лица.
Он открывал рот, словно хотел что-то сказать, но в последний момент слова застревали у него в горле.
В итоге под недоуменными взглядами коллег старейшина Гунсунь мучился довольно долго, пока наконец не издал тяжелый вздох. Он сложил руки в приветственном жесте перед Жэнь Вэньцаем и произнес с нескрываемой меланхолией:
— Старейшина Жэнь… ваш ученик… поистине уникален.
Старейшины переглянулись в полном замешательстве.
Опять эта фраза?
Только что старина Чжао ходил с таким видом, словно пожевал полыни, теперь и Чжи туда же.
Да что же этот Гун Чэнмин вытворил во время теста?
Глава: Императорское искусство изначального беспредельного истинного владыки десяти тысяч истоков ци, единоличного правителя девяти небес, десяти земель и всей вселенной!
Тени удлинялись, золотое солнце клонилось к закату.
Когда последние лучи коснулись помоста Испытания меча, аттестация учеников наконец подошла к концу.
По сравнению с первыми двумя этапами, третий – проверка уровня развития – не представлял особого интереса.
Пятый уровень первой стадии. Духовная сила чиста, но не доведена до совершенства; до шестого уровня оставался еще один шаг.
Для ученика, пробывшего в секте несколько лет, такой результат считался посредственным, если не сказать – заурядным.
Согласно суровым критериям секты, оценка за уровень развития не превышала «высший третий ранг».
Однако система оценки во вратах Хуэйюань не опиралась лишь на текущую культивацию.
Обновлено: 15.02.2026