Холодный воздух обжигал лёгкие. Перейдя через стылые рельсы железнодорожных путей, Чэнь Янань и его спутник остановились. Путь им преградила компания Чжан Цзюня.
Низкорослый толстяк, ростом едва ли выше ста шестидесяти пяти сантиметров, ткнул в их сторону короткой пухлой рукой. Его палец был нацелен на Ли Цзяня, прятавшегося за спиной Чэнь Янаня.
— Ты чего там схоронился? — заорал он, и его голос прозвучал на удивление громко и визгливо.
Ли Цзянь не посмел и пикнуть. Он лишь сильнее вжался в спину Чэнь Янаня, судорожно вцепившись в край его куртки. Тем временем толстяк, Чжан Цзюнь, перевёл взгляд на молодого человека в очках, что стоял перед ним. Он смерил Чэнь Янаня презрительным взглядом с головы до ног и рявкнул:
— А ты чего уставился? Старший брат его, что ли? Не суйся, куда не просят! Проваливай, пока и тебе не прилетело!
Чэнь Янань нахмурился, подавив вздох. Он надеялся разрешить всё миром, но, похоже, этот язык здесь не понимали. Эти типы с первой же секунды перешли на крик, не выказывая ни малейшего намерения вести себя цивилизованно.
— Говори нормально, — ровным голосом произнёс он. — Ты его уже избил, пар выпустил. Убивать же ты его не собираешься. Требовать с него столько денег — это уже перебор, тебе не кажется?
Такой спокойной твёрдости низкорослый пахан явно не ожидал. Его лицо исказилось от гнева. Он шагнул вперёд и ткнул пальцем чуть ли не в самый нос Чэнь Янаня.
— Ты ещё кто такой, шкет? Решил перед своим Цзюнь-гэ повыпендриваться?
Мелкие хулиганы за его спиной согласно загоготали.
— Он увёл твою девушку — это его вина, — продолжил Чэнь Янань, игнорируя угрозу. — Ты его избил. Но преследовать его и дальше — это уже просто подло.
— Ха? Ещё как буду преследовать! И до тебя тоже доберусь!
С этими словами Чжан Цзюнь резко замахнулся, целясь Чэнь Янаню в лицо. Тот инстинктивно дёрнулся назад, но увернуться полностью не успел. Кончики пальцев чиркнули по переносице, оставляя жгучую царапину. Мгновенно выступила кровь. Зимние ночи на севере страны Ся славились своим лютым морозом. Пустяковая, в сущности, рана под его воздействием вспыхнула острой, колючей болью, а капли крови, казалось, леденели на лету. Волна боли ударила в нервы. Чэнь Янань стиснул зубы, и его взгляд впился в Чжан Цзюня с яростью, которой тот никак не ожидал увидеть в глазах «очкарика».
— Всё ещё смотришь? Недоволен? — прорычал тот и полез рукой за спину, выхватывая блестящий армейский кинжал.
Чжан Цзюнь только открыл рот, чтобы продолжить свои угрозы, но в этот миг — то ли от страха перед блеснувшей сталью, то ли от слепой ярости — Чэнь Янань рванулся вперёд и схватил противника за запястье. Чжан Цзюнь инстинктивно дёрнул руку на себя. Чэнь Янань не смог удержать хватку, и его пальцы соскользнули… прямо на лезвие кинжала.
Горячая кровь хлынула на холодный металл. Увидев, как его собственная ладонь обагрилась алым, Чэнь Янань на мгновение опешил. Боли он не чувствовал — лишь ледяное онемение. Чжан Цзюнь и его прихвостни застыли как вкопанные. В их головах пронеслась одна и та же мысль: «Этот очкарик что, спятил?! Голыми руками на нож полез?!»
Придя в себя, Чэнь Янань увидел, что Чжан Цзюнь всё ещё тупо пялится на его окровавленную руку, сжимающую лезвие. Он разжал пальцы, резко пнул ошеломлённого противника в живот, сбив того с ног в сугроб, и, повернувшись к друзьям, выкрикнул:
— Бежим!
Они сорвались с места, устремляясь по заранее продуманному маршруту — к отделению полиции Южного железнодорожного района.
— Догоняйте! Я их порежу! — мелкие хулиганы помогли Чжан Цзюню подняться, и вся ватага, изрыгая проклятия, бросилась в погоню.
Они мчались по заснеженной улице, но Ли Цзянь, то ли скованный страхом, то ли просто выдохшийся, начал заметно отставать. Ещё немного, и его бы схватили. Чэнь Янань мысленно проклял его тысячу раз: этот толстый трус мало того что сам вляпался в неприятности, так ещё и бегать совершенно не умел! Но руганью делу не поможешь. Видя, что Чжан Цзюнь со своей сворой вот-вот настигнет Ли Цзяня, Чэнь Янань намеренно сбавил темп. Когда между ним и преследователями осталось всего пара шагов, он резко затормозил, развернулся и, превозмогая боль в руке, сжал окровавленный кулак и всадил его прямо в лицо летевшему на него Чжан Цзюню.
Удар получился страшным. Раздался глухой хруст.
— А-а-а! — взвыл Чжан Цзюнь, хватаясь за разбитую щеку и валясь на землю.
— Догоняйте! Убейте их! — ревел он, барахтаясь в снегу и пытаясь подняться.
Чжан Цзюнь был в настоящей ярости. Привыкший наглеть, прикрываясь именем своего дяди, он не считал таких, как Чэнь Янань и Ли Цзянь, за людей. А тут их было пятеро против двоих — и ему, главарю, прилетело прямо в лицо. Как тут не взбеситься? Погоня закипела с новой силой: двое впереди, пятеро сзади. Кровь с руки Чэнь Янаня алыми каплями метила их путь на белом снегу.
Внезапно впереди ударили два ярких луча фонариков, и раздался грозный окрик:
— Что происходит?! Стоять!
— Быстро валим, это менты! — Чжан Цзюнь разглядел две фигуры в фуражках, бегущие им навстречу, и понял, что они почти добрались до отделения полиции.
Чэнь Янань, завидев патрульных, схватил Ли Цзяня за руку и рванул к ним.
— Товарищи полицейские, нас избить хотят! — крикнул он, глядя на них как на спасителей.
Двое полицейских окинули взглядом Чэнь Янаня и задыхающегося Ли Цзяня. Один из них недовольно нахмурился.
— Совсем обнаглели, шпана! Уже под стенами отделения драки устраиваете?!
С этими словами он достал из-за пазухи наручники, явно намереваясь заковать Чэнь Янаня.
— За что вы нас?! Это они на нас напали! — взволнованно воскликнул Чэнь Янань, видя, что полицейский даже не пытается разобраться.
— А почему они на других не нападают? В участке разберёмся!
— Погоди, брат Ли, — остановил его второй патрульный. — Посмотри на них, не похожи они на хулиганов. У парня вон вся рука в крови. Не будем их забирать.
Затем он повернулся к Чэнь Янаню и уже мягче, с лёгкой улыбкой, добавил:
— Вы бы в больницу шли, перевязаться. Если те снова приставать будут — приходите в отделение, пишите заявление. Или прямо ко мне. Я Лю. И не деритесь больше.
— Хорошо! Спасибо вам, офицер Лю! — Чэнь Янань с благодарностью посмотрел на полицейского, который был старше его лет на пять-шесть, и почувствовал к нему искреннюю симпатию.
Через полчаса Чэнь Янань и Ли Цзянь уже сидели в травмпункте больницы Южного железнодорожного района. К счастью, рана оказалась неглубокой. Врач, видавший и не такое, равнодушно обработал её и наложил повязку. Заплатив шесть юаней, они вышли на улицу. Швы не понадобились. Было уже около восьми вечера. В те времена на севере страны Ся подобные уличные потасовки случались в каждом городе по нескольку десятков раз на дню, так что медики давно перестали удивляться.
Домой они шли молча, один за другим. Ли Цзянь, видя, что Чэнь Янань не проронил ни слова, не решался заговорить первым и понуро плёлся сзади. Пройдя так с полквартала, он всё же не выдержал. Ускорив шаг, он поравнялся с товарищем и, виновато почёсывая свою большую голову, промямлил:
— Янань, ты… злишься?
Обработанная рука Чэнь Янаня начала немилосердно ныть. Он даже не взглянул на Ли Цзяня, раздражённо бросив сквозь зубы:
— Злюсь? На что мне злиться? На то, что ты сам на ровном месте нашёл приключения? Или на то, что мне ни за что порезали руку?
— Янань… Я виноват, правда. Больше никогда не буду к девчонкам лезть. Не злись, а? Хочешь, я тебе свой велосипед отдам!
Чэнь Янаню было так больно, что даже разговаривать не хотелось. Он просто молча шагал вперёд. Они шли и шли, как вдруг Чэнь Янань резко вытянул руку, останавливая Ли Цзяня. С тёмного неба начал падать редкий, крупный снег. Яркая луна, пробиваясь сквозь облака, заливала всё вокруг призрачным светом, отражаясь от свежего снежного покрова. В этом свете Чэнь Янань разглядел несколько тёмных фигур, медленно идущих им навстречу.
— Что случилось? — недоумённо спросил Ли Цзянь.
Чэнь Янань молча кивнул подбородком в сторону приближающихся. Ли Цзянь присмотрелся и чуть не обмочился от страха. Он заикался, не в силах выговорить имя:
— Чжан… Чжан… Чжан Цзюнь… они не ушли!
(Конец главы)
Обновлено: 22.01.2026